Аргирвита
Шрифт:
В углу палатки лежала куча травы, накрытая синим уранийским плащом. Арина подошла к импровизированному ложу, сняла колчан, отстегнула ремень с мечом, аккуратно уложила всё возле себя и улеглась. Последнее, что она услышала, были слова Добромира: «Эта девочка уничтожит «Вудлак».
Проснулась Арина от громкого спора. Громче всех говорил Вантей, пытаясь в чём-то убедить остальных. Дождь всё продолжал выбивать дробь, гремя по палатке. Девочка встала и потянулась, спор ненадолго прервался.
Вантей изучающе посмотрел на девочку. По всей видимости, ему уже рассказали, какую роль
— Долго я проспала? — подходя к столу спросила она сонным голосом.
— Часа три, наверное, — ответил Вантей, вертя между пальцами небольшой камешек.
На самом столе Арина увидела какие-то веточки, какие-то ка-мешки и даже несколько листочков дерева.
— Так вот, — продолжил объяснять Вантей. — Это стена, — он указал на длинную ветку, лежащую на столе. — Вот ворота, — он положил ещё две веточки потоньше поперёк длинной. — Мы с отрядом выходим из леса, — Вантей указал на листья, — и завязываем с тафгурами бой вот здесь, — он положил камешек, который до этого держал в руке, возле длинной ветки, обозначавшей стену Итарка, (этот камень располагался на плане далеко от ворот). — Тафгуры сбегаются к нам, — ураниец окружил свой камешек кучкой других, — а вы вчетвером в это время не-заметно, под шумок, пробираетесь к воротам!
Внимательно слушая Вантея, Арина догадалась, кто эти четверо — это она сама, Добромир, Баяр и Лексий. Добромир осмотрел камешко-веточный план Вантея.
— А где гарантия, что тафгуры сразу не перекроют подходы к воротам? Тогда и в город не войти, и себя обнаружим. Но даже, если мы пройдём к воротам, как твой отряд пробьётся к нам? Я полагаю, тафгуров набежит столько, что мало не покажется. Вы просто не сумеете дойти до ворот, вас всех перебьют!
— Авось, как-нибудь да пробьёмся, — ответил Вантей. — Знаю одно — вы обязаны войти в Итарк! Другого выхода я не вижу.
В палатке повисла тишина. Этот план был рискованным, к тому же все понимали, что Вантей с отрядом, отвлекая тафгуров, непременно погибнут, слишком неравными окажутся силы. Но и другого выхода тоже нет.
— Другого выхода… — задумчиво проговорил Лексий. Вдруг, в его глазах вспыхнул какой-то озорной огонёк. Он заговорщически посмотрел на Вантея: — А помнишь, когда мы с тобой ещё пацанами были, лаз под стеной обнаружили?
Взгляд Вантея тут же засветился, и ураниец даже хлопнул в ладоши от восторга.
— Точно! Есть ход! Как же мы забыли?
— Это я его нашёл! Помнишь? — гордо заявил Лексий. — Случайно зацепился ногой за кольцо на крышке!
— Конечно, конечно помню! — Вантей обрадовался и лазу под стеной, и тому, что так вдруг неожиданно вспомнилось детство. — Мы ещё с тобой проползали по нему ночами! Вот стражники удивлялись, когда видели нас сначала за стеной, а потом, почти сразу, в городе. Если бы ты не топал так сильно, то нас бы тогда и не поймали!
— Я же не знал, что стражники меня услышали, — виновато оправдывался Лексий.
— Да тебя только глухой не мог услышать, увалень! — шутя, продолжал упрекать Вантей. — Из-за тебя тогда крышку люка завалили камнями.
— Как завалили? — с тревогой переспросил Добромир. — Как же тогда нам пройти?
Неожиданно
появившаяся надежда понемногу начала угасать.— Да, — подтвердил сомнения Лексий. — Это, конечно, проблема. Но, может быть, завал разобрали? Сейчас разведчикам нужно выходить из города, чтобы узнать, что происходит у тафгуров, и лучшего способа выйти за стены просто не найти. Через этот лаз можно выйти незамеченным, да и лес рядом, шагов пятьсот всего, тоже удобно.
— Шанс есть, — сказал Баяр. — Во всяком случае, это лучше, чем идти напролом. Будем надеяться, что Лексий прав.
— Давайте остановимся на этом решении, но сначала нам всем нужно перейти через болото. Вантей, готовь отряд к выходу.
Вантей вышел из палатки. Было слышно, как он раздаёт приказы командирам-сотникам о предстоящем переходе. Лес наполнился движением, короткими фразами и бряцаньем оружия. В палатку вошёл ураниец и попросил всех выйти. Несколько воинов умело и быстро её собрали. Теперь только стол со скамейками да кучка травы напоминали о том, что здесь расставляли палатку.
Дождь прекратился. В воздухе витал запах, наполненный ароматом свежести чистого леса. Арина смотрела на верхушки деревьев, вдыхала полной грудью эту упоительную свежесть, и думала о том, что на свете жить всё-таки хорошо. Холодные капли, падающие с листьев, попадали прямо на лицо и норовили закатиться за шиворот. Но это ничуть не омрачало её радости.
Отряд очень скоро подготовился к переходу, и лишь некоторые воины спешно накидывали сёдла на своих коней.
— А где наши лошади? — спросила девочка.
— Сейчас узнаем, — Лексий два раза коротко свистнул.
Почти сразу из-за кустарника раздалось ржание лошадей, и четыре прекрасных животных, грациозно размахивая длинными хвостами, подбежали к ним.
— Вот это да! — восхитилась Арина. — Класс!
— Я уже давно с этими конями, — пояснил Лексий. — Так что они узнают меня по голосу и свисту.
— А если я свистеть не умею, тогда что?
Лексий призадумался ненадолго.
— Ну покричи, — он улыбнулся и подсадил Арину в седло.
Верхом на лошади подъехал Вантей.
— Отряд может выступать, — доложил он.
Лексий и арадийцы взобрались на своих коней.
— Бери первую сотню и указывай дорогу, — обратился Лексий к Вантею. — Мы с арадийцами за вами, остальные две сотни пойдут за нами. Да не спеши на болоте. Ты знаешь, чем это грозит.
— Знаю, знаю! — беззаботно ответил Вантей. — Не впервой уже пойду.
Он поскакал к отряду и отдал команду:
— Первая сотня, по парам, шагом, за мной, марш!
Вантей, а за ним уранийцы, разделившись по двое, пошли вперёд.
— Вторая и третья сотня, по парам — за мной! — скомандовал Лексий.
Очень скоро под копытами лошадей захлюпала и зачавкала болотная вода. Добромир и Баяр следовали за первой сотней, позади них — Арина, Лексий и ещё две сотни всадников в синих плащах.
— Добромир! — окликнул Лексий.
Арадиец обернулся на голос.
— Скоро тропа станет узкой, будем двигаться цепочкой по одному. Следуй точно за предыдущим, чуть в сторону и всё — никто не спасёт, здесь вокруг сплошная бездна! Баяр, ты слышал, что я сказал?