Фэнтези

Острые коготки болезни впивались в трепещущее сердце, выдавливая горькие кровавые капли; в какой-то миг Альхейму даже стало дурно – и он прислонился всем телом к холодной стене; вместо того, чтобы положить под язык целебную пастилку с мятой, принялся торопливо нахлобучивать шляпу, которую до этого нес…

Джинн показал Аладдину грамоту с печатями. Это не возымело должного воздействия – читать Аладдин не умел. Однако, несмотря на отсутствие способностей к чтению, Аладдин, увидев грамоту, да еще и с печатями, произнес положенное в таких случаях «Wow!» Не бойтесь своих желаний – Так что, значит, мне…

– Продолжай, – сказал он. – Почему ты так уверен в этом? Вижу, тебе не терпится поделиться со мной своими соображениями. – Что ж, если ты настаиваешь… Ни один снайпер не выбрал бы позицию на крыше дома «Каса Мила» на противоположной стороне улицы, потому что там проводят экскурсии и видеокамеры зафиксировали…

– Моя фамилия, как вам прекрасно известно, Чернов. – Ник уже взял себя в руки. – Откуда столь трепетное отношение к фамилии, которой от силы полгода? – Моя фамилия Чернов, – не поддался на провокацию Ник. – Да и неважно, – махнул рукой Лорд. – Вас что-то расстроило в судьбе посредника? – Жечь…

Санька помолчал, а потом негромко и совсем незнакомым мне тоном спросил: – Она что, на самом деле настолько неотразима?.. Я резко сел на кровати и уставился в его круглую конопатую физиономию, ожидая увидеть привычную гнусную ухмылочку, превращающую и без того небольшие голубенькие Сашкины глазки…

– Нет, это чепуха, – говорил Барнаби, пытаясь угнаться за длинноногим спутником. – Подумайте сами, как такое может быть? Что это за слова, что за мантра такая, зашитая в мозг каждого человека? – Может быть, пароль, включающий человеческий компьютер на самоуничтожение? – ухмыльнулся Хаоким. – Нет-нет,…

Лугард пожал плечами. — Я видел немало развалин, и эта мне понравится. — Он порылся в кармане и извлек металлическую пластинку размером с ладонь; пластинка сверкнула на солнце. — Благодарность от правительства, Вир. Крепость Батт моя, пока я этого хочу. — Но продовольствие… — Там его достаточно. Все…

– Я ничего не приделывал. Они были в ней. То, что должно было стать крыльями, но, поскольку её собрали неправильно, стало чем-то другим, незаметным, неиспользуемым. – Это… так странно. Я не думал, что она будет с крыльями. – Прошу прощения, Светлейший. Это не зависело от меня. – Ничего… так даже…

— Разумеется, я все это видел и не стал бы заводиться. Но и он тоже прекрасно сознает свои преимущества, чем не погнушался воспользоваться. — Вот не надо опять делать из него виноватого! — вмешалась Ольга. — Ты его оскорбил, и это слышали. — Однако почему-то никто не поинтересовался, что сказал мне…

Я глубоко вдохнул и выдохнул. А потом еще раз вдохнул и выдохнул. Голова чуть-чуть закружилась, но я не обратил на это внимания. Ребра не сломаны, и это главное. Может, одно-два и повреждены, но это не считается, в полевых госпиталях это вообще не считалось за ранение, одиночная трещина в ребре двигаться…

Трембоуду сделали знак, что он может следовать через главные ворота в перенаселенный мир Квадрата, и тут же его пропуск был проштампован под раболепные поклоны чиновников. Он был магом, Верховным Адептом и членом правящей иерархии. Пройдя проверку в службе безопасности, маг продолжил спуск по широкой…

Ошарашенный Станимир захлопал глазами: – Слезыньки горючие, в чем дело, сударь? Что случилось? – Он еще спрашивает, что случилось!.. – Срамное выражение. – Это я должен спросить вас, что случилось! Почему, заглянув ночью в спальню к дочери, я обнаружил там соседского сынка? И теперь дочка заявляет,…

– Конечно, эпоха легенд осталась в прошлом… – сожалеючи взглянула на фреску с рыцарем и драконом Фудзира. – Но странствующие герои все же еще кое-где сохранились… – А где?… Кто?… – тоскливо вздохнула Мариэла. – Ну откуда же мне знать, доченька?… Но ты можешь узнать сама. – Как? – Забыла?… Через…

«Наконец-то», – спустя мгновение донесся до него голос Джарлаксля. «Входи, Динин, мой Кхаль'аббил. Ты заставил меня ждать слишком долго». Динин помедлил мгновение, чтобы понять был ли какой-нибудь скрытый подтекст в словах наемника. Джарлаксль назвал его Кхаль'аббил, «мой верный друг», это было прозвище…

Ветки можжевельника били по ногам, и Лив быстро устала. Тенгель посадил ее к себе на плечи. Суль и Даг шли за Силье. Суль о чем-то задумалась. Ее живое личико, обрамленное темными кудряшками, приняло сосредоточенное выражение. — Скажи, а почему я зову тебя Силье, а Даг и Лив называют мамой?…

Он совсем недавно прошел через Врата Смерти и, зная, что не стоит проходить их еще раз так быстро. При возвращении с Абарраха он потерял сознание. Нет, потерял — неточно сказано. Он сделал это нарочно. Обморок перешел в сон, который полностью вернул ему здоровье, исцелил раненную стрелой ногу и излечил…

Стояло лето, такое жаркое в городе, что каждый вдох грозил удушить. Поэтому Пиф вздыхала осторожно, в несколько приемов. Ей предстояло дежурство, и она заранее готовилась к томительному отсиживанию суток в Оракуле. Но с этим ничего нельзя поделать: регулярные суточные дежурства особо оговорены в контракте,…

Шедув осторожно коснулся ногой кромки воды и задумчиво посмотрел вдаль, туда, где свинцовые морские волны сливались в тонкую, едва различимую линию, слегка подсвеченную заходящим солнцем. Отпущенник искал образы и следы зорзов и друидов в серой акварели неба; какие-то расплывчатые фигуры поминутно всплывали…

Хозяин взял ее двумя толстыми почерневшими от железа и огня пальцами, попробовал на зуб. Сходив к иконке, достал из-за нее маленький серебряный сосудик, пузатый и с узким горлышком, вернулся к столу, кинул на него монету. Вытянув из горльппка пробку – потемневший от времени сучок – брызнул из сосудика…

Так наш умник умудрился втереться в доверие к моей маме, натаскал ей каких-то цветочков с луга, всё расспрашивал о здоровье и о том, какой я был маленький, а в результате – прижился. Мама пару раз «высказала своё мнение» тем из соседей, кого это не устраивало, ещё пару голов разбил я, и маленького графа…