Апостол
Шрифт:
Однако осмотревшись, я так и не нашёл места, где бы потолок и пол были достаточно близко друг к другу, чтобы можно было разместить переход. Во всю ширь этажа были сплошные открытые пространства. И было совершенно непонятно, куда тут идти.
Я вернулся к тому «яйцу», через которое вошёл в логово Биоинженера и запрыгнул на его пик. Но даже с высоты я не смог разглядеть хоть что-то похожее на переход.
— Ну и забрался же ты, сволочь, — пробормотал я, усаживаясь на пятую точку.
Некоторое время я любовался видами раскуроченных «инкубаторов» с уже мёртвыми монстрами. Пока мой взгляд не скользнул по тем отверстиям, из которых до этого вылетали
Подняв взгляд от отверстия в «яйце» я уставился наверх, где находился настоящий кошмар трипофоба. Весь потолок над этим местом был испещрён ровными дырами, в которые вылетали летуны.
— А чем чёрт не шутит? — подумал я вслух.
Я покрепче привязал к себе «халат-мешок» и удостоверился, что [Истязатель] надёжно закреплён на руке. Затем я нанёс себе пару внушительных ран. Таких, чтобы не истечь кровью, но потенциально способных привести к гибели. Причём сейчас мне пришлось едва ли не проткнуть сердце, чтобы [Порождение гнева] и прочие пассивки активировались. Организм уже не воспринимал простые раны, как что-то смертельное.
Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, я присел так, что моя пятая точка коснулась опоры и резко подпрыгнул.
Достигнутого эффекта я и сам не ожидал. Воздух тут же ударил мне в лицо, и я стремительно полетел вверх. Потолок быстро приближался ко мне, и я подумал, что я ведь толком и не прицелился. Но к счастью я попал ровно в одно из отверстий. Правда, кинетической энергии, чтобы преодолеть тоннель наверх полностью, мне не хватило. Поэтому я в полёте всадил меч в его стенку, и дальше уже пришлось карабкаться по старинке.
«Так! Ничего не потерял?» — спросил я у себя, проверяя, всё ли на месте, когда, наконец, оказался наверху. К счастью всё барахло осталось при мне, и я смог осмотреться по сторонам. А посмотреть было на что.
Внезапно я оказался в городе. Хотя по нынешним меркам вряд ли кто-то назвал бы это даже посёлком городского типа. Потому что город выглядел так, как его любят изображать во всяких исторических фильмах про средневековую Европу. Меня окружали деревянные дома и грязь средневековых улиц.
Вот только в той картине, в которой вы сейчас представили, уменьшите яркость примерно на девяносто восемь процентов. Ведь я по-прежнему находился в бездне. Узкие улицы окутывала вездесущая тьма. Ведь осветительные кристаллы под потолком почти не давали света. Даже с [Очами тьмы] можно было лишь едва различать очертания строений. И надо было смотреть в оба, чтобы не провалиться через отверстие в земле обратно на этаж, с которого я только что выбрался.
Требовалось попробовать осмотреться более основательно. Для этого я подошёл к ближайшему деревянному дому, чтобы запрыгнуть на него и тут заметил, что оно всё почерневшее. Оказалось, все дома здесь были обожжённые. От этого город и казался таким чёрным.
Пожав плечами, я всё же запрыгнул на дом и озадаченно почесал затылок. Что-то было видно на расстоянии едва ли пары сотен метров. Дальше взгляд упирался в серую дымчатую пелену, окружавшую этот город. Но самое интересное, что чуть дальше среди деревянных зданий я увидел нечто напоминающее церковь.
Это было полным бредом. Вряд ли где-то в одном из поглощённых миров могли исповедовать христианство. Но из любопытства я решил проверить.
Спрыгнув на землю, я зашагал в ту сторону, глядя под ноги, дабы не провалиться в один из тоннелей
на нижний этаж. Именно поэтому я и не заметил летящий в меня удар, нанесённый искривлённым клинком. Однако я машинально выставил руку, и удар пришёлся на предплечье правой руки.Клинок высек искры из намотанной на руку цепи, а я сурово уставился на возникшего из ниоткуда врага.
[Отголосок]. Эпический монстр. Преобладающие характеристики — ловкость, сила.
Выглядел монстр занимательно. С первого взгляда можно было даже подумать, что это никакой не монстр, а разумный. Просто редко встретишь монстра с таким количеством экипировки на теле. Вот только тот факт, что из-под его доспехов шла какая-то мглистая дымка, выдавал в нём существо иного порядка.
В гляделки мы с ним играли недолго. Через пару секунд Отголосок вновь оказался возле меня, и я заблокировал его взмах костяным клинком левой руки. А правой сделал укол мечом.
Клинок [Истязателя] не пробил доспех. Зато отбросил противника далеко назад, оставив на броне внушительную вмятину. Я не спешил бросаться в атаку. Мне было интересно понаблюдать за действиями противника. Он же, в свою очередь, не вёл себя, как типичный монстр. Вновь застыв, он буравил меня взглядом горящих глаз из прорезей своего шлема, будто раздумывая о чём-то. Но вскоре он вытянул руки в стороны, и округу огласил пронзительный визг.
Мне стало от него не по себе. Не то, чтобы я испытал страх. Просто в антураже заброшенного, почти что постапокалиптического города, такой резкий звук ощущался слишком чужеродно. Но на самом деле чужеродным здесь был только я. И это мне спешили объяснить другие местные обитатели.
Со всех сторон начали появляться новые Отголоски. И самое интересное, каждый из них был индивидуальностью. Разная экипировка. Разное оружие и даже, когда дело касалось преобладающих характеристик, описание также менялось. Основные характеристики у всех у них отличались.
Даже внешне явно прослеживалась специализация монстров. Воины, ассасины, маги. С советующим снаряжением и характеристиками. Ранг у них, кстати, также менялся. Но здесь были все ранги от обычного до эпического. К счастью, легендарного пока что я не наблюдал.
Первый Отголосок вновь попытался на меня напасть, и я понял, что игры кончились. Отведя его саблю в сторону костяным клинком, я схватил его голову второй рукой, предварительно выронив меч, и тут же нанёс укол в прорезь шлема.
Но тут меня ждала неудача. Нет. Связка была исполнена идеально. Я даже сам не ожил от себя такого, но эпическая ловкость сейчас не давала мне отставать от незаурядного ассасина. Вот только мой укол противник даже не заметил. Клинок будто пронзил пустоту внутри шлема.
После этого я повалил врага на землю и со всей силы всадил [Истязатель] ему в грудь. На этот раз меч пробил доспех, пригвоздив Отголосок к земле. Но тот по-прежнему был жив и дёргал конечностями, как жук на иголке.
Самое странное, что пока я возился с этим противником, остальные не спешили нападать. Но стоило ему упасть на землю, как в меня полетела стрела от стоящего неподалёку лучника.
Я уже почти уклонился от выстрела, но тут снаряд взорвался с не очень яркой вспышкой, но очень сильною ударной волной. Такой, что у меня аж уши заложило и, кажется, из них пошла кровь.