Ангелы бедствий
Шрифт:
Час назад она получила приглашение на закрытый голосовой канал связи от некого доктора биохимических наук, и охотно откликнулась. Это было большой удачей, Катя сама искала для общения подобных личностей. Доктор вышел на нее через несколько научных работ Кати, выставленных для свободного ознакомления на нескольких тематических сайтах. По словам доктора, эти работы очень заинтересовали его, и спустя еще несколько минут, за время которых новый знакомый Кати задал ей несколько наводящих вопросов, девушка поняла, что эта встреча несет почти что судьбоносный характер. Доктор владел огромными знаниями в области изучения и исследования Ткани, и когда Катя спросила его, откуда у него такая информация, доктор, который представился как Сергей Мельнев, спокойно и не кривя душой признался, что является сотрудником научно-исследовательского
Катя никогда не слышала о подобном комплексе, но об "Уаджет" была наслышана. Еще бы! О том, что произошло там два дня назад, трубили все СМИ. Поначалу не восприняв слова Сергея всерьез, она очень быстро поняла, что доктор не лжет. Изумлению Кати не было предела, когда доктор сообщил ей о том, что исследовательская группа понесла потери и теперь ищет новых сотрудников. Так что в ближайшее время девушка получит либо приглашение и пропуск во Фрактал как нового сотрудника "Стагирит-2", либо — увы — сообщение о том, что ее кандидатура была отклонена.
"Фрактал".
Катя, замершая с широко раскрытыми глазами, заморгала, обводя взглядом комнату, освещенную лишь желтым светом настольной лампы. За занавешенным окном уже сгущались сумерки, но девушка не торопилась подниматься с пола, чтобы зажечь свет, думая о том, как она живет. Маленькая двухкомнатная квартира, которой уже давно требуется ремонт. Уже несколько лет как не помешало бы обновить покрытие полов, стен и потолка, обновить бытовую технику и отремонтировать умершего "домового", без которого не работала вентиляция и кондиционер, равно как и многое другое, а о ветхой мебели и говорить не приходилось.
"Фрактал… Я правда заслуживаю этого?"
Катя поднялась, чувствуя, как ноют отсиженные ноги, откладывая шлем на диванчик и зажигая свет, отправляясь к зеркалу в прихожей. Встав перед ним, она всмотрелась в свое отражение так, как если бы видела себя в первый раз.
"Возможно, сегодня действительно важный день в моей жизни".
Темная, сильно загоревшая кожа, приятные черты лица с широкими скулами и острым подбородком, иссиня-черные, прямые волосы, обрамляющие его, но главное — это глаза. Так было и так будет всегда — глаза всегда будут являться отражением сущности человека, где бы он ни был, кем бы себя ни выставлял. Цвет глаз Кати был изменен еще четыре года назад хирургическим путем: когда-то эти глубокие чернильно-черные глаза были серыми.
"Что ж, посмотрим…"
Катя прошла на кухню, где в микроволновой печи разогрела себе на ужин то, что осталось со вчерашнего. Судя по времени, через час с работы вернется отец, через два часа начнется сбор членов культа. Времени было еще предостаточно, но Катя знала, как легко его упустить.
Она вернулась в свою комнату, включила музыку и начала собираться. Ее мысли были заняты только тем, что произошло только что в Сети, и девушка с досадой чувствовала, что это невероятно отвлекает и мешает ей думать о предстоящей встрече. От мысли о том, что ей придется уехать оставив здесь Мишу, у нее едва не опустились руки от растерянности. Радость от приятного известия теперь улетучилась так же внезапно, как и возникла. Теперь, кстати, придется выдержать не самую приятную беседу и с настоятелем, на тему ее возможного отъезда. Только подумав об этом, Катя вместе с растерянностью испытала страх. Быть может, об этом не стоит говорить остальным? Что будет, если настоятель не захочет отпускать ее?
Теперь она искренне сожалела о том, что нарвалась на этого вербовщика из "Уаджет". Возможные грядущие перемены могли обернуться новыми проблемами для Кати и окружающих ее людей.
Спустя полчаса, одетая в пышное черное платье с коротким подолом и с корсетом, обшитым ядовито-зелеными бантами, Катя надела длиннополое пальто, выходя в прихожую. Пред тем, как выйти из квартиры, она взяла с собой немного денег, чтобы завтра утром на обратном пути купить что-нибудь из еды, чтобы не бегать взад-вперед по несколько раз, и положила в карман старый пятизарядный звуковой пистолет. Катя не помнила, когда она выходила наружу без этой легкой и удобной штуки. На улицах всегда было опасно, и днем, и ночью, даже не смотря на то, что она редко покидала пределы центра Томска.
Она вышла на просторную, гулкую и
полутемную лестничную площадку с мрачными и старыми дверями соседей и широкими и светлыми створками двух лифтов. Лифты последние полгода не внушали доверия ни Кате, ни остальным жильцам высотного дома. Мысль о том, что пневматическая система откажет, и огромная коробка рухнет вниз с высоты девятого этажа, вселяла в Катю такой страх, что она отказалась от поездок на лифтах еще задолго до того, как жилищное управление предупредило о том, что лифты лучше не использовать. Кате еще повезло — всего лишь девятый этаж, не так уж и много, если подумать. Тяжелей всего было жильцам, проживающим уже выше шестнадцатого. Для них каждый выход на улицу и возвращение обратно превращалось в настоящее испытание на физическую подготовку.Катя вышла на улицу, и остановилась в тот момент, когда автоматические двери подъезда с мягким звуком сомкнулись за ее спиной. Было тихо и прохладно, вниз оседали крупные снежинки, застывающие на холодном дорожном покрытии.
"Я могу покинуть этот город, чтобы жить и работать во Фрактале".
Возможно, это и будет настоящей жизнью, которую можно по-настоящему почувствовать. Покинуть и забыть этот едва живой город, окруженный мертвыми лесами, мегаполис, населенный запуганными и озлобленными людьми, которые понимают, что уже обречены, но никогда и ни за что не признаются в этом даже самим себе. Фрактал — это почти рай на земле, город, способный выдержать любой катаклизм, город, который является базой для последней силы человечества, которая способна противостоять разрастающейся Ткани.
Катя встрепенулась, понимая, что обманывает себя. Новость о возможном переезде, кажется, помутнила ее разум. Она отдала себя "Падению", которое готовилось уйти из этого мира, взяв на себя роль наблюдателя, и девушка прекрасно понимала, что это значит. Созерцать медленное разрушение всего и вся, сохраняя рассудок — эта цель была главной для "Падения".
"Если я перееду во Фрактал, чтобы работать в "Стагирите-2", который борется против Ткани — это будет предательством нашего мировоззрения?"
Катя размышляла об этом, шагая по улице в сторону окраин. Снегопад усиливался, и высотные строения, мимо которых шла девушка, превращались в сиреневые зловещие силуэты в начинающейся метели. Сейчас на улицах было предостаточно людей, спешащих домой с работы. Несколько раз Кате встречались патрули милиционеров из местного Форта. Девушка внимательно и быстро скользила взглядом по лицам встречающихся ей людей, и, как и всегда, она подмечала одну и ту же особенность — все они выглядели очень усталыми, и на их лицах застыли выражения безразличия. Их усталость не была физической, а скорее внутренней, такой, какая бывает у пожилых людей, познавших, что такое жизнь и знающих, что конец уже недалеко.
Кате все это было знакомо с самого детства. Именно поэтому она вступила в "Падение", которое дало ей немногие, но важные вещи. Например, спокойствие и уравновешенность — качества, которые в этом мире со "старыми" людьми уже давно стали редкостью.
Катя шла к месту сбора других "падающих" по давно выверенному маршруту, который можно было считать безопасным, не смотря на то, что последние десятки метров ей пришлось преодолевать по уже давно заброшенным, почти незаселенным районам, которые плотным кольцом окружали любой другой город страны. Старые высотные дома еще полстолетия назад были заселены, но теперь здесь было сумрачно и пустынно. Именно это мертвое кольцо потемневших домов-призраков, медленно, но неуклонно растущее вширь, считалось самым опасным местом. Здесь находили прибежище те, кто уже откололся от относительно спокойной и уравновешенной жизни, еще теплившейся в центре города: мелкие банды, бездомные и безработные, сектанты разных мастей, к которым зачастую относили и "падших". Здесь запросто могли обобрать, убить, изнасиловать, для окраин это было в порядке вещей. Поговаривали, раньше здесь видели и ставших редкими зверей, выходящих из лесов в поисках пищи, но подобные случаи были еще и двадцать лет назад. Катя, шагая вперед по громко хрустящему под подошвами высоких ботинок снегу, тревожно всматривалась в сгущающийся сумрак, усугубленный и снегопадом, дыша через рот, и ее дыхание вырвалось облачками пара. Девушка стискивала рукоять пистолета в кармане пальто, готовая применить его в любой момент.