Прочие Детективы

А ведь он боится, удовлетворенно подумал Петров, боится… Бойся, Коля, бойся, может, и до тебя руки дойдут. Но явно не сегодня. Пет ров недолюбливал Оленина. Невысокий, полненький Оленин, с простодушным лицом и честными детскими глазами пионера, в свое время обошел Петрова в борьбе за кресло вице-премьера.…

– Во-во, теперь еще полдня с ним провозимся – подал голос Мишка, сутуловатый, длинный парень, сидевший у окна – второй оперативник. – Ну не могли на часик попозже его выловить, аккурат под конец дежурства – раздосадовано, с наигранно – плаксивой интонацией в голосе проговорила стройная женщина лет…

От этих слов Колесников похолодел. Не хватало все испортить, еще не ступив на английский асфальт. – Успокойся уже, – рассмеялся Илья Петрович. – В каком-то смысле ты прав. «Выкать» мы могли во время учебы, сейчас же это время прошло. И да, я не намного старше… Но советую все же держать дистанцию. Хотя…

Недавно, словно в приступе внезапного беспокойства, я торопливо привела в порядок все текущие дела. Навела порядок в сейфе, закрыла кредитные обязательства, ответила на текущую почту. Положила кое-какую сумму денег на бытовые расходы на карту тети Милы. Приготовила несколько свертков с минимальным необходимым…

– Час, максимум полтора, – ответил Николай и протер запотевшее лобовое стекло. – Дождь прошел, а теперь еще и туман. У него было открытое, простое лицо, на котором запечатлелось уверенное спокойствие. Заботливый, покровительственный тон, с которым он говорил, внушил Анне доверие. Она посмотрела в окно…

Еще хорошо, что у нее капюшон, а каково вон тому молодому человеку в сером пальто, с непокрытой головой? И так повернется, и этак, воротник поднимает, голову вовсе в плечи вжал, а ветер все равно достает! В конце концов Алена нашла угол поворота, при котором вездесущий ветер хотя бы в лицо не лез.…

– Борька-а, – позвал Иван и не узнал своего голоса, надтреснутого и едва слышного. – Борь, ты где? Плохо мне, сынок… Ивану действительно было хреново: голова точно свинцом налита, в глазах тошнотворная зелень, под ложечкой тянущая тупая боль. – Борька-а… – Ну чего ноешь-то? Иду я, иду, – послышался…

– Ну что, мы увозим труп в морг? – спросил подошедший судмедэксперт. – Подождите, я хочу его осмотреть, – ответил Кротов и двинулся к машине медиков. В ней находился подполковник экспертно-криминалистической службы МВД Егор Иванович Колосевич и что-то сверял. – Привет, Иваныч! – поздоровался Андрей. –…

Пименов же в те годы считался завидным женихом. Папа – коммерческий директор торгового порта, мама – хозяйка аж трех частных магазинов – о такой партии городские невесты только мечтали. И пусть в Лешке не было и ста семидесяти роста, пусть его круглая, как мяч, голова была покрыта редкими волосенками…

– Сука! Он одёргивает руку, и я замечаю – на левой руке, вокруг запястья сделана татуировка в виде змеи, кусающей свой собственный хвост. Картинка сделана столь натурально, что я пугаюсь. А Павел в тот же миг хватает меня за мои шикарные, длинные, светло-русые волосы, и накручивает их себе на кулак.…

– Сейчас она в восьмой раз сочеталась браком, ее теперешний муж очень богат. Еще у Васильевой шесть сыновей, она гениально готовит, – дополнил мое резюме Сеня и повернулся к «многодетной мамаше». – Я все правильно сказал? – Особыми кулинарными талантами я похвастаться не могу, все остальное чистая…

«Господи! – мысленно завопила я. – Если этот звук немедленно не прекратится, моя голова развалится на кусочки. В таком виде я, как человек созданный по Твоему подобию, буду Тебя компрометировать…» «Не богохульствуй! Нашла кого шантажировать!» – чутко отреагировала внутри меня совесть, ставшая в последнее…

Евторов сказал: – Если только в комнате летает муха, берёшь в руки аэрозоль с нашим препаратом, наводишь прицел – тут главное не промазать! – и брызгаешь на противника, то есть муху. Он пожевал губами, собираясь с мыслями. – А дальше что? – подтолкнул его Басистый. – А дальше она замертво падает…

Действительно, неподалеку от дома есть замечательное кафе – в переулке, тихое и уютное, они с Тимом не раз заглядывали туда, чтобы выпить кофе и унести в пакете горячие фирменные слойки – Катя любила с кремом, а Тим – с мясом и кинзой. – Разумеется, разумеется! – проворковала Лидия Эммануиловна. –…

Ах, как его это из себя выводило! Он в свое время даже хотел пластику сделать, но не стал, чтобы не показывать окружающим, как его задевает их внимание к его носу. Но теперь все изменилось. Отныне его лик совершенен, как бы он при этом ни выглядел! На него молятся, перед ним падают ниц! И почему это…

– Со мной ничего не случилось, – после непродолжительной паузы вздохнула я. – Но тебя что-то нервирует, беспокоит, прямо гложет?! – не сдавалась тетушка. – Обычно после окончания задания ты всегда радостная, веселая, хоть и вымотанная нагрузками. Я снова вздохнула: – Что, это так заметно? – Дорогая,…

— У меня чуть не встал, чувак, серьёзно. Я, откинув голову назад, рассмеялся: — Смутил бедную девочку, она, наверное, почувствовала, как ты раздеваешь её глазами. Мы сели за пустой столик в самом конце столовки. — Пойдём после обеда покурим? – предложил я и отправил вилку с пюре в…

– Встать всем! Для многих происходившее далее вспоминалось дурным сном. Рванувшийся из-за парты Хомяк в несколько прыжков выскочил к доске, набычил голову, укрыл её портфелем, тараня и разбрасывая всех, и врезался в дверь подобно артиллерийскому снаряду. Гулко ухнув, дверь слетела с петель, щепками…

Хьюз принадлежал к той части журналистской братии, вокруг которой стойко закрепилась репутация самой поверхностной категории человечества, включая абсолютных бездельников. Будучи твердо убежденным, что для освещения вопроса вовсе не обязательно в нем разбираться, и ни во что не погружаясь достаточно…

История, которую я хочу рассказать, случилась ровно год назад и я часто ее вспоминаю во всех подробностях, как роковая цепь событий, которая многому меня научила и показала меня, истинную. А началась она совсем буднично. Странный пассажир В среду в 11:23 в аэропорту имени Менделеева приземлился…