Аттические ночи
Шрифт:
{135 Fr. 160 Malc.}
Глава 14
О трех родах речи и о трех философах, которые были посланы афинянами в римский сенат
(1) Как в стихах, так и в прозе возможны три рода речи, которые греки именуют , и называют их [соответственно] (обильный), (сухой), (средний).
(2) Мы также тот стиль, который упомянут первым, называем uber (изобильный), второй - gracilis (простой), третий - mediocris (средний). (3) Изобильному свойственны достоинство и величавость, простому - изящество и ясность, умеренный является промежуточным, будучи причастен и тому и другому стилю. {136} (4) У каждого из этих достоинств речи имеется равное число родственных ему пороков, которые благодаря обманчивому сходству выдают себя за вид и свойство первых. (5) Так, по большей части,
{136 § 3 цитируется в глоссе к Марциалу (151, 10 Lutz).}
{137 Пакувий — см. комм. к Noct. Att., 1, 24, 1.}
{138 Луцилий — см. комм. к Noct. Att., I, 3,19.}
{139 Fr. 322 Fun. Публий Теренций Афр — см. комм. к Noct. Att., IV, 9, 11. У Фронтона Луцилий также является представителем простого стиля, Пакувию же приписывается mediocritas (131, 14 Van der Hout).}
{140 Ср.: Quint., XII, 10, 64; Cic. Brut., 50.}
(8) То же самое тройное различие было замечено [в речах] трех философов, которых афиняне послали в Рим к сенату <римского> народа {141} добиваться уменьшения штрафа, наложенного на них за опустошение Оропа. {142} Штраф составлял почти пятьсот талантов. {143} (9) Философы эти были - Карнеад из Академии, {144} стоик Диоген {145} и перипатетик Критолай. {146} В сенате они воспользовались помощью переводчика, сенатора Гая Ацилия, {147} но еще раньше каждый по отдельности, ради похвальбы принялись рассуждать перед большим собранием народа. (10) Как говорят Рутилий {148} и Полибий, {149} было удивительно тогда [наблюдать], что у каждого из трех философов собственный характер красноречия: "Горячо и быстро говорил Карнеад, искусно и утонченно - Критолай, скромно и рассудительно - Диоген". {150}
{141 В рукописях — ad senatum populi (к сенату народа). У Макробия, цитирующего эту главу (Sat., I, 5, 14), указанные слова опущены. На этом основании их убирает из текста Гертц и вслед за ним Мараш.}
{142 В 155 г. до н. э. афиняне захватили беотийский город Ороп, изгнав из него жителей, за что были приговорены к штрафу римским арбитражным судом. См. также: Noct. Att., III, 13, 5.}
{143 Ср.: Macr., I, 5, 14. Аттический талант составлял 26, 2 кг; в денежном эквиваленте — 60 мин или 6000 драхм.}
{144 Карнеад из Кирены (214/3 — 129/8 гг. до н. э.) — схоларх Новой Академии в Афинах, главный представитель академического скептицизма, принципиальный противник стоиков, главным своим оппонентом он считал уже умершего к этому времени Хрисиппа. Карнеад ничего не писал, ограничиваясь устными изречениями; при этом он обладал несомненным ораторским талантом, о чем, собственно, и говорит Геллий. См. также: Plut. Cato Major, 22.}
{145 Диоген из Селевкии-на-Тигре (240 — ок. 150 гт. до н. э.) — стоик, ученик Хрисиппа.}
{146 Критолай из Фаселиды (II в до н. э.) — представитель поздней перипатетической школы. Его основная деятельность, как кажется, была направлена на защиту аристотелевской философии от влияния Стой и платоников.}
{147 Гай Ацилий Глабрион (середина II в. до н. э.) — представитель римского плебейского рода Ацилиев, автор недошедшей до нас истории Рима на греческом языке, которую цитирует Цицерон (De off., III, 113); Ливии был знаком с латинским переводом его сочинения (XXV, 39,12; XXXV, 14, 5).}
{148 Rut. Fr. 3 Peter. Публий Рутилий Руф (151(?) — после 77 г. до н. э.) — военный трибун под началом Сципиона при осаде Нуманции в 134 г. до н. э., легат консула Квинта Цецилия Метелла во время Югуртинской войны (115 — 105); в 105 г. занимал должность консула. Принадлежа к партии оптиматов, в 92 г. по
несправедливому обвинению в вымогательстве был приговорен к изгнанию из Рима с конфискацией имущества. В изгнании написал автобиографию и историю Рима на греческом языке, от которой сохранилось шесть отрывков.}{149 Polib., XXXIII, 2. Полибий (ок. 200-120 гг. до н. э.) — древнегреческий историк, уроженец ахейского города Мегалополиса. После битвы при Пидне (168 г. до н. э.) был отправлен в качестве заложника в Рим, где прожил шестнадцать лет. Ему принадлежит «Всеобщая история» в сорока книгах, из которых полностью сохранились первые пять, а прочие дошли во фрагментированном виде. В своем сочинении Полибий, искренне восхищавшийся величием Римского государства, обосновывает неизбежность покорения Римом всего мира и излагает собственную теорию цикличности исторического развития.}
{150 Данная цитата приводится также в глоссе к Mart., 151, 10 Lutz.}
(11) Всякий стиль, как мы уже говорили, делается еще более замечательным, когда украшается правильно и скромно, [но] теряет подлинность, когда его подделывают и прикрашивают.
Глава 15
О том, сколь сурово по древним обычаям карали воров; а также, что писал Муций Сцевола о том, как следует держать переданное на хранение или ссуду
(1) Лабеон {151} во второй книге сочинения "О двенадцати таблицах" писал, что у древних были жестокие и суровые постановления о кражах {152} и что, по его словам, Брут неоднократно утверждал, будто тот, кто одолжил вьючное животное и повел его или не в ту сторону, куда намечал, или на более дальнее расстояние, осуждался как за кражу. {153} (2) Также и Квинт Сцевола {154} в шестнадцатой книге сочинения под названием "О гражданском праве" поместил следующее [сообщение]: "Если кто, получив [что-либо] на хранение, воспользовался [этим] или, получив [что-либо] во временное пользование, употребил для иного дела, чем [то, для которого] получил, то он обвинялся в воровстве". {155}
{151 Антистий Лабеон — см. комм. к Noct. Att., 1, 12, 1.}
{152 Fr. 23 Hushcke.}
{153 Fr. 6 Hushcke.}
{154 Квинт Муций Сцевола — см. комм. к Noct. Att., III, 2, 12.}
{155 Fr. 2 Hushcke. Ср.: Gajus. Inst., III, 195.}
Глава 16
Избранные места из сатиры Марка Варрона о заморских видах яств под названием "О кушаньях"; и в дополнение стихи Еврипида, где он обличил неумеренное обжорство изнеженных людей
(1) Марк Варрон в сатире под названием "О кушаньях" стихами, сложенными весьма мило и изящно, описывает утонченную роскошь обеденных яств.
(2) Ведь множество [кушаний] того сорта, что кутилы разыскивают на море и на суше, он упомянул в стихах, [написанных] сенарием. {156}
{156 Fr. 403 Bucheler. Сенарий — шестистопный стих (преим. ямбический). Марк Теренций Варрон — см. комм. к Noct. Att., I, 16, 3.}
(3) А сами эти стихи располагающий досугом может прочесть в книге, которую я уже упомянул; виды же и названия кушаний и места [их происхождения], отличающие их от всех прочих, которые сумело выискать беспредельное обжорство и которые Варрон, осуждая, описал, насколько я помню, таковы: {157} (5) павлин с Самоса, {158} фригийский рябчик (phrygia attagena), {159} персидские журавли, {160} козленок из Амбракии, {161} халкедонский молодой тунец (pelamys Halcedonia), {162} тартесская мурена, {163} песинунтские ослята (aselli Pessinuntii), {164} устрицы из Тарента, {165} морской гребешок ***, {166} родосская стерлядь, {167} киликийские скаты, фасосские орехи, египетский финик, иберийский желудь. {168}
{157 Ср. сохранившийся в «Апологии» Апулея фрагмент из утраченного сочинения Энния «Лакомые кушанья», где перечисляются изысканные блюда из рыб и морских животных (Apol., 39).}
{158 Павлин, согласно Горацию (Sat., II, 2, 24—30) считался изысканным, роскошным кушаньем; в Италии блюда из павлинов появляются с конца II в. до н. э. Упоминание о происхождении павлина с острова Самоса в данном случае, видимо, не означает его особой гастрономической ценности: на Самосе находился знаменитый храм Геры (Юноны), священной птицей которой считался павлин.}