Поэзия

Застынет все, что пело и боролось, Сияло и рвалось. И зелень глаз моих, и нежный голос, И золото волос. И будет жизнь с ее насущным хлебом, С забывчивостью дня. И будет все - как будто бы под небом И не было меня! Изменчивой, как дети, в каждой мине, И так недолго злой, Любившей час, когда дрова…

Именно тогда выступил в литературе известный в будущем поэт, драматург и прозаик Василе Александри, сыгравший выдающуюся роль и в политической жизни страны. Александри родился в 1821 году в молдавском городе Бакэу. Годы учебы во Франции (1834–1839) приобщили юношу к демократическим идеям эпохи и сблизили…

Стихи Шлёнского переводились на разные языки. Шлёнский — непревзойденный мастер поэтического перевода с русского языка, в первую очередь произведений А. С. Пушкина. Перевод «Евгения Онегина» (1-я редакция — 1937; 6-я редакция и примечания — 1966; в 1999 г. в Иерусалиме к 200-летнему юбилею А. С. Пушкина…

В скверном же обращении, которому подвергались советские военнопленные, виноваты опять-таки большевики, приравнивавшие пленных к предателям еще до войны и потому не подписавшие Гаагскую и Женевскую конвенцию об их правах. Более того — изначально Германия пыталась свои обязательства по конвенции выполнять…

«Воспоминателен» и «феллинистический диптих» Андрея Балабухи. Те, кому посчастливилось слышать, как Андрей Дмитриевич пускается в воспоминания, оценят рассказ по достоинству. А кто не слышал — могут представить себе, как это звучит в прекрасном, вкусном устном исполнении автора. Два таинственных…

2011 Я от тебя без ума... Я от тебя без ума, ты ведь... нежность сама. Свежий букет на столе. На языке крем-брюле. Солнечный луч на щеке. Дырочка в тонком чулке. Пальчик с таким ноготком... век наблюдал бы тайком. Ты для меня идеал. Зал…

умрешь, погребут тебя, — объяви, куда отойдешь. Ох, умники есть! А знающий толк, — найдется ль такой? Подумал один и жемчуга нить метнул пред свиньей. А что он свинье, которая грязь гребет день-деньской? — Потопчет его и ранит тебя по злобе тупой. Того, в чьих речах — изысканный вкус,…

И медленно зародилась новая надежда. Она обозначилась на закате черной точкой, устало росла, набухала, превращаясь в птицу. И мушкетер Христофор проявил, наконец, свое умение. Птица упала на палубу головной каравеллы. Она лежала в дрожащих ладонях стрелка; из распоротого картечью зоба сыпались на желтые…

Ничто в вселенной не вернуть назад. Что было, - будет. И по кругу. Случалось все давным-давно. И смерть, и жизнь не по заслугам. Миг возвышенный и роковой. Строят планы, без испуга, Дворцы под небом возводя. А кто-то счастлив быть друг с другом, Просто, тихо. День до дня. Так кто же…

Была у неё, правда, одна БОЛЬШАЯ ЛЮБОВЬ, но все кончилось одноразовым контактом, в результате которого она — наконец-таки! — «может считать себя женщиной». Вообще, в ряду всяческих половых извращений, эпизод под названием «Секс с лилипуткой» занимал в моём сознании не самое первое место. Но коль…

P. S. Возможно, что некоторым читателям не понравится свобода, с которой святые, ангелы и духи разговаривают в этом «Видении». Но я могу указать на прецеденты в этом отношении, на «Путешествие в загробный мир» Филдинга, [9] на мои, Кеведо, «Видения» [10] по-испански и в переводе. Пусть читатель…

«Не боги ли это сошли на землю, сегодня как раз тому были предвестья, но я им не поверил: рощи больше обычного полны были дичью, Феб жарче изливал на землю лучи, ветерок скорее прогонял истому, травы и цветы казались пышнее, возвещая их приближенье. Должно быть, разомлев от зноя, они, как и я, избрали…

Копьям вражьим стрелы шлет. Антистрофа 2 Нет преграды, чтоб сдержала Натиск полчищ многолюдных, 90 Нет плотины, чтобы в бурю Перед морем устояла. Непреклонно войско персов, Одолеть его нельзя. Строфа 3 Но какой способен смертный Разгадать коварство бога? Кто из нас легко и просто Убежит…

Сразу же наступает палящий зной. Поверх фланелевого капюшона и белой каски мы надеваем громадный «медоль» — соломенную шляпу с необъятными полями. Мы медленно ехали по долине. Насколько мог видеть глаз, все было голо, все было желтовато-серого, пламенного, великолепного цвета. Иногда в пересохшем русле…

«К берегам тропой лесною...» К берегам тропой лесною Я спускаюсь в камыши, Озаренные луною, — О тебе мечтать в тиши. Если тучка набегает, Ветра вольного струя В камышах, в тиши, вздыхает Так, что плачу, плачу я. Мнится мне, что в дуновенье Слышу голос твой родной, …

На крючконосых мысах над реками! Хэ-ээ-эй! По холму заяц мчит ослеплённо, и Слышит сквозное мерцание света С моего ковчега, над потопом идущего, Видит металлический звон, когда я Из грома наковальни, из скрипки, из шума и гама Выковываю мелодию ковчега своего, Мелодию гриба дождевика …

Может быть, мог он так о себе сказать? Кто, собственно, знает? Кто заглянул в пещеры души поэта? Ибо сам он себя считал — поэтом. Это не домысел; было известно. Не публицист, романист, мемуарист эпохи — нет; не это лицо для него было его лицом. Ах, как заманчиво было б найти, разгадать в его строчках…

И нет различья между тьмой и светом, То нет другого наслажденья и блаженства, Чем воспевать свою любовь сонетом. Дарует каждому судьба свой приговор И, как свечи, поэзии погаснет скоро свет, Но хочется спросить ханжей нелепый хор: Коль нет любви, зачем тогда сонет? Сонета без огня…

________________ Перевод А. Кузнецовой Из книги «НЕПОСВЯЩЕННЫЙ» (1958)                         ГОЛОС Кто здесь поет, когда умолкло все? чей голос Негромкий, чистый, начинает песнь такую дивную? в предместье ли, вдали за Робенсоном, где сады под снегом? Иль…

Я огляделся — видно далеко. Звуки в поредевшем и притихшем, без листьев, лесу слышны на большом расстоянии. И потому Мусик перешел с лесного поиска на полевой — «челноком». Дорожка уходила вдаль, сплошь покрытая опавшими листьями. Делая челнок, Мусик при каждом развороте пересекал эту дорожку впереди…