Городское фэнтези

Нет, была мысль тишком заготовить себе веревку из простыней, как в фильмах и… повеситься на ней разве что. Потому как на окнах даже третьего этажа обнаружились решетки, а территория внизу замечательно просматривалась. Не успеть до забора добежать, даже если удастся сломать решетку. Пристрелят. Да и…

— Ладно, не буду я от добрых встреч отказываться. Да и в твоей Японии я еще не бывал. По рукам! — Хай, Игорь-сан, да будет так! Теперь поспешим. Это в мире духов я могу время замедлить. В мире живых — осталось мгновение, чтобы вдохнуть новую душу в тело Кенты-куна. Да так, чтобы его память тебе досталась.…

Я тогда полезла в сумочку в поисках хоть чего-то съестного. Ничего не оставалось, как открыть пачку завалявшегося там арахиса и… столкнуться в дверях с высоким широкоплечим брюнетом, одетым в рокерскую футболку и черные джинсы. Орешки довольно громко запрыгали по полу. Мужчина же с остервенением начал…

И что же делает наш герой. Правильно, он кладёт на всё хрен и едет отдыхать в Форос. Ну ничему сука жизнь не учит. Ну вспомни, казалось бы, Никиту Сергеевича и его отпуск в Пицунде. Но нет, не может наш человек спокойно пройти мимо грабель. Михаил Сергеевич мирно отдыхал на море, и в ус себе не дул.…

– Что ж, я почти готов нанять эту единственную, – выбрасываю пустой стаканчик и поднимаюсь на первую ступеньку лестницы, ведущей на второй, приватный уровень клуба, миновав который, попаду к своему кабинету. – Учтите, Арсений Эльдарович, – она поднимает палец. – Девушка ещё учится и совсем без опыта.…

– Не ждёт. Он, честно говоря, уже и не надеется. Понимаешь, когда некромант теряет смысл жизни, обычно всё заканчивается не очень хорошо. В лучшем случае он уходит на охоту и погибает… – А в худшем? – В худшем… воскресает после смерти и превращается в нежить. – Так себе перспектива, – Катерина…

– Прячутся, страховидлы облезлые! Щас мы устроим им гранд-фуэту! То есть фуэте! – воинственно проворчала тыква, буравя пространство светящимися глазищами, горевшими, как автомобильные фары. Её я держала под мышкой, словно запасную голову, гораздо более болтливую, чем основная. – Это ещё как посмотреть!…

- А ты сама посуди, - изрек жених и поднял к верху указательный палец правой руки, оторвавшись от руля, - ведь этот на джипе ехал куда-то? – куда ехал этот на джипе меня интересовало мало, вот, честное слово, - Яруся, не переживай, у тебя будет самая лучшая елка. Ну, - решил подбодрить пригорюнившуюся…

– О какой безопасности страны может идти речь, если они о собственной безопасности не могут позаботиться, – процедил он сквозь зубы. – Эд, даже если ты взорвёшь это здание и на его месте отстроишь новое, сразу ничего не изменится. Нужно время, – я покачал головой и остановился возле неприметной двери…

— Угугууггууу — промычал дворянин. — Че говоришь? Деньги? Нет. Денег у меня предостаточно. Я ценю другое богатство. Справедливость. — Гууугуугу гуг гугугу. — А ты не знаешь? Какой кошмар. Ты видимо забыл. Позволь освежить тебе память. — наигранно удивился тот и всадил нож в ладонь дворянина.…

Тыкать надменным охранникам в лица бумажкой с направлением на собственноручно выбитую стажировку — особый вид удовольствия. Не то, чтобы у неё были проблемы с принятием факта, что семья помогала двигаться по жизни, но ужасно бесило, когда фамилии приписывали абсолютно все заслуги, словно она сама ноль…

– Магией, Саша, – улыбнулся дед. – Магией. – Интересуетесь, ваше сиятельство? – приветливо спросил Ильич, обращаясь ко мне. – Конечно! – ответил я. – Кстати, меня зовут Александр Васильевич. – Идёмте, Александр Васильевич, я вам всё покажу. – Ты нам корабль покажи, Ильич, – поторопил его дед.…

Эта калечная борьба за жизнь приостановилась. В прямом смысле приостановилась! Я перестал дышать для не понимающих! Когда ко мне в комнату зашла сестра проверить, почему ещё не встал. Вот от осознания, что у меня есть, всегда была и про то, что у меня никогда не было сестры, я словил еррор. Начались…

— Привет, тренер, — горгонида невозмутимо подпирала башкой потолок. — Ага. Насчёт стеснения я ошибался. Крупно. Стоя в одном полотенце перед гигантской бабой, я почувствовал, что покрываюсь красными пятнами. Одним большим красным пятном. С ног до головы. Срань. Выпить бы сейчас… Вспомнилось,…

— Эй, Вовка, Галка! — окликнул их Вартан. — Зачем сердитесь? Больше нечем заняться, да? — Почему же? — Егоров поднялся, отряхнул джинсы. — Костер догорает, пойду за хворостом. — Тебе помочь? — спросил Вартан. — Ты пойдешь в следующий раз, не оставлять…

При этом один из них ещё и громко прокаркал с явной издёвкой: - А вот и молоденькое мясо пожаловало! Их хозяева, наверняка подумали точно так же, потому что довольным рёвом ещё более ускорили своих громадных лошадей. Теперь и людоеды и кречи сосредоточили всё своё внимание на всадниках, несколько…

Причем доброта их граничит с полной безответностью: ни от чьего визита они не могут отказаться. И потому… терпят. Выжидают, когда настырный гость осозн 'a ет собственную бестактность и покинет, наконец, последнее их тихое пристанище. Жалость и безотчетное смущение преследовали Левашова. Он уже устыдился…

— Как она? Я посмотрела на пол. — Так же. Хочешь кофе? Легким движением он развернул чемодан, который я приволокла к кровати. — Не говори мне, что ты пьешь кофе! — Напиток богов. Я язвительно улыбнулась, заметив, как он распаковывает передний карман и вытаскивает пачку…

Ожидания не обманули ее, Слепящий ждал. Он не стал прятаться в подворотню, а стоял прямо напротив выхода, широко расставив ноги, спрятав голову в ссутуленные плечи. Она практически налетела на него и застыла рядом, с тоской и замирающим сердцем глядя на поля шляпы, которые — нет, ей не показалось — дрогнули…

Тамми снова попыталась проскочить мимо меня, но я оказалась быстрее и, опрокинув по пути несколько парт, успела ее схватить. Царапающие звуки за спиной сообщили мне о том, что джинн пытается к нам ползти. С каждой секундой его голова срасталась и заживала. Волоча за собой Тамми, я перепрыгнула через…