Arbitratust. Мрак Думлука
Шрифт:
Оно “питалось” его страхами, кошмарами и болью, Безмерный ужас “имел особую окраску, особый вкус и структуру”. Конечно же это не было для него пищей, так как в ней оно никогда не нуждалось. Это был удел смертных и несовершенных, а также выдуманных ими демонов и богов. Оно было несоизмеримо выше всего этого человеческого бреда и иллюзий, но всё же не смотря на всё это, Алекс, этот жалкий человечишка, “привлёк его внимание”. Время Алекса пришло и, вместе с ним пришла неизбежность причины будущих событий, которые уже никак нельзя будет изменить. Судьба человечества предрешена давно и, ни один пророк, или ясновидящий прошлого, никогда не знали и не ведали об этом. Никто и никогда не узнает об этом и в настоящем, или будущем. “Архитектор и палач человеческого сознания” пришёл к своему крестнику.
Алекс успел выпить только половину содержимого кружки, как вдруг неведомо откуда, появился обжигающий холод. Ужасная вонь
Стена, тот бастион, что служил надёжной защитой, как ему казалось, рухнул, рассыпавшись на мельчайшие частицы подсознательного пазла под давлением безмерной силы Мрака. Неведомое, тёмное, всё сокрушающее нечто, хлынуло бурным потоком в физическую реальность, “смывая” на своём пути все жизненные ориентиры и, человеческие ценности. Теперь всё это больше не имеет никакого значения. Всё испарилось без следа, моментально утонуло в клокочущем потоке тьмы. Песок забвения проник повсюду и, от него нельзя было скрыться или спастись. Бытие содрогнулось, извещая ничтожного человека о неизбежности краха.
Кошмар Алекса, “главный” гончий самого Цербера, освободившись от пут без сознательного, быстро стал менять вокруг физическую реальность, как того пожелал сам Arbitratust, сам Инквизитор. Прежний мир Алекса перестал существовать, но взамен появилось нечто другое.
–– Arbitratust, – раздалось, где – то в окружающей безмолвной, ледяной тишине.
Алекс медленно встал со стула и, как по команде выйдя из-за стола, направился в сторону комнаты. Время вмёрзло в стены, образовав неописуемый, и совершенный по своей немыслимой красоте рисунок, а безмерный ужас поставил на нём свой “крест”, таким образом навсегда прекратив его существование для Алекса. Появилось некое, неизвестное ранее Алексу чувство. Его нельзя было объяснить и тем более понять. Подойдя к двери, Алекс некоторое время просто молча стоял, держа дверную ручку в руке. Он, всё ещё колебался. Да, эта была та самая дверь, которую ни в коем случае не стоило было открывать, но у Алекса не было иного выбора. Он вдруг неожиданно понял для себя со всей широтой своего ума, что уже больше никогда не увидит своих друзей, что никогда не коснётся сладких губ прелестной Софи, и никогда не возрадуется погожему солнечному утру, которые некоторые люди, по своему скудоумию, не могут назвать добрым. Да, если бы они только могли сейчас оказаться на его месте, то в то же мгновение переменили бы свои мысли, но тогда всё для них уже было бы поздно, ибо дверь перед тобой, и ты ни как не отвертишься от того, чтобы под любым, даже самым ничтожным предлогом, не открыть её. Не получиться, как ни крути. Для Алекса же, именно там, за дверью, его ждала судьба, его рок. Его время наконец пришло, впрочем, как и полное осознание. Ведь именно для этого момента он был рождён, и именно этого момента он ждал чуть более двадцати лет, наполненных неимоверной болью, страданиями и одиночеством.
–– Надо открыть ее, – сказал он сам себе. – Я готов, я иду.
В этот самый момент, чей-то холодный и грубый голос в голове сказал нечто невразумительное, и тут же, как по волшебству, сразу исчезли все сомнения. Алекс надавил на ручку, и открыл дверь.
Взору предстала очень большая, освещенная слабым холодным светом, комната. Везде царил полумрак и еле заметная дымка, похожая на туман. Через дыру в потолке, достаточно большую чтобы через неё смог свободно пролезть человек, хорошо было видно нечто серо- зелёного цвета. Оно периодически, очень быстро, озарялось красными всполохами, напоминающими разряды молний. Возможно, в такой вот незаурядной форме, так проявляло себя время, будучи тоже вечным пленником безмерного ничто. Отсутствовало понятие высоты “неба”. Стены пол и потолок были выложены из чёрного булыжника неправильной формы. В правом углу разбросаны сломанные детские игрушки. И, всё это, точно не было комнатой Алекса, где он жил. Это было Запредельное, буквально рядом, только нужно переступить порог и всё.
Алекс так и сделал, повинуясь воле неведомого и, ясно осознавая всю абсурдность и нелогичность своих действий. Из – за густого и спёртого воздуха, а точнее смрада, моментально изменился дыхательный ритм и, как следствие, затруднённое дыхание. Лёгкие плавились, сердце перешло в неведомый и невозможный для человека ритм работы. Алекс постоянно сталкивался с этим в своих кошмарах, но никак не мог привыкнуть к этому, к этим вездесущим странным запахам и даже вони в некоторых немыслимых локациях. Сказывалась человеческая природа везде и во всём искать причину, тех или иных явлений. Также чувствовался холод, но определение температуры к нему здесь, никак
нельзя было применить. Он был фантомным, и конечно же не имел никакого физического обоснования, существуя, как некая абстракция иного мира. Но главное, что изменилось кардинально, это сознание. Оно буквально вывернулось наизнанку, обнажив всю скрытую и тёмную природу человека и, изменив чувства и эмоции до неузнаваемости. Запредельное, вновь приняло Алекса в свои объятия, но уже его и физическую форму.Но вот Алекс, периферийным зрением, замечает в самой тёмной части комнаты, некую антропоморфную высокую фигуру, почти чёрного цвета. Нечто стояло неподвижно и, было похоже на фантом, на нечто нереальное и фантастическое. Не успел Алекс как следует осмотреться, как дверь неожиданно захлопнулась, отрезав его от физической реальности. Алекс быстро посмотрел в сторону фантома и, в тот самый миг, смертельные для жизни дозы адреналина и кортизола попали в кровь. Ужас тут же сковал своими цепями бренное тело и, лишил Алекса возможности двигаться и говорить. Сердце готово было разорваться, но пока выдерживало бешенные нагрузки.
Алекс увидел нечто, что никак не вписывалось в картину человеческого мира. По убеждениям обычного человека, это никак не могло существовать. Так утверждал здравый смысл, но Алекс давно перестал на него полагаться, так как по большей части жил в кошмарах неведомых жалким смертным. Алекс нашёл идеальную для себя модель видения мироздания и вот почему его никто не мог понять. Люди просто не понимали его, чувствуя первобытный, дикий страх и, в этом крылась, в первую очередь, причина его одиночества. В мире Алекса всё имело право на существование и, вот пазл наконец собрался, показав истину в её мрачном, чёрно- белом обличье. Любой другой человек уже бы умер от безмерного ужаса, внезапно обрушившегося на него, но смерть не посмела прикоснуться к Алексу, потому что сама Погибель, одёрнула Цербера, и тот послушно отошёл в сторону, не смея ослушаться.
Неописуемый, многоликий и многогранный ужас великого ничто, принял антропоморфную форму. Забвение и тлен, словно штрихи дополнили образ чёрного, как сама тьма, воплощения Его Величества кошмаров Алекса. Получившийся некий концентрат тьмы, “носил вечную плоть пустоты” и, длинные одежды, создавая идеальную иллюзию единения. Бесконечные нити хаоса и мрака, сплетались в нечто неведомое, образуя своего рода “скелет” сущности и, вразумительного объяснения этому не существовало. Мрак явил “своё истинное лицо”, в не ком подобии плоти, напоминающую человеческую и, ни один язык во всей Вселенной не смог бы описать увиденное Алексом. Разум, особенно человеческий, здесь был абсолютно бессилен. Алекс наконец увидел “художника”, и “архитектора” рисовавшего и создававшего его кошмар, и который долгих тринадцать лет терзал и, беспощадно мучил не только его плоть и разум, но и душу. Это явилось и, ничтожный человечишка сразу понял, что смерть не самая могущественная сущность во всём мироздании и, за его приделами. В его понимании, она многоликий Цербер, который покорно сидит у “ног хозяина” на длинной, железной, ржавой цепи и, ждёт “команды”.
Ледяное дыхание обожгло душу и, Алекс почувствовал неведомое, обжигающее пламя забвения. Нечто вырвалось из ниоткуда и набросилось с ужасающей силой на бренное тело. Оно опустошало, сжигало эмоции, а все краски мира и жизни тут же превращались в тлен. Мысли сбивались и путались в невидимой паутине мрака, окутывающего всё вокруг непостижимым образом. Алекс снова оказался в своём лабиринте страха, но из которого не было выхода и, ему было знакомо это чувство. Но “здесь и сейчас” оно усилилось тысячекратно. От этого Запредельного ужаса нельзя было выставить защиту. Её смело бы в то же мгновение как ветхий дом, неведомым ураганом.
Тринадцать долгих лет Алекс ждал этой встречи и, готовил себя к ней. Но как, можно подготовиться к тому, абсолютно не ведая о том, что тебя ждёт?
–– Неизбежность, вот она. – Пронеслось в голове.
Цербер ждал, готовый немедленно вонзить свои острые, как бритва зубы, в жалкую, человеческую плоть и растерзать её. Ужас немного ослабил хватку, но лишь для того, чтобы его жертва могла говорить.
–– Инквизитор, – уставшим и полным страха голосом, пролепетал Алекс. – В бесконечных и мрачных коридорах своего кошмара, я постоянно вижу тебя. Почему ты мучаешь меня?
Алекс пытался говорить ровно и спокойно, но всё же он плохо скрывал своё понимание одного очень существенного факта, он ничтожен. Алекс, вдруг внезапно осознал одну очень простую истину, это и есть реальность и, кошмар теперь никуда не исчезнет. Страх был на поверхности.
Инквизитор начал ходить по комнате, абсолютно не обращая на Алекса никакого внимания. Шёл он уверенно, однако медлительно, не издавая при этом ни малейшего звука. Алекс стал следить за ним пытаясь хотя бы чуточку понять, что же такое перед ним, а о изучении данного нечто, не могло быть и речи.