Криминальные детективы

Но их теплая дружба так и не переросла в любовь. Лена его любила, не раз признавалась в этом, говорила, что жить без него не может. А он не понимал, как это нельзя жить без кого-то. В десятом классе он часто задавался таким вопросом и всякий раз находил разумный ответ. Если бы вдруг Лена уехала в другой…

Странно выглядели и сами страницы: один и тот же титульный лист, одинаковые личные данные, те же свидетельские показания — Граффенрейда судили по обвинению в убийстве некоего Эллиса Просницкого, — тот же вердикт: виновен. Однако приговор был сформулирован как «Пожизненное зак», что выглядело несколько…

– Да-а-а? – После этого дама потянула кавалера за локоток, и через минуту трап прогнулся под весом двух тел. Закачались кипарисы, затряслась магнолия, и из парковой зоны на набережную вывалилось двое пьяных. Похоже, яхта «Ковчег» в эту ночь притягивала исключительно тех, кто уже ни в зуб ногой. – Где…

Семь минут спустя все четверо поднялись на лифте на одиннадцатый этаж и проследовали за своим багажом к 1122-му номеру. Здесь человек с нейлоновой сумкой протянул носильщику пятерку и внушительным тоном сказал: — Дальше мы справимся сами. Уже в номере он достал радиотелефон, набрал соответствующие…

От Эшли не ускользнул тайный смысл слов Роберто. Бармен мог ему что-то сообщить, но непременно за плату. Именно ему предстояло сделать следующий ход. — А что для меня важно, Роберто? Бармен склонил голову набок. — Телеграмма, которую вы ждете. Сведения, содержащиеся в этой папке… —…

— Интересно, кто же сочинил эту пьесу? — прошептала ей на ухо Алиса. Слева от нее развалился директор театра, Белобородов. Когда Алиса пришла в театр, ей показалось, что здесь он — единоличный хозяин. Она стала заглядывать к нему в кабинет по поводу и без повода, дарила ему ласковые взгляды, смеялась…

— Вы кушайте, я посижу здесь… — сипло вымолвил студент и сжался, если только может сжаться шестипудовое тело. — Нет уж, давайте вместе покушаем. Он сделал ударение на слове «покушаем», вложив в него весь ядовитый сарказм, который скопился в нем в те минуты, когда он разглядывал студента. Бутылка…

– Доктор Карл Фитцрой? – почти прокричал он. – Да, это я. – Доктор Уиллис. Очень приятно, сэр. – Они пожали друг другу руки. – Что у нас? – поинтересовался Фитцрой. – Трое пациентов, доктор. Честно признаться, они в достаточно тяжелом состоянии. – Иначе их бы не отправили сюда, – заметил профессор.…

— А если они спросят, почему сразу не пришёл пахан? — Круглые сорочьи глаза Васи Векшина горели, и он всё время потирал одна о другую красные детские ладони, вылезавшие вместе с тонкими запястьями далеко из рукавов мышиного кургузого пиджачка. — Скажешь, что пахан их не глупее, чтобы соваться как кур…

А на фига с собой брать в бега лоха? А?! Вот то-то и оно. Имел ли Серега шансы? Если бы Лай был терпеливее, слушался Каленого, то хрен с укропом. Они спокойно могли придушить Серегу сонного глухой ночью. Так нет же. Не башкой соображал Лай-Сидор, а кишками. Сергей отыграл ситуацию, уже когда скалящийся…

- Девушка, - посмотрел он на томимую жаждой Клеопатру. - Разрешите вас разок оттанцевать! Хороший мальчик. Воспитанный. К даме на «вы» обращается. Вот только не вовремя. И Таганка нахамил: - Не могли бы вы оставить нас наедине? Девушка не танцует. Ну разве можно так отвечать чисто конкретному,…

— Лопухнулась. — Через неделю родители приволокутся, что я им скажу. Они же меня четвертуют. — И справедливо. — Сегодня вторник. Ни Макса, ни Славки. Я очень волнуюсь. И звонить не могу больше — мать у Славки опсьхела совсем, бросается. — А чего не скатаешь? Далеко дом? — Ой, я чувствую. Знаю. Что-то…

— Хо-хо-хо, — проговорил какой-то субъект, сидевший в комнате. Весь опухший, с сизым от пьянства лицом, он расположился на перевернутом ящике из-под яблок, опершись спиной о пузатую печку. Он тупо смотрел то на меня, то на какого-то человека за стойкой. — Хо-хо-хо... — Шел бы ты лучше домой, — сказал…

– Ну, что, старик? За встречу? – предложил Солодовников, поднимая рюмку. – За встречу, – согласился Игорь. Приятели, чокнувшись, с удовольствием выпили и дружно отдали дань многочисленным, со знанием дела подобранным закускам. – Ну, рассказывай, старик, как живешь, чем занимаешься, – предложил Солодовников,…

Кандауров выехал чуть позже и не торопясь приблизился к «БМВ». Женщина вышла и подсела к нему, протягивая парик и плащ Мананы. Кандауров, в свою очередь, протянул ей пачку денег. – Здесь маловато, – скривилась рыжеволосая, – ты не предупреждал, что тут убийство. – Это несчастный случай, – отрывисто…

– Шесть, – сказал отец и посмотрел на Артура. И тут Артур не выдержал. Он еще никогда не видел отца в таком унизительном положении. На его руках были надеты наручники, и теперь он курил, держа папиросу в обеих руках. Он сидел на табурете посреди комнаты, словно нашкодивший во время занятий воспитанник…

Но Виктор не остановился, пока из пыльной травы не вышел на дорогу. Это был смелый поступок, который не мог остаться безнаказанным. Браток встретил его веселой улыбкой и мощным ударом с ноги. Драться Виктор умел, поэтому среагировал на удар, подставив под него руку, да только блокировать не смог –…

— Да уж не недавно, а в газетах ведь в основном про новости пишут, так? — Про прошлое тоже пишем, вы себе представить не можете, насколько народ сейчас не знает историю, а без корней нельзя, нельзя. Письма у вас? — Да, пройдемте. — И «лохматая голова» по имени Глеб ловко просунулась…

Горячее масло звонко било в дно и стенки ведра, обжигало руки. Думать о том, чтобы заглушить один двигатель в такую погоду и поменять прокладку, не приходилось. Живучесть корабля сейчас в первую очередь зависела от работы силовой установки. Старший моторист уже доливал масло из бака в горловину. В принципе,…

А может, ей все только мерещится? Может, в голове у него нет никаких дурных мыслей? Ведь не могла же мама в нем ошибиться, не могла полюбить плохого человека? Мама пришла на кухню, когда завтрак был уже готов. – Спасибо, дочка! Мама сегодня выглядит очень неважно. Бледность, под глазами нездоровая…