Книги из серии "Собрание сочинений в девяти томах"

Может, и райская эта погода наполняла сердце пана Кмицица таким весельем, потому что лицо его светлело все больше и больше. Наконец он отпил еще глоток меда и сказал жене: — Оленька, поди сюда! Я тебе что-то скажу. — Лишь бы не то, что мне и слушать неохота. — Богом клянусь, нет!…

II Два часа дня. Во второстепенном, двухрублевом заведении Анны Марковны все погружено в сон. Большая квадратная зала с зеркалами в золоченых рамах, с двумя десятками плюшевых стульев, чинно расставленных вдоль стен, с олеографическими картинами Маковского «Боярский пир» и «Купанье», с хрустальной…

Прижавшись к земле, Петя продолжал самым внимательным образом осматривать себя, втайне надеясь найти хотя бы маленькую рану. Он надеялся на рану, как на чудо. Раны не было. Тогда Петя поднялся на ноги. Отряхиваясь от земли, он еще раз с сожалением посмотрел на побитый осколками плащ. Совсем близко…

При последних словах он так воодушевился, что даже вспотел и отер лицо синим набойчатым платком. — У меня по волости вот этакой соринки не было непорядку!.. За версту кланялись и шапку ломали, — не то что теперь дозволяется всякое непочтение и нахальство! Я имею две медали и почетный кафтан,…

Все это сосед, лежавший у меня в головах, произнес медленно, совершенно спокойно, своим сиплым голосом, в котором я теперь ясно слышал ноту полной искренности и доброты. Даже такие выражения, как "свиное к свиному", "мусор к мусору", — выражения, казалось бы, рисующие негодование человека на самого…

Но жизнь пошла такими дебрями, дала такой нелепый оборот, что на каждом шагу стала создавать явления тяготы, неизбежной, вполне неминуемой и вполне нелепой и, главное, бесплодной. Возвратившись с этих похорон, я чувствовал себя совершенно избитым впечатлениями дня. "Тургенев, эскадрон… астрономия… а…

Ощущая до полной ясности силу этого гнета и степень отвращения, испытываемого не мною, конечно, одним к угнетающей, а главное, как бы обязательной для всех и вся узости и низменности, не только в общественных, но, опять-таки, главное, прямо в личных требованиях, в личной строгости к самому себе, я, однако,…

Но жизнь пошла такими дебрями, дала такой нелепый оборот, что на каждом шагу стала создавать явления тяготы, неизбежной, вполне неминуемой и вполне нелепой и, главное, бесплодной. Возвратившись с этих похорон, я чувствовал себя совершенно избитым впечатлениями дня. «Тургенев, эскадрон… астрономия… а…

105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 ГЕНРИК СЕНКЕВИЧ Собрание сочинений Тома шестой и седьмой  Том  шестой БЕЗ ДОГМАТА…

«Жив, жив, жив! Жив, жив, жив!» Скажите, пожалуйста, какое приятное известие для мира! Наконец девятнадцатого, вечером (было еще светло), кто-то закричал: «Смотрите — скворцы!» И правда, они сидели высоко на ветках тополей и, после воробьев, казались непривычно большими и чересчур черными. Мы стали…

Людмила . Чисто как свиньи. И холодюга. Вася . Это потому, что окна не замазаны. Но ты, Людмилочка, главное, не того, не поддавайся панике. Мы это все устроим. Погоди, обзаведемся малость. Окна замажем, лампочку в коридор купим, пол выметем — все будет на ять. Людмила . И вы тут вдвоем с товарищем…

Пошли мы на буксир, и здесь меня приняли… — Только уж извините, — кушанья у нас нет!.. "Что ж? — подумал я. — Нет, так нет. Все одно!.." И лег на указанное мне место. Но опять явился добрый человек и сказал: — Вам, ежели что покушать… так можно и у капитана попросить… А…

Так как говорить нам с приятелем было почти не о чем, потому что слово "очувствоваться" исчерпывало все темы разговора, то и мы поэтому молча наблюдали всю эту возню коридорного с замком. Когда же вся операция кончилась, вещи были вынуты из комода и уложены, а коридорный ушел, мой молчаливый и отупевший…

— Это кого тут… прикладом-то… в повиновение? — Да тут мужичонки заартачились в одном месте… Ну, вынуждены были холодненьким пугнуть… — И полегчало? — Должно быть что поочувствовались. — И все поняли? — Говорят — "виноваты!" — Ну, так!.. Старичок улыбнулся…

— Это кого тут… прикладом-то… в повиновение? — Да тут мужичонки заартачились в одном месте… Ну, вынуждены были холодненьким пугнуть… — И полегчало? — Должно быть что поочувствовались. — И все поняли? — Говорят — «виноваты!» — Ну, так!.. Старичок улыбнулся…

— Да вот про несчастье про нонишнее… Про кабатчика… — Так что ж? Он дернул спичкой о рукав и едва ли слышал, что ему говорят. — Да так… болтаем… Душу, мол, бедняга свою погубил. — Какую душу? Быстро зажглась папироса и рассыпала кругом себя искры. — Какая душа? Что…

Несмотря на то что я быстро сознавался, меня ставили под лампу, сажали в карцер, ставили за обедом к барабанщику, оставляли без отпуска. Это, конечно, свинство. Но раз виноват — ничего не поделаешь, надо терпеть. И я покорно подчинялся глупому закону. Но вот сегодня я совсем ни на чуточку не виновен.…

Это был самый беззастенчивый, самый развратный, трусливый и ложновоинственный тыл. II На подступах к городу, на пяти позициях, самая дальняя из которых была не более чем за шестьдесят верст, а самая близкая — за двадцать, обманутые и одураченные легендарными обещаниями и цинично лживыми телеграммами,…