Чтение онлайн

— Нуждаешься ли ты в причастии, раб божий? — тут же начал он. — Не хочешь ли облегчить душу перед смертью?

— Да какого черта вы тут меня уже похоронили и делите мое имущества? — вскипел я. — Почему каждый из присутствующих считает, что я обязательно проиграю?

— Потому, что магкиз Ищенко еще не пгоиг’ал ни одного поединка, — с грустью в голосе сообщил сзади чуть картавый голос.

Оглянувшись, я увидел еще одного персонажа этой комедии: персонаж этот был одет в черное, и носил ермолку из-под которой свисали длинные пейсы.

— А вот тебе и второй священник. В кодексе не сказано, что он должен быть православным! А теперь пошли в сад!

Но, как только мы двинулись, Вика оторвалась от собеседника (чему тот был, казалось, изрядно удивлен) и бросилась ко мне.

— Дорогой,

ты куда?

— Я на десяток минут, дорогая! Мне тут предложили спуститься в сад. Сейчас, быстро убью местного хама и вернусь. Ты пока развлекайся!

— Ну да, и пропустить забавное зрелище. о котором будут судачить по салонам как минимум неделю? Не дождешься. Кстати, ты в курсе, что по существующим правилам. Противника недостаточно просто вывести из строя, а придется окончательно убить? Иначе дуэль считается неокоченной, и побежденному разрешается нанять наемного убийцу, чтобы довести дело до конца?

— Не знал. Спасибо за консультацию. Но это, кажется, должны были сообщить мне мои секунданты, не правда ли? — обратился я к святоше в белой рясе. Если не ошибаюсь, такие рясы носят исключительно члены секты «Священной Конгрегации». Как символ чистоты их веры и преданности правилам. Что еще «забыли» мне сообщить мои секунданты?

— Да мы как-то и не подумали, что Вы, багон, собигаетесь выжить, — сообщил спускающийся рядом по лестнице раввин. — а так условия стандартные. Победитель получает все, в том числе пгаво на спутников проиг’авшего. Или, в данном случае, спутницу. Извините, багон, но здесь именно такие пгавила. А также все имущество, которое таки находится при побежденном: огужие и одежду. Ну, и еще существует пгавило, по котогому после смегти поединщика его место могут занять секунданты. Пгошу заганее пгостить, но я лично вступать в схватку после Вашей, багон, гибели, не намеген. Боюсь, что мой коллега в белой гясе тоже не будет настаивать на этом пункте.

— Понятно, — задумчиво протянул я. — Значит мне придется убить не одного, а троих соперников? Ваши секунданты, маркиз, ведь будут настаивать на этом пункте? Мне-то их смерть, как и Ваша, не нужна. Но традиция есть традиция... Что еще мне стоит знать? Разрешено ли соперникам применять Дар?

— Разумеется, как и в любом поединке благородных господ.

— Ну что, приступим? — заявил я, оглядываясь вокруг.

Осмотревшись, я убедился, что в глубина сада, кроме клумб и беседок, притаились и площадки, вроде этой: тщательно выровненные и присыпанные ярко-желтым, крупнозернистым речным песком. Зрители столпились сплошной стеной по границе круглой площадки, а мы с маркизом остановились в центре. Маркиз, рисуясь, отстегнул ножны и бросил их куда-то за пределы площадки, а затем снял и бросил туда же камзол.

Я повторил его действия, но ножны и камзол отдал из рук в руки пейсатому «секунданту». Белорясовик вызывал у меня еще меньше доверия: еще удерет с моими вещами! А Вику я приписывать к этой истории не собирался. А затем мы скрестили шпаги.

Маркиз оказался соперником сильным, но ничего экстраординарного в его технике не было. Четкие классические стойки, заученные позиции... предугадываемые движения тоже особой опасности не представляли. Если учесть, что моя шпага была просто-напросто тяжелее и лучше заточена, то ловить ему в классическом фехтовании было практически нечего. Но, как только я собрался выбить у него из руки оружие, как прямо перед моим лицом расцвела «радуга» энергий. Видимо, он применил (точнее, пытался применить) против меня какое-то воздействие. И направил это невидимое воздействие прямо мне в лицо. Но, к его удивлению, это ничего не дало.

Противник отскочил, и тут же защита расцвела радугой одновременно напротив моего левого плеча и выставленной вперед правой ноги. Но и в этот раз ничего необычного я не почувствовал. Зато, воспользовавшись тем, что противник отвлекся, проколол ему бедро. А когда противник опустился на колено, выполнил укол в правое плечо.

Маркиз рухнул на песок, прожигая меня ненавидящим взглядом. Я тем временем поднял шпагу вверх, и потребовал предоставить пострадавшему лекаря.

— Простите, барон, — осторожно подошел ко мне священник в белой рясе, — но Вам придется закончить дуэль. Иначе ожидайте в каждый момент удара в спину

или яда в еде. Удар нанесет наемник. Оплатить заказ может как маркиз, так и любой из членов его семьи. И будут, по закону, совершенно правы. Кроме того, пока жив вызывающий, его секунданты вынуждены закончить дуэль. Так что Вам придется добить противника. Или же это придется сделать одному из нас, ваших секундантов!

— Но Вы же священники/? — удивился я. — Разве священникам разрешается брать в руки оружие?

— Только не в том случае, если такое действие сможет предотвратить значительно большее кровопролитие. А так и будет, если Вы не закончите дуэль!

Поколебавшись, я обтер клинок и приставил его к средине груди поверженного противника. Поколебался минутку и опять поднял шпагу острием вверх. Ну не могу я ударить в сердце безоружного!

Отвернувшись. Сделал шаг назад и вдруг услышал дружный «Ох» толпы и почувствовал, как резко потеплела спина. Вот демон, это он что, мне в спину заряд выпустил? Значит, не такой уж он безоружный и беспомощный? Тогда это совершенно другое дело! Развернулся, нацелил острие шпаги и выпустил с расстояния в локоть из острия разряд в грудь сопернику. А, как известно, разряд «электриума» может как запустить, так и остановить сердце. Грудь соперника рефлекторно дернулась, и он замер неподвижно.

— Ну что, есть желающие продолжать дуэль? — пристально посмотрел я на секундантов маркиза. Как и ожидалось, они отказались продолжать дуэль, посмотрев на последний удар, который я выполнил при помощи дара. Тут же на арену выскочила Вика и повисла у меня на плечах, запечатлев у меня на губах жаркий поцелуй.

— Надеюсь, ты не будешь претендовать на пришедшую с маркизом девушку? — прошептала она мне в ухо.

— Да никогда! — заверил я супругу. А она как, красивая хоть?

— Еще раз спросишь, укушу! — предупредила супруга.

— Ну и ладно, — согласился я. — пошли обратно? Получила сплетню, которую будут обсуждать?

— Надеюсь, это не последняя сплетня, которую мы здесь поймаем, — прошептала с надеждой Вика. — Только побожись, что сам ни во что влезать не будешь!

И мы двинулись по дорожке в сторону основного здания. Но далеко не ушли, так как на подходе к зданию нам дорогу преградила целая шеренга парней в тесных кальсонах. Очевидно, обслуживающий персонал от принимающей стороны.

Глава 32

Я ухватился за эфес шпаги, но обнажать оружие не спешил. Во-первых, напротив меня стояла целая дюжина. Во-вторых, по соседним дорожкам тоже приближалось несколько похожих групп. Ну, и наконец, не применять же оружие или «дар» против безоружных слуг! Они ведь не по своей воле к нам приближаются! Их кто-то послал по наши (а скорее только по мою) души. Вот и нужно узнать, почему это я так заинтересовал хозяев вечера.

Поэтому я остановился и решил спокойно подождать развития событий. Шеренги слуг остановились шагах в пяти, перекрыв все дорожки. И только после этого откуда-то издали приблизился, видимо, старший среди них. Кажется, это был тот самый мужик, что встречал гостей на входе. Но могу и ошибаться, к нему я точно не присматривался.

— Добрый вечер, барон! — приветливо поздоровался мужчина. — Я рад, что вы так миролюбиво отнеслись к отправленному приглашению. Признаться, отправляя к Вам этих болванов, я надеялся, что в живых останется хотя бы половина. Я, честно говоря, опасался, что азарт победы в дуэли заставит Вас обнажить оружие. А в его действенности все присутствующие убедились только что.

— А Вы, простите, кем будете? — спросила стоящая рядом Виктория.

— О, простите великодушно, — извиняющимся тоном отозвался мужчина. — От волнения совсем забыл о манерах! Я барон Карский, управляющий этим имением. И мне поручили пригласить Вас в гости к владелице имения, госпоже Марго. Ее впечатлило Ваше выступление на арене. Видите ли, маркиз Ищенко до последнего времени считался непобедимым, и это придавало ему определенную ценность в глазах Графини. Но, как выяснилось, не так уж он был силен, как казалось ему и многим... окружающим. И теперь Графиня хотела бы познакомиться с настоящим мастером «Клинка и Магии». Не сочтите за лесть, но это слова самой владелицы усадьбы и организатора сегодняшнего приема. Прошу Вас, барон!