Фэнтези

Тише. Вот оно! Пентаграмма светится все сильнее и сильнее, и вдруг ослепительно вспыхивает. В воздухе сгущаются тени, веет ледяным холодом Междумирья… и внутри сияющих линий возникают двое. Парень и девушка. Он — рыжий и босой, с жуткой оскаленной харей на груди. У неё (не у хари, у девушки) короткие…

Надо мной склонилась женщина, положила ледяную ладонь мне на лоб, внимательно посмотрела в глаза и ободряюще улыбнулась: — Все хорошо. — Я не умер? — через силу задал я самый глупый из всех возможных вопросов. — Не совсем. Спи, Людвиг. Еще не время просыпаться, ты слишком слаб, — шепнула мне сереброглазая. —…

Архимаг только усмехнулся завуалированной издевке и двусмысленностям. Таким его не проймешь! Уж что-что, а ответных колкостей у него запасено прилично. Впрочем, сегодня он был не в настроении для долгих светских бесед с жонглированием аргументами и обсуждениями глобальных процессов, чем он порою любил…

– Выпейте, господин. Враз полегче станет. Вино, оно завсегда помогает, – раздался над ухом заботливый голос. Горлышко наклонилось, и в рот потекло вино. С трудом глотнул. Только сейчас понял, как сильно хочу пить. Еще. Вино смочило пересохшее горло и потоком устремилось в пустой желудок.…

   Собравшиеся понятливо покивали.    Мстительные засранцы из Риса не зря слыли одними из самых кровожадных шиноби. Тамошние семьи грызлись между собой по любому поводу, в перерывах ухитряясь повоевать и с соседями. Единственное, что их хоть как-то спасало - могущественные хидзютсу, подвластные главам…

Касси услышала, как скрипнула кровать — это Бабуля встала. Теперь ее голос звучал мягче: — Говорят, что, когда ветер завывает на севере, это он плачет о потерянной дочери. Касси моргнула и открыла глаза: — А мамочка все еще там? Бабуля тенью стояла в дверях. — Да. Часть первая ЗЕМЛЯ…

— Почему? — спросила она. Всё так же серьёзно. — А вы этого хотите? Девушка медленно покачала головой — не хочу. — Но так положено! — пояснила она, почти умоляющим тоном. — Не вопрос, будем делать то, что положено, — успокоил её Владимир, которому всё сильнее хотелось проснуться. Утром первого…

Операция у меня пустяковая – аппендицит. Но наверняка мне еще нельзя вставать. И пить, я слышал, сразу после наркоза тоже нельзя какое-то время. Да и вообще особо дергаться – швы же разойдутся. Но чего уж точно нельзя – так это вот так бросать пациента! Мне тут что, окочуриться теперь? Я потихоньку…

— Я бы здесь построил новое государство. Собрал бы в России и Европе умных специалистов и трудолюбивых людей и переправил бы их через Никарагуа. Там ведь в Калифорнию и Сиэтл поток поселенцев нужен — десятки тысяч в год. Вокруг Южной Америки на парусниках возить замучаешься. Нормальных портов там раз-два…

Внезапно, как нож в живот, врезалась новая волна. Не страх. Не голод. Злоба. Густая, горячая, направленная. И очень близко. Алекс инстинктивно присел, сливаясь с тенью гаража. Из переулка напротив вывалились трое. Члены местной шайки «Кривые Клыки» – отбросы Нижнего Города, промышлявшие грабежом…

— И это всё? — Повелевает царством мёртвых по ту сторону Калинова моста, — добавил Захар. Я кивнул: — Садись, пять. Легче кому-нибудь стало? — И что ты намерен делать? — Искать Катерину Матвеевну, что же ещё. — Кощей сказал, ты знаешь, где искать, — напомнил Захар. — Всё, что я знаю точно…

— Ещё в состоянии кривить рожу? Хе… Жалкое зрелище. — сплюнув, злобный стражник подошёл ко мне, а затем отцепил от стены: — Но, как бы там ни было — тебя ждёт коридор Ахиареи, а затем — справедливый суд. — Справедливый? Вижу, в юморе ты тоже хорош. — хмыкнул я, за что тут же получил кулаком по щеке.…

Что же, в игру с трансформацией могут играть двое. Мышцы моих ног напряглись до предела, увеличиваясь в размерах. Подозреваю, что внешне я сейчас был больше похож на кенгуру, чем человека, но это меня волновало меньше всего. Салон-пасть вновь распахнулся, верхние ряды гнилых зубов начали движение вниз…

Следующий город будет крупнее, к вечеру мы достигнем, ну, должны достигнуть, Олска. Это уже будут коронные земли, родное герцогство я покину впервые за почти пятнадцать лет жизни Степа, чьё тело внезапно для себя занял. Свой амулет переделывать не стал, я встретил ливень под тентом фургона, и некрупный…

Агнесса кивнула, глядя на колбы. Новый толчок… Это было именно то, что сейчас нужно её роду. Свежая кровь, новые идеи и уникальные разработки. Виктор был именно тем, кто мог им это дать. Вот только как его привлечь на свою сторону? Предлагала же… Целую лабораторию, оснащённую по последнему слову…

— У, дьявол, тяжелый, — сказал мистер Пауэлл. — Нет-нет, я не хочу сказать, что он стал тяжелее, чем прежде, просто вчера вечером я растянул запястье, и теперь чуть не так повернешь — боль адская. Бывает и хуже, сейчас я его выволоку. — Не повезло, — посочувствовал помощнику доктор Бойкот. — Давайте…

На столе, на газетной скатерти, стояла зажжённая керосиновая лампа, горкой лежали бутерброды с колбасой, рядом, в миске, ждали своей участи сочные помидоры вперемешку с зелёными пупырчатыми огурчиками; ещё был свежий молодой лучок, крупно нарезанный хлеб и обязательные плавленые сырки в круглых баночках.…

— Ты что, не доверяешь мне?! Ита часто замигала пушистыми ресницами; зрители лезли на столы, чтобы лучше было видно. Даже пьяные протрезвели ради такого зрелища; хозяйка, немного обеспокоенная, застыла в кухонных дверях с белой тряпкой наперевес. Эгерт обернулся к гуардам: — Ножи! Кинжалы! Что…

Анри понял, что ему ничего не светит, и поднялся: — Ну и демон с тобой, не говори потом, что я тебе помощь не предлагал, — и удалился, насвистывая. Я постучался и, услышав отклик: «Войдите!» — потянул на себя высоченную, под потолок, резную дубовую дверь. — Вы меня искали, милорд? Ректор поднял…

Волосы Анатоля встали дыбом. Его вдруг охватило ощущение надвигающейся беды. Кто бы ни была эта женщина, откуда бы ни явилась -она несла с собой неминуемую гибель. – Берегись огненной женщины! Она уже близко. Анатоль едва ли осознавал, что произносит эти слова вслух. Видение расплывалось, таяло,…