Фэнтези

Он это знал, конечно, только упорно гнал от себя это знание, в самом деле решив попробовать быть другим. Хотя бы для неё… – Ты правильно сделал, – неожиданно продолжила Жанна, и Рыков вздрогнул от удивления, – что отпустил её. Она бы не простила тебе никогда, а светлой всё равно не осталась бы после…

– Прости меня милая, – прошептала она, прижимая руки к животу и ушла под воду с головой. Из леса выбежал мужчина в сером балахоне. – Элис!! Где же ты?! Почему ты так со мной поступаешь?! – с болью в голосе выкрикнул он, обернулся и, услышав приближающуюся погоню, скрылся обратно в лесу. А над озером…

Обязательства перед Дирвулом, наложенные контрактом на верность, оценивались в 200 млн кравен. Когда срок обучения отобранной группы подходил к концу, руководство Дирвула устраивало аукцион контрактов на котором распродавало долговые обязательства своих бойцов различным бандитским группировкам. Если…

— Что такое? — я попыталась звучать скучающе, даже немного раздраженно. Я была довольна собой, хотя радость от достижения пропала, когда я посмотрела на него. Он точно не был мной доволен. Я попыталась улыбнуться. Он не ответил тем же. О, черт. Отец стоял на пороге, пригнув голову, чтобы не задевать…

Впрочем, моя скорбь не о постистории, засилье искусственного интеллекта и эпохе создания материальных благ без участия людей. Я достаточно стар, и у меня хорошая память, чтобы помнить время, когда до всего можно было дойти своим умом, а не с помощью услужливых машин. Далёким, уже засаленным от прикосновения…

Но сейчас некромант немного заплутал в Калтароне, пробираясь к старой дороге. Погруженный в воспоминания, тёмный маг невольно вздохнул от навалившихся на него за все эти годы бед и потерь. – Снова витаешь в облаках? – раздался откуда-то сверху веселый голос – Лучше бы под ноги смотрел, а то уже собрал…

– Отвори дверь… Иначе я прерву твою жалкую жизнь. Открыв глаза, Привратник с сожалением поглядел в искаженное злостью лицо Антареса, а затем, резко встав, раскинул руки в стороны. В пещере вдруг стало светло, как днем, а сам старик вырос в ввысь и расправил плечи… Из-за спины его с легким шелестом…

Я сдвинула брови. Конечно, я боялась ареста, суда и публичной казни, но это были далеко не единственные волки в лесу моих страхов. – Мои подданные мне не враги, – настаивала я, пока те с нарастающей громкостью скандировали: «Вешай! Вешай!» – вскидывая вверх кулаки. И тут у ног одной из осужденных…

По дороге домой я поделилась с подругой странным ведением. Харитонова слушала меня, слушала, потом предложила: «Поехали ко мне, а? Посидим, поговорим, вина попьём». Ну, поехали. – И всё же, может, тебе показалось? – припарковавшись у дома, спросила Оксана. – Не знаю, – вздохнула я. – Наверно так…

Автобус как раз подъезжал. В такое время он был почти пустым, и его двери охотно открывались для немногочисленных пассажиров, как и она спешивших проскочить по своим делам до дождя. Мира ускорила шаг, ведь интервал между автобусами не в час пик был огромным. Пробегавшая мимо черная, лохматая собака…