Детективы

Иммиграция – это смерть, это неминуемое исчезновение из той среды, в которую нас вытолкнуло неумолимой силой рождения. И там, откуда мы уехали навсегда, как прежде, облетают тополя, и в родном дворе звонко дрожат чьи-то голоса… Это точно так же, как если бы вместо аэропорта замызганное жёлтое такси…

Леди Кут робко приблизилась к правителю: — Доброе утро, Макдональд. — Доброе утро, миледи. Он говорил именно так, как подобает разговаривать главным садовникам — мрачно, но с достоинством, точно император на похоронах. — Скажите, можем ли мы сегодня собрать немного винограда к десерту? — Он…

– Ага. – Бино широко улыбнулся. – Этот прием часто приносит пользу. – Вы когда-нибудь слышали об Обмылке Смите? – спросил Джо. – Не приходилось, – ответил Бино, недовольный тем, какой оборот начинает принимать разговор. Он догадался, что сейчас последует своего рода предупреждение. – Его прозвали…

Экскурсионные маршруты, блистающие отреставрированными фасадами и наполненные запахами, столь чуждого всему этому, поп корна и масла от жареной картошки фри, утратили после реконструкции, ту самую неуловимую ауру истории и превратившейся, с моей точки зрения, в декорации к исторической постановке. Первое…

Впрочем, насчет Жмыхова сомневался не один Крапивин. – Жмыха хочешь выпустить, Нилыч? – недоверчиво поинтересовался капитан. – Не рано? На него все злые с тех пор, как он Рожкова сломал. Во всех газетах его полоскали. Судья его персонально пасти будет. А у него и так уже карточка. – Умный какой! –…

Таня смаковала джин-тоник и умирала со скуки. Уже третий час в неудобном кресле самолетика «Як-40». Да у нее просто спина отвалится, если они сейчас же не прилетят! Будто в ответ на ее мысли, стюардесса пропела: – Командир корабля включил табло «Пристегните ремни!». Мы готовимся к посадке… Пассажиры…

– Парень, прекращай себя вести, словно ты пристрастился к наркоте! Я прошел к той стороне крыши, которая выходила на улицу, вгляделся и увидел полицейскую патрульную машину, которая вливалась в транспортный поток. Я улыбнулся, а потом пошел к металлической двери, вниз по ступеням до первого этажа здания.…

— Нет, что ни говори, а славно летом отдохнуть! — Иван мечтательно уставился в потолок и пустил в него струю папиросного дыма. — Завтра сядем мы с тобой на пароход и ту-ту! Только нас Тартищев и видел! — Смотри, сглазишь, — усмехнулся Алексей, — пока пароход от берега не отвалит, ни за что не поверю,…

Всю жизнь, с самого детства Тай любил смотреть, как блестят рельсы. С тех самых пор, когда впервые услышал заунывный гудок и грохот колес грузового поезда, уносящегося вдаль, прочь из Техаса. Для человека, никогда не видевшего больших городов Восточного побережья и не совершившего ничего выдающегося,…

Швейцар следил за тем, как она приближается уверенным, хоть и неторопливым шагом. Теперь он видел, что хозяйке роскошной шубы и элегантного зонта не меньше семидесяти, а то и больше. Лицо белое, словно припудренное, глаза яркие, темные, как у цыганки, губы подкрашены помадой вишневого оттенка. Нос –…

Увидев, кто находится в подъехавшем к нему автомобиле, Паркер успокоился. За рулем сидел молодой человек лет двадцати, рядом с ним — девушка того же возраста, а на заднем сиденье Паркер увидел стоявших во весь рост двух маленьких девчушек, смотревших в заднее ветровое стекло. Остановив машину рядом с…

— Так точно, — покаялся Денис. — Весь штат секретарей и референтов на курсах повышения квалификации. Она не поняла шутку или, во всяком случае, ее не оценила. Она отложила газету, отодвинула креманку с ягодами и протянула Денису свою визитку: — Я руковожу корпунктом радио «Свобода» в Москве. Денис…

— Откуда ты все это знаешь? — подивилась осведомленности Ирины подруга. — Так мне Сонечка рассказала, подруга, которая на виолончели играет. — Как-то странно это… — удивился Вася. — Рассказы Чехова петь… Да еще на английском… Там про Ваньку Жукова будет? Или хоть про Каштанку? Хотя вряд ли про Каштанку.…

И вот уже в начале седьмого, когда, уставший от постоянного возбуждения и ночи, проведенной без сна, Влад сладко прикорнул в полупустой электричке, прислонившись щекой к окну, его неожиданно разбудил резкий сигнал трубки Серого. Влад не сразу понял, что за звук и откуда он. На него стали оборачиваться…

Тем не менее, возвращаясь с крестин, был Порубов в отличном настроении. Рядом с ним, справа, сидела Настя, невероятно соблазнительная в шикарном вечернем платье от Версачче, с обнаженной коленкой, от одного вида которой Виктор Альбертович, бывало, сходил с ума. Настя молчала, утомленная долгой процедурой…

Считается, что человеческая память сохраняет все увиденное, услышанное, воспринятое. Если это действительно так, то где-то в глубинах сознания Георгия хранилась практически вся география родной страны: одуряющие ароматы уссурийской тайги и жесткая сухость раскаленного воздуха среднеазиатских пустынь,…

– А если это все-таки не недоразумение? – небрежно предположил я. – Или если прояснить его окажется не так просто? Или если ваша дочь окажется замешана в нем всерьез? Ван Хойтен тут же снова сник: – Я должен сам поехать и забрать ее… – У вас гости. Они заметят ваше отсутствие. Давайте я это сделаю.…

Подув на покрасневшие от холода руки, я быстренько запрыгнула за руль и повела машину к первой городской больнице. Долетела я до нее минуты за четыре, обдавая грязными брызгами неуклюжих прохожих, лезущих на проезжую часть, и игнорируя их запоздалые ругательства в мой адрес. Расторопнее нужно быть,…

– Ты, значит, на повышение надеешься? – ядовито усмехнулся Воронин. – Вам, Петр Евгеньевич, виднее. Я вам верой и правдой служу, а там, уж это вы как оцените… – засюсюкал долговязый блондин. – Это ты, Сергей, правильно заметил, мне виднее… – Воронин на секунду задумался. Он глядел в пол, сосредоточенно…

«Я ошиблась», — робко подумала я, ни секунды не веря в такую удачу. Вечером даже робкие надежды меня покинули. Я выскочила за хлебом в магазин, находящийся на углу в трех шагах от моего подъезда, и сразу же увидела парня: он сидел в синем «Фольксвагене», длинном, старом и каком-то неказистом, увлеченно…