Ад
Шрифт:
— давай!
— только это…. Бизон, смени его, Данил, пройдись по всем, угости ребят.
У нас с Бизоном был общий сектор. Как раз та самая лестница. В принципе несколько секунд я и сам продержусь. А за это время враги или прорвутся вниз, или откатятся. Так что один или два ствола, по большому счёту разницы нет. Через пару минут Данил подкрался ко мне, поддел ножом кусок мяса, и сунул мне в рот. На всякий случай я не отводил ствола от лестницы, а то мало ли что!? Панкерцы, а тем более черные — не лохи! Ходить тихо умеют! Когда я прожевал до жути солёный кусок, Даня поднёс флягу. Тут уж я второй рукой перехватил её. Неудобно когда тебя поят. Можно и захлебнуться. Не отводя взгляда от лестницы (Знаю я их… свесится красавчик какой-нибудь и положит обоих одной очередью), и страхуясь стволом, я сделал глоток. ЛЯ-Я-Я! Я то думал вода! Блин,
Темнело. А к нам всё не совались. Стрельба откатилась вниз в район школы и рынка. Да и стреляли как-то лениво. У казаков наоборот нарастало. Вплетались в какофонию звуков и лязг гусениц, и выстрелы орудий. Кажется там же уже в сумерках, вновь отработали вертушки. Где-то над головами проревели самолёты. Явно не транспортные. Не менее интенсивная перестрелка шла в районе Солнечного. Похоже там наступление удалось остановить. Ну и то и дело вспыхивали коротенькие перестрелки вокруг нас. Иногда раздавались одиночные выстрелы (добивали раненых). А мы всё ждали. Ожидание смерти хуже самой смерти. Вот сейчас-сейчас сунется, какая-нибудь небритая харя, получит свою порцию свинца и скатится вниз по ступенькам. А следом скатится граната. А скорей всего и не одна! И если не заденет рикошетами осколков, то оглушённого, а то и контуженного, меня добьёт какой-нибудь панк. А потом двинется дальше убивать моих друзей… Не сунулся, не скатилась, и не пошли…
В общем, пронесло! К нам никто так и не сунулся! Вероятно не догадались заглянуть в проём, где находилась лестница в подвал. Я уже упоминал про везение??? Так вот вернусь к этому и повторюсь ещё раз!!! Сегодня, похоже, одна только наша группа израсходовала запас удачливости всей группировки, причём на всю жизнь вперёд!
На улице темно, а у нас в подвале ещё темнее! Как у негра… ну сами знаете где! Над головою разместился взвод чурок. Перед зданием урчит БТР. На первом этаже в глубине здания горит костёр. Стрельба стихла. Обыкновенный тревожащий огонь, да в профилактических целях работает артиллерия панкерцев. Стрельба затихла даже в секторе у казаков. По очереди ребята сползали в пристройку за бронежилетами. Мы провели инвентаризацию всего имеющегося в наличии. Воды было примерно по полфляги в рыло. Еды не было вовсе. Патронов и гранат в избытке! Раций три, но аккумы пустые! Лишь у Кондора рацию в целях экономии вырубили. Так что в случае чего можно было связаться со своими на несколько минут. Ещё бы частоты знать.
Так или иначе — ночь наше время, и отсюда нужно выбираться! Выбираться было решено через пристройку. Господи как надоела эта возня с «бронниками». Сними, одень, снова сними. Через полчаса все были в пристройке. Конечно, верёвку никто не оставлял. Выбирались, делая «лесенку». В таких условиях это просто сказка. И упасть не боишься! Стенка сзади не даст далеко размахнуться. Если начнёшь валиться, рано или поздно затормозишь о заднюю стенку пристройки. Наверх забросили естественно одного Бизончика. Самого лёгкого. Он закрепил верёвку и забился в щель, прикрывая наш подъём. Через 15 минут все были наверху. Во дворе шумел двигателем Т-84. вокруг слышались голоса, и шорохи. Стуки, удары, треск костров. В окрестных домах панки и чурки размещались на ночлег.
— группа, слушай сюда вниматочно! Пойдём по наглому! Канаем под панкерцев. Двигаем к Ворошилова, оттуда через слободку в лесополосу, и на крепость. Анти, спрячь бинт. Мы ВВ-шники из столицы. Спецподразделение «БАРС». Насчёт паролей посылаем всех в жопу. Ну, с богом.
И ведь двинули. Плотной группой, посматривая по сторонам, и вместе с тем нагло и по-хозяйски. Если нас и заметил кто, то не обратил внимания. Мало ли теней шастает ночью мимо. Если идут не таясь — значит свои! Конечно, только самоубийцы бродят ночью в зоне боевых действий, но у нас другого выхода не было. Чтоб не нарваться на растяжку, старались идти по следам танков… они то по идее все растяжки сняли. Первый раз довелось пообщаться с панкерцами в районе рынка.
— Стой ля!
Голос шёл из подвала. Похоже, кто-то разместился там и даже догадался выставить часового. Нас осветили фонариком. Яркий свет бил в глаза, на секунду мы ослепли. Пришлось прищуриться и прикрыться ладонями от света!
— Вот я щас тебе
твой фонарь в жопу засуну, будешь светлячком притворяться! Вполне искренне возмутился Кондор на панкерском.Боец, похоже, рядовой. Привык подчиняться. Фонарь мгновенно погас. Удивительно, что делает с людьми уверенный командный тон. Но едва мы двинулись дальше, снова раздался окрик
— Я сказал стой! Не двигаться! Кто такие?
— Так, рядовой, ко мне! Бегом, я сказал! Я с тобой тут пи….ть не буду, гранату швырну, и все дела!
Боец что то сказал в глубину подвала, после чего вновь осветил нас. А из подвала стал выбираться, по-видимому, старший.
— Вот ля! Вполне искренне заявил Кондор.
— Лейтенант Мельничук! 79 отдельная аэромобильная. А вы хто?
— Седьмая отдельная группа специального назначения. Спецподразделение «Барс» ВВ.
— А-а-а менти? Откуда?
— Так я ж говорю! Из столицы!
— А куды ж вы менты, ночью прётесь? Да ещё и пароля, наверно не знаете?
— А куда мне его знать, лейтенант? Только из рейда. Двоих схоронил одного подстрелили. Ни связи ни патронов, ни жратвы!
— А де ваши?
— Да где то в районе порта. Слушай, успокой своего бойца, нето я его сам успокою!
— Добро! звездуйте! Буй с вами!
А летёха то матерился здорово по-нашему. Да они, эти уроды, все русский знают. И чурки и панкерцы! И между собой только на русском общаются. Так как ни языков друг друга не знают. Едва луч света пропал, как мы поспешили ретироваться. А то ведь этот летёха вполне мог и запросить по рации ВВ-шников и узнать где это самое спецподразделение находится. Или сделать ещё какую-нибудь пакость. Глубже за учительскими домами располагался, когда-то наш штаб. Располагался на территории детского сада. Мы решили заглянуть туда, проверить успели ли наши отойти и всё ли забрали с собой.
Перед входом в нарушение всей светомаскировки горел огромный костёр. А возле костра на врытых в землю шинах, панкерцы, развлекались с нашими связистками. Какого овоща девчонки не отошли вместе со всеми, непонятно. Но встряли они капитально. Девчонки уже даже не визжали. В отблесках костра я видел как струится вниз кровь. Ещё бы, наверняка через каждую прошло не меньше взвода! Вон стоит пара БМП. А во дворе дома разворачивается танк. Место удобное, здесь разместится на ночлег немало народу! Так что ждёт вас, девчонки несладкая смерть. В том, что девчонок затрахают насмерть, можно было не сомневаться. И помочь мы ничем не могли. Вокруг тусовалось не меньше полуроты панкерцев. Да ещё несколько единиц бронетехники…. А на стрельбу сбежится немеряно народу! В общем отбить девчонок шансов никаких. Так что простите нас, милые.
— Пацаны, не желаете кусочек халявы?
— да ну их нахер, еще трипер себе намотаю, или недай бог что похуже. лучше подрочу
— Ну как хотите, а я не боюсь. Один хрен все тут сдохнем, так хоть наебусь!
Заявил молоденький паренёк, пристраиваясь к девушке, переброшенной через старую шину. Как по мне так там после взвода солдат уже мало что осталось. Да и кровь, сперма…мерзость. С тяжёлым грузом на сердце мы уходили от штаба. Каждый пытался убедить себя, что помочь девушкам мы не могли никак. Да и умрут они в любом случае от потери крови! Мы не сможем остановить кровотечение ТАМ! Плюс наверняка разрывы чего нибудь важного…. Да ещё тащить их на себе…. Нам бы самим вырваться! Всё что мы можем это отомстить за вас, девушки! И мы отомстим! Ой, как отомстим!!! Дайте только к нашим выйти, зализать раны, а потом я вас всех душить буду! Голыми руками.!!! Где бы вы ни были, найду, и порву! Отстрелю яйца, засуну в задницу ствол своего винтореза и нажму на спуск!
Во мне закипала злоба. Она искала выход, грозя порвать душу на части! Мы тем временем шли и наблюдали, как тела наших ребят стаскивали в кучи. Это тех, которые мешали нормально обустроиться с комфортом. Остальных просто обыскивали и оставляли на месте. Тут на войне не всегда своих то похоронишь, а уж убитых солдат противника так вообще и к мусорке неохота тащить! По дороге к Ворошилова мы прошли мимо какого-то подразделения черных. Эти козлы извращались над трупами, отрезая головы и гениталии. Утром будут закидывать эти «подарки» на наши позиции. Руки чесались полоснуть очередью по этим уродам, но останавливало осознание того, что этим я убью всех нас. И вместо пуль, приходилось швыряться остротами, отвечать на шутки. Приходилось останавливаться, чтобы выпить с захватчиками. Отказываться от приглашений порезвиться с извлечёнными из подвала гражданскими.