Фантастика

Флойд вошел в большой зал, Эмбер с Мэттом последовали за ним. Несколько долгоходов разговаривали и ели, сидя вокруг деревянного стола. При появлении Флойда и его спутников все замолчали. Черноволосый подросток с зелеными глазами и выдающимся подбородком вскочил с места. – Бен! – воскликнула Эмбер.…

— Оставишь у консьержки, — я улыбнулся. — И нет, не сожрет! Я уже понял, что пантере не обязательно произносить приказы вслух, я это делал просто из-за удобства. На этот раз я мысленно отдал приказ. «Пойдешь с этой девушкой. Её зовут Хельга. Вреда ей не причинять. Она отведет тебя домой. Из квартиры…

На голос вышла стройная моложавая женщина в тёплом халате. Она привычным жестом поправила длинные светло-каштановые волосы и улыбнулась. – Привет. Садись, поешь. – А что у нас? – спросил Алексей, заранее зная ответ. Ну что у них могло быть, кроме искусственной еды из биореактора или рекомбинированного…

– Миша, чего хотят? – повернулся Руслан к денщику. – Повиниться пришли, ваше сиятельство, – вздохнул юноша. – Бают, раз уж не уберегли тебя, так им и виру платить. Кровью. – От дурни, – скривился Шатун, в очередной раз вздыхая. – Зови их сюда. Говорить будем. – Может, не сейчас? – осторожно спросил…

— Это море станет твоей могилой… И да простит меня твой отец, что я вместо него преподам тебе урок манер, напыщенный ты говнюк. Вытащив из воды огромный трезубец, повелитель моря раскрутил его над головой, словно пушинку, и поднял водный смерч, что, словно пылесос, начал поглощать тяжёлые грозовые…

Парень попытался подняться да отбиться, но только у него это вышло, прозвучал новый крик: — Молись, русская свинья! Я замер, и меня накрыли воспоминания. Девяносто четвертый год на дворе, я совсем молодой после учебки попал в часть. Был у нас там парень по прозвищу Гусь, такой же, как я, зеленый,…

— Мука заканчивается, если к выходным беляшей нажарить, как хотели — не хватит. И ты лак хотел какой-то купить, пол-то вон вытерся как. Точно, хотел. Молодец она у меня, всё помнит, всё знает, да ещё и молчать умеет, когда надо. Правда, бывает, так красноречиво молчит, что уж лучше б лаялась… …

Настя вспомнила рассказы Теодора о псиониках — Одарённых, чей Дар, хоть и казался простым, давал невероятные возможности: от чтения мыслей и ментальных щитов до управления материей и даже самоисцеления. Этот противник был очень опасен. Абаддон молча сражался, принимая на себя всё новые удары. Его противник…

Итак, нужно еще раз собрать все в голове, вдруг он что-то упускает. Должна быть вещь, способная связать Бакстону руки. Может, убить его сына Хаттона, которому тот едва ли не пятки целует? Вряд ли поможет, даже наоборот. Угрожать в их ситуации бесполезно, это только раззадорит. Черт, выхода словно вообще…

Первыми кончились патроны. — Вы тут что-то обронили, — оскалился я и ткнул в боевиков пальцем. Все выпущенные по мне пули метнулись обратно, мгновенно изрешетив своих бывших владельцев, которые падали прямо поперек коридора. Пока я перешагивал эти малоприятные импровизированные баррикады, мои парни…

Я разозлился. Сильно разозлился. Тем более, что Распутины обосновались в Тибете, на границе Китая и парочки других мелких государств, получив землю в платное долговременное пользование. Именно там, защищённый горами и неприступной линией обороны, находился тот самый кукловод, который решил уничтожить…

— Я вернулся, учитель… — глубоко поклонился мужчина. Гранд Мастер Вульф улыбнулся еще шире, отчего морщины на его лице проявились особенно отчётливо, а затем он добро, как может лишь отец, который рад видеть своего сына, произнёс: — Здравствуй, Райнер… Долог был твой путь, но ты нашёл дорогу назад.…

Кстати, это кольцо почему-то очень заинтересовало московских полицейских и «нашего друга» из тайной канцелярии. Все допытывались где я мог такое раздобыть? Учитывая обстоятельства, я не стал ничего скрывать и рассказал как есть, что это подарок моего наставника. Лишь только после этого они от меня отстали.…

Ответил мне все так же улыбающийся Крот: – Командир, мы уже давно не маленькие дети. И не те зеленые новички, которыми пришли сюда. Нам всем приходилось терпеть боль... А крови и смерти мы уже насмотрелись. Вдоволь. Он помрачнел и замолчал, а его тираду продолжил Ламин: – Алекс, даже если мне суждено…