Чтение онлайн

Кожа демона заменила на теле Пири собственную, придавая его лицу и рукам зеленоватый маслянистый оттенок. Эта связь сделала Пири быстрее и сильнее и дала невосприимчивость к огню и ко льду, но она же заставила его глаза — чересчур близко сидящие над похожим на клюв носом — тревожно сверкать. Волосы его, коротко подстриженные, торчали белыми пучками, которые со временем превратятся в шипы.

Пири утверждал, что сумел полностью подчинить себе демона, с которым был связан, — квазиты были одними из самых низших демонических существ, — но К'арлайнд гадал, не жалеет ли маг об этой связи. Слишком уж поспешно тот оставил Колледж Колдовства ради пока что никем не признанной школы К'арлайнда.

Быть

может, его не слишком-то жаловали в прежнем колледже, несмотря на редкое умение воссоздавать магические тексты. Однако К'арлайнд оценил его. Из неполных копий оригинального заклинания Пири составил ритуал Связи и заставил его работать. Это о многом говорило, в том числе о его мастерстве.

Пири молча кивнул К'арлайнду и Элдринну: дважды быстро дернул головой. На его висках потрескивали пурпурные искры. К'арлайнд почувствовал прикосновение чужого разума. Чтобы показать, что не задумал ничего угрожающего, он позволил Пири быстро заглянуть в свои лежащие на поверхности мысли.

Элдринн напрягся и сжал руку с медным кольцом на пальце. Он встретился взглядом с Пири, и на лбу у обоих засверкал магический огонь: темно-пурпурный — у Пири, сине-зеленый — у Элдринна.

— Доволен? — осведомился Элдринн.

Лишь немного расслабившись, Пири отошел в самый конец комнаты и сложил руки на груди.

Мгновением позже появились Зарифар и Балтак.

Зарифар был длинным и тощим, с курчавыми волосами — редкость среди дроу. Они окружали его голову, словно белый пух, который он никогда не причесывал, прядки торчали, как мотки проволоки. Вечно мечтательный и рассеянный, он стукнулся о косяк, входя в комнату, и заморгал, словно лишь теперь поняв, где находится. В ответ на приветствия он кивнул и промямлил что-то невнятное.

К'арлайнду не нужно было проникать в разум Зарифара, чтобы узнать, чем забита его голова: заумными геометрическими построениями, выражавшимися в сложных математических формулах, от которых К'арлайнд чувствовал себя тупым, как гоблин, пытающийся разобраться в тонкостях грамматики высокого дроуского.

Зарифар был блестящим магом-геометром, это не вызывало никаких сомнений. Но в повседневной жизни он был беспомощен как дитя. В школу К'арлайнда он перешел не сам по себе. Его должна была направить сюда чья-то рука.

Маг, сделавший это, отличался от Зарифара так же, как свет от тени. Балтак жил исключительно ради своего тела, этот трансмогрифист без конца лепил его заново, пытаясь добиться совершенства форм. Он носил обтягивающие брюки, плотно облегавшие его мускулистые ноги, и рубашку, которую не застегивал, чтобы продемонстрировать точеные мышцы груди и живота. Шевелюра его в данный момент состояла из желтоватых перьев, гладко лежащих на голове и шее и торчащих кисточками на заостренных кончиках ушей. Его босые ступни были широкими и плоскими, пальцы заканчивались кривыми черными когтями, цокавшими при ходьбе по каменному полу, — еще один знак медведефилина, на сегодня его излюбленного существа для превращений.

Балтак вошел в комнату, сразу заполнив ее собою. Он легонько хлопнул Пири по плечу, не обращая внимания на его возмущенный взгляд, и с шумом захлопнул книгу заклинаний Элдринна. Подбоченившись, Балтак ухмыльнулся К'арлайнду, демонстрируя ровные белые зубы.

— Ну, похоже, все тут. — Его голос был гулким и басовитым. — Давайте запускать эксперимент.

— Стань здесь, Балтак, — сказал К'арлайнд, указав на место напротив Элдринна. — Ты заслоняешь мне читина.

— Все, что скажешь, К'арлайнд, — хохотнул в ответ Балтак. Он щелкнул пальцами перед носом у Зарифара, заставив геометра вздрогнуть. — Пошли, Зарифар. Слышал, что он сказал? Пошевеливайся!

Когда парочка заняла свои места, Элдринн положил книгу заклинаний на стол и встал. Он затворил дверь и запечатал

ее щепоткой золотого порошка и словом. Лаборатория была магически защищена от любых попыток провидения. Несмотря на это, К'арлайнд принял дополнительные меры предосторожности.

Он жестом велел Элдринну принести ему деревянную коробочку, лежащую на столе. Неаккуратно сделанная, грубо украшенная, она была похожа на изделие какого-нибудь орка. Но открыть ее могла лишь верная последовательность прикосновений к стенкам. Внутри, на подкладке из магически выделанной кожи хамелеона, лежала киира. Маг, решивший заглянуть внутрь ящичка при помощи провидения, увидел бы лишь заурядную магическую безделушку, польститься на которую мог разве что самый бестолковый новичок. Решительно не стоящую того, чтобы возиться со шкатулкой.

Под пальцами К'арлайнда крышка откинулась, явив взглядам киира. Маг спрятал улыбку, увидев, как Элдринн глубоко вздохнул. Мальчишка всегда благоговел перед магическим кристаллом, сколько бы раз ни видел его. Зарифар, похоже, даже не заметил магическое сокровище, но Балтак придвинулся ближе, разглядывая камень познания, словно изысканный деликатес, ждущий, когда его попробуют. Пири по-прежнему держался в стороне, разглядывая киира с любопытством и настороженностью.

Балтак потянулся к камню. К'арлайнд отдернул руку с коробочкой:

— На этот раз это сделает Элдринн.

Перья на голове Балтака чуть встопорщились, но в остальном он хорошо скрыл свое раздражение.

— Как скажешь, — пророкотал он.

Элдринн осторожно извлек киира из шкатулки. Прежде К'арлайнд ни разу не позволял ему дотрагиваться до камня познания; маг боялся, что это может пробудить его память. Но, учитывая их неминуемый отъезд, К'арлайнд готов был пойти на этот риск. Если парень вспомнит что-нибудь, это может оказаться даже полезным.

Он внимательно наблюдал за Элдринном, но выражение лица юноши не изменилось.

— Прижми его ко лбу читина, — велел К'арлайнд. — Но не раньше, чем я дам знак. Прежде чем начинать, я хочу быть уверен, что глубоко проник в его сознание.

Элдринн кивнул. Он подошел к читину и остановился, бережно держа в ладонях камень познания.

— Свяжите свои разумы с моим! — велел К'арлайнд, подняв руку.

Один за другим маги активировали свои кольца. Искры магического огня посыпались с их лбов, разноцветные, они смешивались, плывя по комнате. К'арлайнд ощутил, как Балтак медведем ввалился в его разум. Мгновением позже туда же вошел Элдринн. Пири легонько коснулся сознания К'арлайнда своим собственным, поколебался и скользнул внутрь, но не до конца. Наконец добрел и Зарифар. Его разум двигался по немыслимой траектории между телами всех пяти магов — замысловатой спирали из накладывающихся друг на друга овалов.

К'арлайнд закрыл глаза и проник в глубины сознания читина. Несколько мгновений ярость создания препятствовала вторжению. Но потом маг прорвался сквозь нее. Фасеточным глазам существа К'арлайнд и прочие маги представлялись ужасными великанами — и их было великое множество.

Пальцами поднятой руки К'арлайнд показал слово «пора» на безмолвном языке.

Глазами читина он увидел, как Элдринн потянулся к нему. Увидел — и почувствовал, — как киира коснулась лба читина, но тут камень познания вдруг упал. Глаза К'арлайнда открылись как раз вовремя, чтобы увидеть, как бесценный кристалл ударяется об пол. Элдринн кинулся поднимать его; на лице мальчишки был написан ужас. К'арлайнд ощутил, как напрягся Пири, услышал насмешливое фырканье Балтака и его презрительное «дырявые руки», заглушённое кудахчущим хохотом читина.