Аргирвита
Шрифт:
Арадийцы переглянулись, они поняли, про что говорит старик: он говорил про «Вудлак».
— Тафгуры ворвались в город и подожгли его, все наши воины погибли… — старец глядел в пол. — Все до единого. Женщин и детей кого изрубили, кого увели в полон, оставили только старух да стариков. Потом они сожгли своих убитых и ушли, а мы ещё три дня хоронили своих воинов за городом и всё гадали, почему тафгуры нас не тронули? После уже стало понятно… Через три дня появились эти чёрные твари — обскуры. Их было всего десять, но они разорвали в клочья всех… Всех, кто оставался в городе… Я один уцелел, да и
Добромир вдруг насторожился и стал прислушиваться: за окнами раздался стук копыт лошадей. Арадийцы схватились за мечи, но выходить из дома было поздно: всадники остановились и по ступенькам крыльца уже гулко стучали каблуки тяжёлых сапогов.
Добромир и Баяр стояли посреди комнаты, готовые к бою. Кто кроме тафгуров мог появиться в разорённом городе, да к тому же ночью?
— Эй, кто здесь есть? — сначала послышался чей-то громкий голос, и затем дверь широко распахнулась.
На пороге возник силуэт высокого воина с обнажённым мечом в руке. Он увидел двух человек в красных плащах и удивлённо опустил оружие, явно не ожидая встречи с ними.
— Арадийцы? Здесь арадийцы! — крикнул он своим спутникам.
Его меч с лязгом вошёл в ножны, воин переступил через порог. На голове — остроконечный шлем, на плечах — синий плащ. Это был воин Урании. Баяр и Добромир облегчённо вздохнули — свои!
Ураниец с радостным выражением на лице подошёл к арадийцам и своими ручищами-лапищами обнял сразу обоих. Даже немаленького роста Добромир и Баяр выглядели перед ним скромно.
— Ну вот, дождались! — радовался ураниец. — Теперь вместе мы разобьём черноплащников!
В дом вошли ещё семеро воинов в доспехах, в таких же остроконечных шлемах и синих плащах. Комната сразу наполнилась довольными возгласами: «Привет!», «Долгих лет вам!», «Дождались!».
Здоровяк-ураниец только теперь обратил внимание на серебряный шлем арадийца.
— О-о-о! Да перед нами сын Алетара, славный Добромир! Значит, рядом с ним доблестный Баяр! А где же ваши кони? — не унимался он, — Мы не заметили. Где остальные воины? Много вас?
— Все здесь, — негромко ответил Добромир.
Веселье в доме сразу поутихло.
— Как все? — недоумённо переспросил ураниец, глядя на арадийца непонимающим взором.
— Все, — ещё раз повторил Добромир.
В доме наступила гнетущая тишина. Воины Урании стояли перед арадийцами и, не в силах говорить, только молча на них смотрели.
— С нами ещё девочка, — прервал молчание Добромир.
Он чуть посторонился, и стала заметна Арина, скромно сидящая в полном боевом облачении на уголке кровати.
— Ещё девочка, — чуть слышно повторил ураниец. — Видимо, плохи дела в Арадии, если на помощь присылают детей. Давайте присядем.
Добромир и Баяр сели за стол, к ним присоединилась Арина. На другой скамейке напротив них разместился ураниец-здоровяк, остальные встали позади него. Старик, хозяин дома, чтобы не мешать разговору, кряхтя, полез на печку.
— Меня Лексий зовут, — представился воин.
— Очень приятно, а меня зовут Арина! — не удержалась девочка и встряла
в разговор.— Приятно, Арина, очень приятно, — Лексий окинул её быстрым взглядом, и посмотрел на Добромира. — Значит, помощь не придёт?
Добромир ничего не ответил на этот вопрос и отвёл глаза в сторону.
— У границы Арадии стоят триста тысяч тафгуров.
— Сколько?! Три… — голос Лексия осёкся на полуслове.
Снова воцарилось молчание. Уранийцы совсем пали духом.
— В Уранию пришли не меньше сотни тысяч тафгуров, — начал рассуждать Лексий. — У вас триста, всего — четыреста тысяч. Даже если с вашими воинами, мы всё равно наберём едва ли половину численности тафгуров… А Дония! — оживился Лексий. — Нужно послать гонцов в Донию, они…
— В Донии ещё сто тысяч.
Уранийцы и так были подавлены, а теперь и вовсе приуныли. Лексий смотрел на Добромира, казалось, что его взгляд направлен сквозь него, сквозь стену куда-то вдаль.
— Вы пришли, чтобы сказать всё это? — выдавил из себя Лексий. — Тогда, лучше бы вы не приходили вовсе.
Ураниец пристально смотрел на Добромира.
— А вы знаете, что ещё есть у тафгуров? — продолжил говорить Лексий. — У них ещё есть талисман. Голова дракона — «Вудлак»! Каригонт носит его, и он непобедим. Он неуязвим… он словно бессмертный! Ни меч, ни копьё не берут этого… Каригонта. Его невозможно повергнуть! — ураниец замолчал. После долгой паузы он продолжил. — Вы ещё не знаете, что такое «Вудлак», а я своими глазами его видел и сам бился с ним… Всё бесполезно!
Лексий сидел, сложив руки на столе, взгляд его был направлен прямо перед собой в какую-то невидимую точку.
— А вы что-нибудь знаете про «Аргирвиту»? — спросил Добромир.
— Конечно, — безразлично ответил ураниец. — Защитница трёх стран. Хорошая сказка, красивое предание, но это — всего лишь легенда. Как легенда сможет нам помочь?
— Именно поэтому мы здесь! — громко, чтобы услышали все, сказал Добромир. — Арина, достань своё сокровище!
Девочка встала, вынула из кармана амулет и, держа его за цепочку, высоко подняла над головой. Полутёмная комната озарилась мягким светом.
— Это… Она? — ещё не веря, прошептал ураниец.
— Да, это «Аргирвита»! — уверенно подтвердил Добромир.
Уранийцы подошли ближе и сгрудились вокруг девочки. Удивлённо, не в силах отвести взгляда, они смотрели на сверкающий амулет. «Аргирвита» манила к себе, притягивала взоры, заставляя позабыть о пережитых бедах. Своим сиянием она одаривала бесконечной добротой и посылала в сердца людей лучики веры — веры в будущее.
— Это не легенда, — Лексий всё смотрел на амулет. — Не легенда это!
И тут уранийцы все разом заговорили.
— Да, это правда! Мы чувствуем её силу! Всем сердцем! Теперь можно побороться с самим «Вудлаком»! Мы спасём Уранию!
— А как же она действует? В чём сила амулета? — нетерпеливо расспрашивал Лексий, желая скорее всё узнать.
— Этот неуязвимый и бессмертный, как ты говоришь, Каригонт рядом с «Аргирвитой» станет обычным тафгуром, — объяснил Добромир. — Амулет ослабит силу Кседорского «Вудлака», и тогда с ним можно будет сразиться.
— Ну-у, за нами не задержится! — снова радовался Лексий. — Рога-то мы Каригонту обломаем!