Апостол
Шрифт:
— Ну, ты у меня сейчас отгребёшь! — выругался я и высвободил свой меч.
Но ринуться на лучника мне не дали. Стоило мне отвернуться от первого поверженного противника, как в мою левую ногу вонзился всё тот же искривлённый клинок.
Я автоматически ушёл в сторону, и это позволило мне пропустить мимо себя вертикальный удар снизу вверх. Оказалось, что первый боец совершенно никак не пострадал. Даже несмотря на то, что его нагрудник сейчас был похож на полуоткрытую консерву. Но это, кажется, не доставляло ему никаких неудобств.
Тем временем лучник зевать не собирался и выпустил мне под ноги
— Скотина! Больно же! — прокричал я, хватаясь за пах.
Это меня только разозлило. Практически не оборачиваясь, я снёс ринувшегося на меня со спины «саблиста» и побежал к лучнику.
Тот, как ни странно, не спешил отступать. Вместо этого он встретил меня сразу тремя взрывными стрелами, которые на секунду меня задержали, заставив прикрываться мечом. Но через мгновение я уже был возле лучника.
Тот успел лишь выставить вверх своё оружие, пытаясь защититься от моего удара. Я же просто с диким рычанием опустил на него [Истязателя]. Причём опустил клинок я плашмя. Что буквально вмяло стрелка в землю.
Его кожаная с металлическими вставками экипировка стала похожа на растёкшийся по земле блин. И я уже хотел было вернуться к первому противнику, всё ещё находясь под взглядами окруживших меня Отголосков. Но тут краем зрения я заметил, что лучник на самом деле не погиб.
Стоило мне отойти на метр от его останков, как он снова начал подниматься и приобретать прежнюю форму.
— Да вы охренели тут?! — выругался я.
После этого в бой вступил третий противник. В меня полетела череда заклинаний от мага в балахоне с капюшоном и в маске. Кстати, все Отголоски скрывали свои лица. Либо шлема, либо маски. Но ни одной открытой головы я не видел.
Я хотел снести мага, даже не подходя к нему. Просто бросил в него меч и когда тот был сбит с ног, вернул клинок, дёрнув за цепь. Но и третий Отголосок вскоре начал вставать, как ни в чём не бывало.
В итоге против меня сражались уже трое противников, которым я не смог нанести ни единой раны. А вскоре начали подключаться и новые враги.
Повинуясь какой-то своей логике, с каждой минутой новый Отголосок вступал в бой. Я же метался между ними как ошпаренный, но ни один мой удар не мог хотя бы на какое-то продолжительное время вывести хотя бы одного врага из строя.
В какой-то момент я подловил одного из воинов и схватил того за голову, пытаясь её оторвать. Но смог лишь стянуть с него шлем. Вместо лица на меня смотрели какие-то призрачные очертания головы с двумя огоньками вместо глаз.
Я тут же попытался снести это голову ударом кулака, но она просто растворилась в воздухе и вновь приобрела форму, когда я отошёл на один шаг.
— Да ну нафиг? — прошептал я.
Не обращая внимания на получаемые со всех сторон тычки, я попытался сконцентрироваться на одном из врагов, буквально разорвав того в клочья. Но на самом деле я разорвал в клочья лишь его одежду и экипировку. На его месте вскоре стоял вполне себе целый Отголосок. Просто без одежды. Сквозь него было видно его товарищей, стоящих позади. Но противник полностью сохранил боеспособность, ударив меня молнией в грудь.
Урон
я практически не ощущал. Несмотря на численное превосходство противников, многие из них были не способны даже пробить [Подкожную броню], ставшую крепче стали за счёт моей божественной выносливости. Но и я ничего не мог сделать в ответ.Даже если я дробил в порошок кого-то из них, он вскоре восставал, как ни в чём не бывало. Только голый.
По всему получалось, что мне пора было сделать то, чего я не делал уже очень давно. Отступить.
Не то, чтобы какая-то моя гордость при этом страдала. Скорее было не приятно от того, что я так и не смог нормально ответить. Хотя с другой стороны, насколько же глупо пытаться что-то доказать призракам?
— Так! Всё! Достали! Пацаны, вы идите в задницу, а я иду домой!
Но не тут-то было. Стоило мне попытаться уйти, запрыгнув на одну из крыш домов, как меня тут же сковали за ноги призрачные цепи, и я упал плашмя на землю.
Цепи я, конечно, разорвал. Но уйти мне снова не дали. У магов был очень обширный арсенал всяких стен, цепей, барьеров, которые то и дело меня задерживали.
— Да чё вам от меня надо-то!? — взревел я, горизонтальным взмахом снося сразу троих врагов перед собой.
А тем временем к бою уже подключились все находящиеся здесь Отголоски. И кажется, откуда-то начали приходить новые враги. Вскоре улица, ранее бывшая безлюдной, начала напоминать несанкционированный митинг, который я был не в состоянии разогнать.
Прижавшись спиной к одному из домов, я просто отмахивался от наседающих воинов и выдерживал дальнобойные атаки магов и стрелков.
Какой-то хитрец тем временем вошёл в дом и умудрился пробить своим копьём стену, всадив его мне в поясницу.
Всё, что мне оставалось, это злобно ругаться и как загнанный зверь отбиваться от наседающей со всех сторон стаи. От количества врагов уже рябило в глазах, а земля подо мной начала плавиться от луж моей крови. Надо было думать. Сражаться бесполезно, а сбежать мне просто не дают. Но никаких идей в голову не приходило.
В отчаянной попытке отвлечь врагов, я вырвал из ближайшего строения бревно и швырнул его в толпу. Затем ещё одно и ещё. Так, по частям я разобрал целый дом и обшвырял его брёвнами противников вокруг, заставив их на время отступить.
И это уже была мысль. Я тут же врезался в стену следующего дома и взорвал его изнутри, разбрасываясь брёвнами во все стороны. Это внесло сумятицу в стан противников, и под шумок я попытался улизнуть на соседнюю улицу. Вот только не тут-то было.
Стоило мне скрыться из виду основной толпы, как за своей спиной я почувствовал дуновение ветра, и сразу два коротких меча вонзились мне в спину.
— Курвы! Грёбаные ассасины! — процедил я сквозь зубы.
Это действительно оказалась парочка ловкачей. Они уже кружили вокруг меня, то и дело пытаясь нанести мне укол. Но я успешно от них отбивался. Но и бежать я снова не мог. Из-за этого меня снова начали окружать. И более того. Видимо, маги очень сильно на меня обиделись и решили вернуть мне должок.
Я ощутил какое-то дрожание над собой. Мимолётом посмотрев наверх, я увидел зависшие в воздухе бревна. Внезапно они резко полетели ко мне, как ракеты класса «воздух-неудачник».