Книги из серии "Чародол"

Не размышляя ни мгновенья, я метнул в него увесистую хрустальную бутылку шампанского, которую всё ещё держал в руке. Прямо в голову. Но он, вот же сучонок, несмотря на то, что был обдолбан, каким-то чудом увернулся, выставил руку, отпустив Настю, и чуть отклонил голову. Бутылка, ударившись в кисть…

Приблизившись, один из них, не останавливаясь, бросает с ноткой презрения: — Человечишки. Что вы забыли здесь, на землях вассала Багрового Властелина? Другой, едва повернув голову к своему спутнику, небрежно произносит: — Лорд Дамар, а зачем вообще разговаривать? Может, допросим их сразу? К чему…

Когда закончился сюжет, я пребывал в легком шоке. Нет, я понимаю, что пресса всё врёт, но не настолько же. Мало того, что стал группой, это понятно, у страха глаза велики, и надо как оправдать то, что разгромили торговый центр и кучу машин, а меня в итоге не поймали, но чтобы так врать, надо иметь талант.…

Берег был каменистым, у кромки воды выстроились нестройным рядком лодочные причалы, покачивались на волнах лодки – моторные и деревянные, весельные. Возле «насыпушки» была еще одна машина, которую Андрей сразу не заметил. Серебристая «Лада» пыталась развернуться на узком пятачке перед выездом на шоссе,…

– Какое-нибудь преступление? – Девушка застыла на месте, не выпуская из рук телефона. – Жестокое и омерзительное, – ответил он и легким движением подбородка дал ей понять, что если она быстро найдет и принесет зарядник, то получит небольшое вознаграждение. – Ой, да, конечно, извините, – смутилась…

— Антоша, ты если не разумеешь за вкусную кухню, так лучше помалкивай. А то тебя за дикаря примут. — Так я же… — Тсс! — приложил палец ко рту Федор. — Не стоит… Не стоит… Ты не герой… Антон еще больше не понял, что произошло, но быстро сориентировался и перевел тему. — Вижу, Петр хочет укрепить…

Снова бабахнули! Залп еще жиже первого. Осечки, чтоб их через колено! Вижу, солдаты рядом отчаянно щелкают замками, дуют на полки, чертыхаются. Моя, к счастью, сработала снова. Я старался валить наверняка, выцеливал офицеров или тех, кто тащил знамя. Еще один синий хмырь рухнул на землю. Но шведы уже…

— Забавно ему будет, — проворчал дед, — Алексей уже не тот сопляк, с которым вы по дворцу бегали, прячась от гвардейцев, теперь он император. И относится к нему нужно как к императору. — Не переживай, папа, всё будет хорошо, — мама улыбнулась, — я прослежу за тем, чтобы мой муж вел себя прилично, так…

Полицейские, слушающие неизвестного мага в бежевом пиджаке, выполняли все его распоряжения. Быстро выяснилось, что мы были главными свидетелями — так что меня, отца и Алёну расспросили о случившемся прямо на месте. Мы рассказали всё как есть. Я лично вообще находился в ауте от такого поворота событий!…

Благостыня, истина и красота жестокости. Посвящения, приглашения, вычисления и восхождения. Увертки, ловкие и не очень, и безуспешные попытки не намокнуть, танцуя между каплями дождя. Ритуалы и испытания. Все в пределах или за пределами упорства и уступок, на пути к науке удовлетворения великим…

Кажется — именно так это преподавали в тех самых школах на уроках Общественного Строя. Чуть меньше, чем два века потребовалось цивилизации, чтобы превратить жителей долины в настоящих Алькадцев. Тех, чьи женщины носят платья, работают швеями в душных цехах фабрик, разносят напитки в салунах и тавернах,…

Словно вспомнив об этом, Торвальд, толкнул приветственную речь и напомнил об осторожности: — Поздравляю, мы на новой территории. Идет прежним составом: Алекс впереди, Дарен замыкает. Доберемся до флага — поищем рыбу в каком-нибудь озере. Если монстры атакуют, то я, Дарен и Мигель отражаем атаки, а…

— Падла длинная, чё пялишься? Помогай, — пропыхтел Саныч. — Что ты там вякнул? — спросил я, опалив толстяка взглядом. — Н-н-ничего. Я так. Сдуру сболтнул. К Шпале… эээ в смысле к Никите я и пальцем не прикоснусь. Я же обещал. Ага, — нервно улыбнулся Саныч и стал носить раненых быстрее прежнего. …

Отсчет времени здесь всегда велся по-другому: началом следующего дня считался час, когда пробьет вечерний Ангелус, колокол, призывающий к молитве «Ангел Господень», то есть – шесть часов вечера. Половина седьмого вечера в Сочельник с точки зрения венецианцев, – уже Рождество. Зимнюю Венецию не узнают…