Книги из серии "Рассказы"

– Представляешь, Наталия, приедем туда, как «белые» люди, в красивых платьях, капроне… Лариска запомнила меня такой, какой видела год назад на экзамене, когда в школе не топили и мы сидели, помнишь, в шубах, валенках, она еще заметила, что на подошвы налипла солома. А теперь мы им покажем, правда, Наташ?…

– Ты не успел купить розы? – Знаешь, милая, я так торопился, да и телеграмму твою получил совсем недавно, часа четыре назад мне Катя позвонила… Ну прости! – Как она, кстати? – Хорошо. Родила мальчика. Так что теперь я – дядя. Ну что, пойдем? У меня машина, я довезу тебя… – Куда это ты меня довезешь? –…

Тускло мерцает экран в напряженной полутьме зала. Трансляцию с дальнего полигона ведут бесстрастные приборы. Там, за десятки километров от уютного зала, проходит решающее испытание, которое должно дать оценку многолетнему труду большого коллектива. Если Государственная комиссия примет Тобор – рукотворное…

Он вскинул голову и чуть ли не с ужасом уставился на клиента. – Так вы что, ни разу в парке не были? – Вообще-то я приезжаю сюда работать, а не прогуливаться, – сухо заметил директор. Юноша смотрел на него, приоткрыв рот. Директору стало неловко. – И потом я всегда думал, что в кабинет можно…

В том, трижды проклятом и незабываемом феврале, нам тоже оборачивались вслед. Не только мужчины – все. Какой был день тогда? «Ах да, среда», – ответил бы Владимир Семёнович Высоцкий. Может быть, и среда, не знаю… Очередная, по-моему, четвёртая с того самого вечера по счёту, истерика накрыла Ирину…

- Светлана, - призналась я. Он допил шампанское и протянул мне бокал: - Возьми, в хозяйстве пригодится. Я попыталась протестовать. - А как же принцип? - настаивал он. - И потом, не выбрасывать же такую красоту! - Себе возьми. Как-то незаметно мы перешли на "ты". - Я бы взял, да некуда.…

Да, что-то в этом роде. Непонятно, правда, и, если подумать, тоже достаточно скучно. К тому же, если лезть дальше, в глубь образа, вовсе полная чепуха в голове начинается и полный бред. Типа шумного выводка внуков и небольшой толпы вежливых представителей средств массовой информации. Поодаль. Они, значит,…

— Ишь ты, сложности какие, — хмыкнул Жора. — Куда там твоей политкорректности. Но ты, наверное, прав. Извини, не подумал. Но ничего, первый раз не считается. Сейчас еще разок подумаем. Игнатенко закурил и устремил взгляд поверх головы друга-писателя в направлении пустыря. — Ну-ну, — сказал Десятник,…

— Меня Севой зовут, — представился невольный спаситель и улыбнулся. Зубы у Севы оказались на удивление белые и крепкие. — Я здесь живу с некоторого времени. А ты кто? — Здесь — это где? — вместо ответа хмуро осведомился Кирилл. — На крыше? Карлсон, блин… Когда Сева достал из пакета вторую бутылку…

Но в последнее время мальчику стало казаться, что иногда облака специально разыгрывают перед ним длинные эпизоды и сцены, чтобы не просто его развлечь, но передать какое-то полное тайного смысла послание, от которого зависит его, мальчика, судьба. Мальчику было тринадцать лет. Возраст достаточный,…

– Ну, чего надо? – выдавил из себя корреспондент. – Мне – сто пятьдесят коньяка, – твердо вымолвил ангел, – а тебе – удачи в делах. Для начала. Ты ведь газетчик? – Г-газетчик, – ошеломленно подтвердил Михаил, но тут же прикинул, что в этой забегаловке его многие знают и взял себя в руки. – Ставь…

И тут Димины размышления прервал звонок в прихожей. Звонок резкий, требовательный и даже, как показалось Диме, наглый. «Кто бы это?» – подумал Дима и тут же понял: не «кто», а «что» – его дверной звонок звучал совершенно иначе. А этот… Вот снова. Резко и настойчиво. «Блин, да это же мобила чужая…

Впрочем, история о том, как звездолёты научились выживать, жить и размножаться без человека, слишком хорошо всем известна, чтобы я здесь её повторял. Нет, я хочу напомнить о другом. О том, как звездолёты не только научились жить без человека, но и обрели своё предназначение и смысл этой самой жизни.…

— Я лучше покажу, — подмигнул Мартин и вытащил из нагрудного кармана маленький пульт управления. — Смотрите! Он нажал на кнопку, и оранжевый «плод» бесшумно раскрылся, словно диковинный цветок, разделившись на пять одинаковых лепестков. — Ой, — воскликнула девочка, — что это там такое красивенькое?…

Постепенно наклон пола становился всё более крутым, и в какой-то момент я понял, что стою уже не на пандусе, а на ступеньке эскалатора. Скорость спуска возросла, – прикурить мне удалось лишь с третьей попытки, – встречный ветер задувал огонь. Изменился цвет стен, – так потухают постепенно угли костра,…

– Наш царь обращается с просьбой не убивать нас. Почему вы, люди, всегда нас убиваете? – Вероятно, э-э… инстинкт. – Это очень плохо. – Возможно. Для вас. – Для вас тоже. – Это ещё почему? – Военная тайна. Я внутренне расхохотался, но потом задумался. Скорее всего, мой визави просто блефовал…

– Хорошо! – громыхал, входя в раж, Аким и хлопал по столу своей лопатообразной мозолистой ладонью так, что замредактора едва успевал подхватить падающий графин с пивом (в Акиме Ковальчуке было, без малого, два метра роста и больше центнера живого веса). – А из чего, вернее, из кого это самое твоё государство…

Поминки происходила в обширной приёмной директора Департамента и даже понравились Трентиньянову, который обычно старался избегать подобных мероприятий, как человек, во-первых, практически непьющий, а во-вторых, в глубине души неверующий в Бога и всяческую загробную жизнь (в чём никогда и никому не признавался…