Академия неформат
Шрифт:
– В таком случае меня тоже запишите – я буду участвовать, – Патрик быстрым шагом направился к двери. Поравнявшись с Шаленом он тихо сказал, но девушка всё равно услышала:
– Будешь болтать, я найду способ укоротить твой длинный язык!
Шален лишь развёл руками, и расплылся в улыбке:
– Боюсь-боюсь! Ты сам, надеюсь, знаешь, что делаешь?
– Не волнуйся, – Патрик прошел мимо него едва не задев плечом.
– Так что вы хотели, Джейд? – спросила Жаклин, пытаясь скрасить неловкость.
– В общем-то я уже всё сказал: Рози отобрала сказки, осталось выбрать, потом назначить роли…С ректором надо будет поговорить по поводу костюмов
– Хорошо, я буду через десять минут.
– У многих ещё идут уроки. Лучше встретиться около шести часов в зале – тогда все подтянутся. Шульмана звать, или вы сами?
Краска бросилась девушке в лицо, но она, взяв себя в руки твёрдо ответила:
– Звать. Всех звать, кто собирается участвовать.
– Объявление писать не будем, – усмехнулся Шален, – и так желающих больше чем можно занять в одном спектакле. Наверно придётся часть оставить как запасных: пусть учат роли, если вдруг кто из основного состава не сможет участвовать.
– А вы уже и основной состав назначили? Не успев даже пьесу выбрать?
– Это я гипотетически. Кому-то всё равно придётся быть простыми работниками сцены: открывать-закрывать занавес, греметь громом, если будет нужно, или суфлировать. В общем, приходите в шесть – я соберу ребят.
Шален вышел. До назначенного времени оставалось два часа. Дальше сидеть в аудитории не имело смысла. Она сегодня не обедала, из-за инцидента с ректором по поводу Шульмана. Стоило о нём вспомнить, как его лицо немедленно возникло перед внутренним взором, а в ушах зазвучал ласковый голос… Что за наваждение!
Девушка сжала виски и приказала себе: «Хватит! Это путь в никуда!»
Перед тем, как идти в столовую, предстояло зайти на кафедру, сдать журнал и ключ от аудитории. Она застала там лишь Армана Грюно: магистр что-то сосредоточенно писал в толстой тетради, периодически поглядывая в большой фолиант, раскинувший страницы на столе перед ним.
– Добрый день! – поздоровалась девушка.
– Добрый, добрый, – рассеянно повторил блондин, вперившись глазами в книгу. Он отложил перо, тут же безотчётно вцепившись себе в волосы, задумчиво взлохматил их, и только потом взглянул на Жаклин.
– Здравствуйте! – немедленно расплылся он в приветливой улыбке. – Вы меня простите за то путешествие? Я не подумал, что даме сложновато будет скакать по склону, подобно горной козе! Сам-то уже привык.
– Ну, что вы! – улыбнулась Жаклин. – Зато виды были прекрасны!
– О да! – магистр поднялся со стула и с наслаждением размялся. – Тербравос вообще прекрасное место! Будь моя воля, я бы гулял по его дикой стороне с утра и до вечера!
– Дикой? – удивилась девушка.
– А вы думали, что остров застроен со всех сторон по самую макушку? Не-е-ет! Застроена лишь южная и восточная сторона, а север и запад покрывают неприступные скалы вперемежку с почти непролазными лесами. Но тем интереснее! Обожаю исследовать их: с юности увлекаюсь скалолазанием.
Этот необычный человек удивлял её всё сильнее.
– Но это же очень опасно: лазить по отвесным скалам, – вежливо заметила Жаклин.
– Для этого существует специальное снаряжение! – похоже, магистр Грюно сел на любимого конька. – Это так пьянит! Так будоражит! Какое несравнимое ни с чем удовольствие, взобраться на самую вершину скалы, а оттуда смотреть на окружающий вид! Там, откуда я родом, тоже скалы и море. Поэтому Тербравос для меня так притягателен…
– А откуда вы? – спросила девушка, чтобы поддержать разговор.
Грюно поджал губы, и через мгновение уклончиво ответил:– С севера.
Повисла пауза. Жаклин повесила ключ на щиток, положила журнал в предназначенное для него место и сказала:
– Всё, я пойду: не буду вам мешать!
– Рад был вас видеть! – вновь расплылся в улыбке Грюно.
Выйдя за дверь, девушка покачала головой. Магистр менялся, как направление флюгера под новым порывом ветра. Гораздо больше ей нравилось, когда он её попросту не замечал.
Столовая опустела – шли уроки, обед закончился, а до ужина было ещё далеко. Подойдя к опустошенной раздаче, Жаклин вновь вспомнилась самая первая встреча с Патриком. Сегодня дежурила девушка с третьего курса – её фамилию она так и не вспомнила. Поглядев на отварную картошку и кукурузную кашу, Жаклин выбрала печеные яблоки с корицей, попросив сварить чашку квана. Девушка, явно стеснявшаяся из-за поварского колпака, покрывавшего светлые волосы, уныло кивнула.
Жаклин устроилась у окна, выходившего на площадь с фонтаном – излюбленного места отдыха многих студентов. Она попивала прохладный кван – дежурная не стала варить новый, просто вылив ей в чашку то, что осталось в кофейнике. Зато яблоки были выше всяких похвал. Рассеяно глядя на улицу, девушка заметила Гарвея, вальяжно опёршегося о высокий бортик фонтана, явно поджидавшего кого-то. Вскоре к нему подошел Флабер, со своей вечной хитрой улыбочкой. Гарвей достал что-то из кармана, а потом поспешно спрятал, заметив идущего к ним магистра Кранца. Увидев его, сама Жаклин постаралась отодвинуться, чтобы скрыться за занавеской, украдкой выглядывая оттуда, будто мышь из норы, завидевшая кошку. Улыбки студентов погасли.
Кранц что-то говорил им, отвечал только Гарвей: Флабер жался к бортику фонтана у него за спиной. Разговор шел явно на повышенных тонах. Наконец Кранц наставил на Гарвея палец, грозя неизвестно чем – фонтан находился слишком далеко, до столовой не долетало ни звука. Принц спокойно отодвинулся и что-то сказал с таким презрением, что магистр побледнел. Гарвей развернулся и быстро пошёл по дорожке в сторону спального корпуса, увлекая Флабера за собой.
Заместитель ректора огляделся и вперился взглядом в окна столовой – девушка немедленно снова юркнула за занавеску. Повторно переходить дорогу вспыльчивому боевику не хотелось.
Глава 7
Зал для собраний Жаклин нашла с трудом: пришлось по дороге несколько раз спрашивать у проходящих мимо студентов и дворника, сметавшего листья у крыльца. Когда она наконец добралась, то её поразила… нет, не помпезность помещения, хотя оно было обставлено в лучших традициях столичных театров. К богатству университетских интерьеров она уже успела привыкнуть. У дверей стоял неимоверный гул гот множества голосов, спорящих друг с другом. Она с опаской заглянула за дверь – большая часть затянутого алым плюшем амфитеатра была занята студентами, яростно спорящими друг с другом. Улыбающийся Шален стоял у самой сцены, скрестив руки на груди, словно военачальник обозревающий своё войско. Рядом с ним, похожая на громадную статую святой Габриелы Мёртвой, стояла Рози Валенсо. На этот раз она навела такой густой макияж, что издали казалось, будто вместо глаз и рта у неё чёрные провалы. Патрик со скучающим видом сидел, свесив ноги, рядом с суфлёрской будкой. Гарвей что-то горячо доказывал, красавице, со жгуче-чёрными волосами, которая не менее пылко отвечала ему звонким голосом: