Фантастика

– А машина где? На дороге осталась? Ничего, утром поглядим на неё. Не бойся, на том участке никогда никого не бывает. Там даже зайца не подстрелить. Заходи, попьём чаю и устрою тебя на ночлег, раз уж беда такая. – Да что вы! Нет, я не спать, я погреться. Мне бы посушиться немного. Тяжелая горячая…

«Перестань, слабак! – ругал он себя. – Эта дура точно что-то напутала. Или, как обычно, преувеличила». Ночь без сна далась Сергею трудно, и, однозначно, добавила добрую прядь седины в его редеющую шевелюру. Он увидел это утром, в зеркале лифта. Еще вечером ее не было. Командировка не задалась с первого…

— М-да, — тихо пробормотал себе под нос Псих, — Я-то думал, у тебя только харя мерзкая. — Что?! — Говорю, пошли в участок. Выдам тебе форму и место работы. Мне как раз не хватает кого-то усидчивого, кто будет перебирать бумажки. — Боюсь вас огорчить, — холодно ответил Кинат, — В инструкции, выданной…

На вид ей было лет двадцать, двадцать пять. Среднего роста, симпатичное личико, изумительные зеленые глаза. Ее грациозность и гибкость пантеры завораживали. А фигура подобная красоте Афродиты, сразу сразила меня на повал. Она вышла из гримерки и, подойдя ко мне, откинула со лба прядь кудрявых рыжих волос.…

– Барбатос, – улыбаюсь я, – во-первых, моя специализация со времён нашей первой встречи значительно расширилась. А во-вторых, мы оба понимаем, что ты, как никто лучше, знаешь, в чём я преуспел, а что мне только предстоит освоить, – в бельмах моего собеседника мелькают красные искорки. Так, по его же…

По этой же причине и корреспонденция к ним доходила весьма редко. Куда ее вести, непонятно. Торговые караваны также не баловали их своими посещениями. Да и что у них можно было взять, кроме однообразных полуфабрикатов. – Где она находилась? – спросите вы, слегка осоловев от первых доз алкоголя, незаметно…

Шум битвы стихал. Некогда зеленое весеннее поле, пропитавшись кровью, потом и болью, превратилось в черно-бурую жижу. В ней, как черви, копошились искалеченные обрубки тел. Ударами молота в мозг врывались стоны и предсмертные хрипы, крики и визг, мольбы и проклятья. Валка, Брахамис, Адинэль и даже черный…

– Буди своих! Чтобы через минуту все были на ногах! Забаррикадируйте ворота, а едва она приблизится – сразу стреляйте! Если она минует заставу, вам не сносить головы! Всем вам! Мужчина выкрикивал указания прямо в лицо своему подчиненному, брызжа слюной. Закончив свою тираду, он отпустил стражника и…

Равномерный гул, доносящийся отовсюду, успокаивал и обволакивал разум. Он был неким фоном, способствующим неторопливому и размеренному течению мыслей. Сказать, что Акайо волновался, было трудно, так как внешне он этого никак не выдавал. Да и его внутренние, как принято говорить, «переживания», мало походили…