Адмирал Г И Бутаков
Шрифт:
Значительно труднее было бороться с турецким флотом на Черном море, где Россия фактически ничего не могла ему противопоставить. Выход из положения нашел ученик и наиболее талантливый последователь Григория Ивановича Бутакова лейтенант Степан Осипович Макаров. Еще до начала войны, в ноябре 1876 года, он выдвинул довольно смелый проект: оборудовать быстроходные пароходы Российского Общества пароходства и торговли для перевозки паровых катеров, вооруженных шестовыми минами. Пароходы должны были доставлять катера к турецким портам, и спускать их там на воду для атаки турецких кораблей. После атаки пароходам надлежало возвращаться в ближайший русский порт, взяв на борт катера. Нападение, а не пассивная оборона! Таков был смысл проекта Макарова.
Несмотря на исключительную важность проекта, Макаров почти два месяца вел упорную борьбу
29 апреля 1877 года "Вел. кн. Константин", крейсируя в районе Батума, обнаружил на Батумском рейде турецкие корабли. С наступлением темноты минные катера были спущены на воду и безуспешно атаковали турецкий сторожевой корабль. В ночь на 29 мая "Вел. юн. Константин" подошел к Сулину, и катера атаковали турецкие броненосцы, стоявшие на рейде. На этот раз один из катеров взорвал и вывел из строя турецкий броненосец "Иджлалие". Успешной была и атака турецкого броненосца "Ассари Шефкет", произведенная в ночь на 12 августа на Сухумском рейде. А в ночь на 16 декабря 1877 года минные катера атаковали торпедами турецкие корабли на Батумском рейде. Это была первая в истории атака кораблей торпедой. Там же в ночь на 14 января 1878 г. катера с "Вел. кн. Константина" взорвали турецкий пароход "Иктибах".
Боевые действия минных катеров Макарова сковали действия турецкого флота. Инициатива на Черном море оставалась в руках русских моряков. Степан Осипович был произведен в капитан-лейтенанты, награжден золотым оружием и георгиевским орденом 4 степени.
В ходе русско-японской войны ученик и последователь адмирала Бутакова Степан Осипович Макаров внес солидный вклад в развитие русской военно-морской тактической мысли. Он первый использовал торпеду, как активное наступательное оружие, положив начало новому классу боевых кораблей - торпедным катерам. Макаров первым также применил новый тактический прием использования минного оружия - совместную атаку кораблей противника несколькими катерами в темное время суток.
* * *
Зимой 1877/78 года русские войска подошли к Константинополю. Успешные действия русских войск создавали угрозу новой войны - на этот раз с Англией и Австрией, решительно возражавших против усиления русского влияния на Балканах. 19 февраля 1878 года в Сан-Стефано царским правительством был заключен мирный договор с Турцией. Но Англия и Австрия потребовали коренного изменения этого договора. Они были решительно против того, чтобы Болгария стала независимой от Турции, получила значительную часть эгейского побережья и сухопутную границу близ Константинополя. Большой авторитет России среди болгарского населения обеспечивал ей возможность оказывать серьезное влияние на режим в проливах, вопрос о которых прямого решения в Сан-Стефанском договоре не получил.
Царское правительство, упорно стремившееся к обладанию проливами и Константинополем, не желало и слышать об уступках. По приказу Александра II были приняты меры по минированию Босфора. В ответ на это Англия провела частичную мобилизацию резервов и ввела свою эскадру в Мраморное море, а Турция стала собирать вокруг Константинополя значительные силы. Казалось, новая, еще более жестокая война неизбежна.
К боевым действиям стал готовиться не только Черноморский, но и Балтийский флот. Еще в начале русско-турецкой войны на Балтийском флоте были произведены некоторые перемещения офицерского состава. В частности, Григорий Иванович Бутаков был назначен начальником отряда броненосной эскадры, командование которой взял на себя генерал-адмирал. Это непонятное на первый взгляд понижение Григория Ивановича явилось результатом его резкого выступления на совещании
в Морском Техническом комитете против порочной системы кораблестроения.Еще в первые дни войны отряд Бутакова установил минные заграждения на подступах к Выборгу, Динамюнде и Свеаборгу. Основным руководством при производстве этих работ служили привила постановки мин на фарватерах, разработанные самим Бутаковым.
В марте 1878 года под председательством Бутакова, как старшего флагмана, состоялись секретные совещания адмиралов и генералов флота по вопросу "об употреблении русских морских сил в случае войны с Англией". На первом совещании, 16 марта, по предложению Бутакова было принято решение держать группы минных катеров в Кронштадте, Свеаборге, Роченсальме, Бьеркэ и Нарве. Кроме того, было решено послать в Свеаборг фрегаты "Петропавловск", "Севастополь", "Князь Пожарский" и "Светлана", создать на побережье Финского залива систему оптических телеграфов, организовать наблюдательные пункты на Дагерорте, Гангуте, Порккала-Удде, Гогланде и Стирсуддене и связать их электрическим телеграфом с Петербургом, выставить минные банки в разных местах Финского залива.
На заседании 20 марта Бутаков выступил с планом обороны Кронштадта и Петербурга. Он предложил собравшимся обсудить важный вопрос: может ли неприятель, имея большое число канонерских лодок и мелких пароходов и не употребляя даже контрмин, форсировать линии северных заграждений у Кронштадта? Сам Бутаков отвечал на этот вопрос утвердительно. Он исходил из расчета, что Англия может направить в Финский залив около 200 таких судов, не считая паровых барказов и катеров с кораблей. Мнение Бутакова вызвало множество возражений. Одни участники совещания усомнились в возможности столь дерзких действий противника, другие утверждали, что при прорыве заграждений неприятель будет встречен ружейным огнем гарнизона Кронштадта и его фортов. Третьи уверяли, что с падением уровня воды в заливе противник окажется в ловушке.
Однако Бутаков сумел доказать собравшимся, "что и гарнизон со своим ружейным огнем совершенно не будет прикрыт от тыльного огня{картечниц и малых орудий), и что, отогнав прислугу от орудий, у которых она совершенно открыта, неприятелю не понадобится большого десанта, чтобы овладеть несколькими малыми фортами; предположив, что неприятель имеет наши планы, ему не будет особенно трудно прорваться под медленным огнем больших 11-дюймовых орудий; что, завладев несколькими фортами, он не будет в ловушке, потому что может спокойно вылавливать мины или уничтожить их контрминами; что канонерские лодки будут разрушать Кронштадт с тыла своими большими орудиями, а потом пойдут и в Петербург; что против всего этого нужно и можно принять меры, но что мониторы могут плавать только по узким 9-футовым фарватерам, дающим им весьма ограниченный круг действий"{151}.
Приведенные аргументы убедили участников совещания в необходимости усиления обороны подходов к Кронштадту, а следовательно, и к столице. На заседании было принято следующее решение: "1) Выдвинуть на южном фарватере вторую линию минных заграждений между Толбухиным маяком и Лондонской мелью, оставляя первую на прежнем месте, и защищать новую линию башенными фрегатами и кораблем "Петр Великий", а при случае и двухбашенными лодками; также устроив на южном берегу мортирную батарею, если за вооружением этих судов найдутся для этого мортиры. 2) Желательно вооружить башенные фрегаты и "Петр Великий" 9 или 8-дюймовыми мортирами с тем, чтобы это не мешало действию судовых пушек. 3) Во внутренних линиях минных заграждений южного фарватера следует оставить проход для наших судов шириной в 50 саж.".
16 апреля 1878 года Григорий Иванович Бутаков был произведен в полные адмиралы и вскоре после этого назначен на должность начальника береговой и морской обороны Свеаборга.
В связи с ожидавшимися военными действиями дел в крепости было много. В спешном порядке шла работа по усилению обороны Свеаборга и Выборга, укреплению позиции Гельсингфорса, устройству оптического телеграфа, заготовке донных мин для минных заграждений и т.д. С открытием навигации темпы работ ускорились. На островах Сандгаме и Друмсе строились батареи, на островах Свеаборгской крепости и в Выборге исправлялись крепостные верки, намечались биваки и позиции. В обе крепости на военных кораблях были доставлены береговые орудия крупных калибров и запас снарядов к ним.