13-47, Клин
Шрифт:
Операция пошла совсем не так, как я изначально предполагал.
Сбросив с себя тело Вируса я, шатаясь во все стороны, поднялся на ноги. Выражение лица ученого передать было невозможно.
— Ты следующий, — прохрипел я.
— Заблокировать отсек и пустить газ! — заорал док, резко повернув голову куда-то вправо.
Я рванул с места вперед к двери, из которой появился Вирус, даже забыв вытащить из бока тесак, торчащий насквозь.
Все или ничего.
Сенсорная панель сбоку двери загорелась красным, когда я прыгнул вперед, вытянув руки.
Я грохнулся прямо в
Дверь опустилась сверху, уперлась в тесак и вбила его в пол сантиметров на десять. Сзади тут же раздался хохот доктора:
— Это шедеврально, Клин! Это блеск! Ты гений!
У меня темнело в глазах. Лезвие тесака дрожало под напором двери, разрывая разрез тела в разные стороны. Я не понимал, почему до сих пор не теряю сознание от болевого шока.
— А вот и газ, Клин. Счастливо подохнуть, тварь, — услышал я напоследок.
Связь оборвалась, зато отчетливо проявлялось едва заметное ушам шипение проникающей в комнату через вентиляцию отравы.
И тогда в мозг хлынули воспоминания, связанные только с одним человеком…
«Ты очень красивая. И мне наплевать на прическу. У тебя отличное тело, а девушек пехотинцев я очень люблю. Мне в жизни другие-то и не попадались».
«Не хочу тратить время на ненужную чушь. Просто хочу посвятить тебе все, что осталось».
«Я хочу убраться с тобой вдвоем с этой планеты. Только ты и я. Где-нибудь в далекой-предалекой галактике, подальше от этого чертового Альянса и всего связанного с ним дерьма».
«Я вернусь на свою базу и заберу с собой столько вакцины, сколько смогу унести. А потом я снова прилечу сюда. К тебе».
А сейчас в мозгу прочно засела подлая мысль о том, что это обещание, данное Кити, у меня не получается исполнить…
Только это принесло столько ярости и сил, что я, взревев как раненый тигр, вцепился руками в угол дверного проема и, сгибая руки, рванул себя вперед, не думая ни о чем и ни о ком кроме Кити…
Кожа разрезалась насквозь как по маслу. Сквозная рана превратилась в торчащие лохмотья, а я, истекая кровью, перекатился на спину и из последних сил ударил ногой по тесаку, державшему дверь.
Лезвие прогнулось лишь чуть, но этого хватило, чтобы прогиб пошел дальше под напором падающей вниз двери. Тесак, когда-то подаренный Кошкой на мой день рождения, разлетелся на части, которые отлетели прямо в комнату с колоннами.
Сзади меня кто-то испуганно взвизгнул. Я, лежа на полу, запрокинул голову назад и встретился взглядом с еще одним ученым.
29
Паренек на вид был не старше двадцати. За ученого я его принял только потому, что на нем был надет медицинский халат, точно такой же, как у ублюдка, говорившего со мной с экрана.
Я поднялся на колени и, держась за стену, встал на ноги. Сидевший за компьютером парень резко отпрянул назад и свалился со стула. Его панике не было предела.
— Где та мразь, с которой я сейчас говорил? — выдавил из себя я, зажимая рукой кровоточащие лохмотья на боку.
— Я… я не знаю! Где-то наверху! — парень сорвался на панический вопль. — Я не желал тебе смерти! Меня посадили здесь, чтоб транслировать сигнал и поддерживать
работу переговорного видеоканала!— Ты что мне гонишь, тварь?! — ни на секунду не поверил я и медленно двинулся к парню. — За все это отвечает электроника! Зачем ты здесь на самом деле?!!
— Пожалуйста, не убивайте! — взмолился он. — Я не знал, зачем нужно было выпускать «Объект один»! Мне просто отдали приказ! — он махнул рукой на криогенную камеру, вмонтированную в стену, на которую я просто не обратил внимания.
«Объект N1», — гласила голограмма на стекле камеры. Прямо под этой надписью красовалось изображение лица Вируса.
— И что, ты хочешь, чтобы я поверил, что он торчал в этой камере полностью экипированный?! — заревел я.
— Конечно нет! Нет! Я обслуживающий техник! Я ввел ему инъекцию, потом катализатор, а потом он оделся! — парень чуть ли не рыдал.
Для меня это был просто джек-пот.
— Дай мне свою аптечку! — скомандовал я. — Ту, что выдается всему персоналу!
Паренек выхватил из-под стола рюкзак, видимо с личными вещами, и спустя несколько секунд достал контейнер первой медпомощи.
— Иди сюда! Ко мне!
Он побелел еще сильнее, однако двинулся вперед на трясущихся ногах. Протянул мне аптечку и тут же отскочил назад.
Я распахнул контейнер, достал адреналин и тут же ввел его себе в вену. Следом выхватил баллончик с дезинфицирующей пеной и залил рану на боку.
Точнее сказать — попытался залить.
Пена залила примерно две трети раны. Кровь продолжала идти, но уже хотя бы не так сильно. Другого баллончика в аптечке не оказалось.
— Мне нужен еще один такой же! — я бросил на пол пустой баллон.
— Они все остались в соседней лаборатории, — трясущимися руками указал парень на заблокировавшуюся дверь. — В зале есть выход в еще одну…
— Я понял, — перебил я. — Ты техник Вируса, да?
— К-кого?
— Объекта первого!
— Да…
— Ты колол ему «НКТ-126»?
— Не совсем. Сыворотка была модифицирована. Она не вызывала привыкания, как прошлая версия. И ее можно было использовать только по мере необходимости, а не регулярно добавляя дозу, как это было со сто двадцать шестой версией. Мы разработали катализатор…
— Что за катализатор?! Подробнее!
— «НКТ-126» оказался недоработан. Был всего один выживший испытуемый из тех, кому вводили сыворотку после рождения. Ребенок каким-то образом усвоил ее на генном уровне, чего не получилось у девятнадцати остальных…
— Вы убили девятнадцать младенцев? — прошептал я. — И только я один… — я осекся, поняв, что сболтнул чуть-чуть лишнего.
У парня было такое лицо, будто на его глазах меня разразила неизвестно откуда здесь взявшаяся молния.
— Вы номер 13–47? Клин? — прошептал он.
— Что за катализатор?! — заорал я, не давая ему возможности задавать вопросы. — Отвечай, твою мать!!!
— С его помощью не нужно было колоть сыворотку постоянно. Один укол новой версии, ее назвали «НКТ-127», — одна доза катализатора. И воздействие становится единичным, безо всякого привыкания. Когда нужна сила — производится инъекция! Новая веха в истории наших разработок.