Любовные романы

И он в самом деле мог выказать пренебрежение, даже оскорбить любого, невзирая на титулы и положение. Он дружил с теми, кого общество и высший свет давно перестали считать своими. Он никогда ни перед кем не заискивал и оправдывал репутацию дерзкого, высокомерного гордеца. Но когда он брал на себя труд…

Черт побери, он хочет, чтобы Таллула предложила ему второй кусок пирога! Раз он сумел успешно изучить повадки всех разновидностей форели, обитающих в Соединенных Штатах, Англии и других странах, то сумеет выяснить, чем живет некая женщина. После этого можно будет попробовать подступиться к ней… Но…

— Нет, это синтетическое волокно. Теффи сказала, что может смастерить все, что вам потребуется. С таким диковатым подбором цветов едва ли можно достичь большого успеха, мрачно подумала Линдсей. — Если она будет брать непосредственные заказы от покупателей… то есть если люди сами выберут…

— Тьфу! — Брайан швырнул на стол папку, которую держал в руках. — Теперь еще придется сопровождать ее, пока она будет разглядывать эти дурацкие тряпки. — Никакие не дурацкие! Французский шелк ценится во всем мире. — Шелк тут вообще ни при чем. Все это лишь предлог, чтобы…

Джессика тогда три дня присматривала за старым спаниелем по просьбе хозяйки. – Кэролайн Пирс говорит, что отец Брук – известный кинодраматург и что он выложил уйму денег на отделку нового дома. А еще она слышала, что Брук ходила в частную привилегированную школу. Глаза Джессики сверкнули. – Ничего,…

– Я не хочу никого видеть, – слабо прошептала Шаан, близкая к обмороку. – Конечно, конечно. – Рейф присел перед ней на корточки, подставив плечи, чтобы ее безвольное тело могло опереться на них. Вуаль из тончайшего тюля, которая покрывала густые, цвета черного янтаря волосы девушки, щекотала ему лицо.…

– Серебряные монеты… Любопытно! Может, он их просто обронил? Пибоди подумала, что это маловероятно, но спорить не стала: – Может быть. Ева собрала монеты, которых оказалось ровно трид­цать, положила их в полиэтиленовый пакет для вещест­венных доказательств и передала его Пибоди. Затем она подняла…

Такие же, как у матери! Ужас пронзил его, отравляя всю радость и отцовскую гордость. Вдруг Джемма унаследовала от Эллен все ее пороки? Вдруг она станет такой же испорченной и эгоистичной и будет так же использовать людей и отбрасывать их, словно сломанные игрушки? Он поклялся про себя, что любой ценой…

— Обычно она забывает поесть, — пояснил Мак, и это прозвучало как-то снисходительно. — Такое с ней не в первый раз. — О ней нужно позаботиться. — Дама взяла наполовину опустевшую бутылку, закрутила крышку и убрала воду обратно в сумку. — Почему бы вам не отвести ее в кафе перекусить? — Спасибо. Именно…

Леда застыла от ужаса. Ее страх заставил бы мисс Миртл презрительно фыркнуть. Ведь та ничего не боялась. Она не застыла бы в оцепенении с сильно бьющимся сердцем. Мисс Миртл вскочила бы с постели и схватила кочергу, которая у нее всегда была под рукой. Ведь она предвидела опасности, таящиеся для нее…

Шометт, как вы видите, был достаточно артистичным и утонченным: муки сердца королевы значили для него больше, чем удар ножа гильотины по ее шее. Таким образом, ничего удивительного, что именно прокурор первым определил, в какой религии нуждался теперь Париж. – Пусть это будет богиня Разума! – сказал…

Антенор был истинным сыном Эллады и высшее выражение красоты видел в прекрасном и желанном теле женщины. Женщины, имеющей столь великую власть над лучшими мечтами мужчины, что одно ее появление превращает пустыню в ароматный сад. “Но в чем тайна этой власти? Что такое красота женского тела?” –  без…

— Мужайся, папа, это было необходимо! Эти слова, понятные ему одному, прозвучали чуть слышно, но тем не менее, они вернули ему самообладание. Он еще раз прижал дочь к своей груди, и в этой нежности как будто заключалась мольба о прощении. Потом передал ее в неизбежные объятия другого господина,…

Лаки снова посмотрела на фотографию. Подсолнухи. Любимые цветы матери Сэма. Внезапно девушку охватила острая тоска. Она любила мать Сэма почти так же сильно, как свою собственную. Марта делала самое вкусное на свете овсяное печенье. Лаки улыбнулась. Этот вкус невозможно забыть. Сколько она его съела?…

— Снова начнутся войны и, надо думать, еще более жестокие, чем в прошлом году, — продолжала колдунья. — Снова появятся рыцари с благими намерениями и оголенными мечами. И еще много чего надо ждать… Но в народе многие недовольны даже тем, что король вообще позволил себе думать о чем-то подобном. Им наверняка…

— Так мы пошутили, прикинувшись дохлым опоссумом? — язвительно спросил Грейди, ожидая, когда же из-под старика выкатится яйцо. — Ах ты, старый проказник! После подобных розыгрышей Грейди не собирался церемониться с дурашливым маразматиком, из-за которого он прервал свой отпуск и, отказавшись…

Внутри церкви над местом захоронения первого из Рокуэллов возвышалось классическое средневековое надгробие с каменной фигурой отдыхающего воина и свернувшимся в клубок любимым охотничьим псом у ног хозяина, а рядом — изваяние супруги Рокуэлла. Жена графа Чарльза была, по преданию, дочерью знатного сакса…

— Он что-нибудь сказал? — спросила она, убедившись, что может говорить спокойно. — Э-э, Сэмми, а как же профессиональная тайна? Я ведь представляю не только твои, но и его интересы. Что же я, по-твоему, не профессионал? И учти, никакой жестокой правды я слышать не хочу. — Бен, ты же сам знаешь, кто…

С одного взгляда он понял, кто перед ним – одна из тех девушек, которых никогда не приглашают на самые заманчивые вечеринки и которым стоит больших усилий делать вид, что им это безразлично. Все это было ему хорошо знакомо. Даже сейчас, когда прошло уже столько лет, он помнил, что значит быть подростком-изгоем.…

– Послушай, – продолжала девушка, голос у нее был чуть низковатый, но певучий, и в нем чувствовался характер, который заставлял к ней прислушиваться. – Ведь у нас был уговор. Разве ты не знал, что нам предстоит испытание соблазном? Нет уж, мы едем на запад, дорогой. Он все еще о чем-то думал. – Решено,…