Ангелы бедствий
Шрифт:
До убежища она добралась без приключений. Увидев знакомый знак-символ на стене дома, и различив мягкий, едва заметный в снегопаде желтый свет плафона — электрический свет, настоящее чудо для окраин — она пошла быстрее, чувствуя только сейчас подкатившее волнение и облегчение, что все обошлось и на этот раз.
Она спустилась вниз по бетонным ступеням заброшенного здания, в котором жили те "падающие", которым не нашлось места в центре Томска. Отец-настоятель Александр, бывший инженер, основавший и развивший движение "Падения" в Томске еще тридцать лет назад, теперь жил здесь.
Катя, спустившаяся вниз, постучала в стальную дверь, на которой ядовито-зеленой краской были
— Кто здесь? — глухо спросил мужской голос из образовавшейся полоски тьмы.
— Всего лишь наблюдатель, — ответила Катя установленную фразу-пароль. Дверь дрогнула и с шорохом отошла в сторону. Катя, щурясь на тусклый свет лампы в конце коридора, вошла внутрь, отряхивая снег с пальто.
Дома, которые обживали "падающие", со временем начинали напоминать обжитые, но только внутри, оставаясь снаружи такими же неприметными и мертвыми. Многие из последователей этого движения жили здесь, добровольно уйдя из дома, от родных и близких, не разделяющих их мировоззрение. Другие приходили сюда пообщаться, поделится новостями, побыть вместе. Многие пары сформировались именно здесь, и многие из них уделяли друг другу время в свободных для посещения апартаментах на верхних этажах.
Катя прошла мимо нескольких компаний, уютно расположившихся в сумраке вокруг ламп. Увидев знакомого, она спросила, где ей найти Мишу, и ей подсказали этаж и комнату, где его видели. Катя шла быстро, перекинув пальто через сгиб локтя, вглядываясь в каждое лицо, выплывающее из сумрака. Катя ловила жадные, похотливее взгляды одетых в черное девушек и молодых людей, выглядящих как женщины, стоящих у открытых дверей, одним своим взглядом и позой приглашающих уединиться. Она проходила мимо больших залов и комнат, где видела множество людей, молча сидящих вокруг ламп. Иногда Катя слышала тихие голоса переговаривающихся, больше похожие на испуганный шепот. Здесь почти всегда было много людей, но никогда не было шумно.
Она нашла Мишу в одном из помещений. Высокий, долговязый молодой человек, с поблекшими глазами и длинными темными волосами. Он скучал в одном из кресел за старым столиком, в полном одиночестве. Катя была рада видеть его одного. Ей предстояло выдержать нелегкую беседу с ним, и посторонние были не нужны.
— Мне предстоит уехать, Миш, — тихо сказала она, когда они поцеловались и сели в кресла друг напротив друга.
— Куда?!
Кажется, он был ошарашен и напуган подобным заявлением.
— Фрактал. Мне предложили там жилье и работу.
— Ты не шутишь?
— Нет.
— Как… как это случилось?
— На меня вышли через Сеть.
— Но… Я не смогу поехать с тобой, так ведь?
— Да. Ты ведь знаешь, этот город закрыт для посторонних.
Он молчал, глядя ей в глаза, и она отвела взгляд.
— Пожалуйста… — сказала Катя и замолчала, не совсем понимая, что хочет сказать, связанное с просьбой.
— Я должна уехать. Я непременно найду способ связаться с тобой оттуда.
— Отпустит ли тебя Александр?
Катя вздрогнула от этого вопроса. Он показался ей глупым и несуразным, она меньше всего ожидала его. Какое ей дело до отца-настоятеля?
"Неужели он ничего не понял?"
— Я уеду, Миш, — повторила она. — Я не смогу быть с вами…
— Я понял-понял, — от теплоты в голосе Миши ей стало не по себе.
— Твоя работа и новое жилье в защищенном Фрактале… Конечно же, куда важнее всего этого. Важнее всех нас. Важнее меня.
Миша сказал это спокойным, почти что радостным тоном, и Катя невольно поежилась. Разговор
получался во много раз неприятным, чем она ожидала. В этот же момент она почувствовала, как внутри нее что-то сломалось. Она испытала испуг и волнение."Пора завершать. Будет лучше, если все закончится так".
— До встречи, — Катя, наклонившись, быстро и сухо поцеловала его в щеку. Поднявшись с места, она быстрым шагом отправилась обратно к выходу. Миша не окликнул Катю, не бросился догонять… и это неприятно задело ее, лишь подталкивая к выходу из убежища. Возможно, у нее еще будет с ним разговор до того, как Катя покинет пределы Томска, но этот разговор будет позже. Скорее всего, по светофону, а не при личной встрече. Дожидаться здесь утра ей не хотелось. Миша и остальные, и даже это здание казалось теперь чужим и неприветливым. Метель еще не закончилась, но будет лучше, если она уйдет сейчас и вернется домой, пока еще не совсем стемнело.
"Возможно, они будут меня искать, чтобы остановить".
Что ж, для этого у нее и есть пистолет. Если дела пойдут совсем нехорошо, она найдет в себе силы дать знать "падшим", что не намерена терять свой шанс. Даже так.
Катя вышла наружу и медленно поднялась вверх по каменным ступеням. Метель убавила свою силу, перейдя в сильный снегопад. Она отчетливо ощущала страх невиданной силы. Она чувствовала, что боится остаться в полуразвалившемся Томске на всю оставшуюся жизнь, боится упустить возможность вырваться отсюда, боится преследования отца-настоятеля.
Больше не задерживаясь, Катя вновь опустила руки в карманы пальто, стискивая пальцами рукоять пистолета, и быстро пошла обратно. Ее шаги были бесшумными по свежевыпавшему, мягкому и пушистому снегу. Пора возвращаться домой.
Кириченко, всего лишь несколько минут назад тяжело усевшийся во главе стола и коротко и мрачно кивнув остальным, разрешая занять свои места, испытывал странные ощущения.
"Таких совещаний и в таком составе мы еще не проводили, ни разу за время существования "Уаджет".
Для короткого, заключительного совещания собрались все, кто был причастен к руководству обороной Фрактала и находился в Центральном Зале Управления штаб-квартиры на момент нападения неизвестных. Помимо главнокомандующего Кириченко, старшего брифинг-инструктора Левашова, ответственного за связь старшего координатора Васильева и еще полудюжины старших координаторов из числа операторов оборонительных систем штаб-квартиры "Уаджет", здесь присутствовала и доктор Федорова. Вместе с этим здесь отсутствовали Ковалева и ее заместитель.
Главнокомандующий медленно переводил тяжелый взгляд покрасневших, глубоко запавших глаз с одного лица на другое. Прошло всего лишь двое суток с момента нападения на Фрактал. Двое бессонных, изматывающих суток, за которые ощущение течения времени терялось, расплывалось на фоне бесконечных принимаемых докладов, рапортов и отчетов, отправляемых по секретным каналам в "Цитадель-1" и Штаб Объединенных Вооруженных Сил Азиатской Конфедерации Содружества.
"Кажется, уже прошли годы".
Кириченко закрыл глаза и тяжело покачал головой. После чего щелкнул тумблером во встроенной в белоснежный пластик панели. Перед сидящими за столом включились свето-экраны, в призрачных прямоугольниках которых застыло изображение небольшой узкой комнаты. В неярком луче света, падающем сверху, был массивный саркофаг, некоторые из частей которого были сделаны из прозрачного материала. В верхней части саркофага располагалось обширное прозрачное окно, через которое было видно расслабленное лицо Дениса Ковалева. Его глаза были закрыты, кожа и волосы блестели от влаги.