Детективы

- Ну, знаешь ли, слухи ходят. Это ведь маленький город. Ты замужем? Вот и главный вопрос. - Была, развелась месяц назад, - говорю я. Все равно она узнает, пусть уж лучше от меня. Сделаю вид, что совсем не сожалею. – Неудачный выбор, вот и все. - Оу, жаль. А я замужем, - торжественно произносит…

Честертон умышленно лишает своего героя всего того, что принято считать шармом, даже наделяет его самой банальной фамилией, и все это лишь затем, чтобы усилить концентрацию внимания читателя на незаурядном интеллекте своего героя, на его наивной, погруженной в неизбывные раздумья душе философа. Ранимой,…

Эти люди внешне не отличаются от других, потому что все отличия скрыты глубоко внутри, а если и проявляют себя, То совсем незаметно: они иначе осматриваются по сторонам; они знают, где находятся болевые и смертоносные точки человека; они не просто глазеют на системы банковской сигнализации, а в надежде…

В стороне сидел пьяный с кружкой пива и рыбиной, которую держал, отставив в сторону в вытянутой руке. Сегодняшним карпом, добытом у рынка. Про рыбу пьяный забывал, та опускалась и опускалась. Вот касалась грязного затоптанного пола. Мужик приходил в себя, поднимал рыбину повыше и опять приникал к кружке.…

Стынет рука, рука моя… Ты писала стихи, рисовала солнышки и дарила ласки. В юности вела за собой чувства и сопутствовала безумствам. Теперь, моя верная сообщница, умоляю – перестань дрожать в тот миг, когда должна будешь убить. Спеть не получится, Рядом попутчица - Смерть…

Но доктор ничего не слышал. Бобби пошел поискать мяч. Нашел он его не без труда, но сыграть им было невозможно: тот зарылся в куст утесника. Бобби попробовал пару раз ударить по нему, потом поднял и крикнул партнеру, что сдает лунку. Доктор подошел к нему, потому что следующая метка была у самого обрыва.…

Пус оскалился: — Привет, Кабанов. Что ты среди дороги встал-то? Волк Кабанов лишь хмыкнул, но ничего не ответил. В это время к коту сзади подошел запыхавшийся медведь Драный. Он перевел дух, согнувшись в пояснице, и выдавил из себя слова вперемешку со слюной: — Пус… уф… Ну ты быстро ходишь, с леса…

– Не надо приезжать, Алина. – У тебя какое-то важное дело? Это надолго? – Ну вот, уже глаза заблестели. Как же я это ненавидел! – У меня все дела важные, Алина. Я убийства расследую. – Разве дела о том, как один человек разумный позволяет себе лишить другого такого же человека единственного, по-настоящему…

А ответа не было никогда — скорее всего, другие его тоже не знали... Ага, сообразили наконец, корявые! Нагребя по карманам денежек, отправили куда-то одного, лучше других державшегося на ногах и явно не так содрогавшегося от головной боли. Мазур усмехнулся. В сумке у него бутылка отличного виски восемнадцатилетней…

Чтобы хоть как-то скрасить томительное ожидание, я стал думать о Наташе – девушке, с которой встречался уже второй год и привык считать ее «своей». Недавно по некоторым ее туманным намекам я понял, что наступил «момент принятия решения»: или мы женимся, или расстаемся. И я решился. Купил кольцо и запланировал…

Если больно не будет, значит ничего этого никогда не было. Абигэль не проснулась сегодня утром в крови, с изрезанным животом. Она не в горящей промывочной, а лежит в своей постели, свернувшись под одеялом, и видит невероятно подробный сон. Положительный момент: она не сгорит, как дрянная тряпичная кукла.…

– По каким делам? – Ох, если бы знать… – посетительница достала из сумочки половинку тетрадного листка и подала его Бирюкову. – Особенно меня напугала вот эта записка… На листке четким почерком было написано: «Мама, в случае чего, передай эту зелень папе Гене». – Что за «зелень»? – спросил Бирюков.…

Мысли о Конго неизменно приносили с собой и образ Саймона – высокого улыбчивого блондина, искренне верившего в гуманитарные идеи Комитета. Только вчера, перед самым отъездом в Лондон Молли решилась включить Skype и, наконец, поговорить с ним. Но Сэм в сети так и не появился. Квартира 221-б хранила…

Когда Марк Бренсон подошел к старинной двери дома, построенного, быть может, еще при Карле Втором, он увидел, что остальные служащие конторы уже ожидали его прихода. Их было двое: Стэнсби — молодой человек с острым носом, рыжими волосами и проницательным взглядом, и мальчик, недавно выпущенный из школы,…

Александр Фомин стоял возле входа в юридическую контору и курил сигарету. Он был здесь охранником и только что выпроводил из помещения какую-то старую оборванную попрошайку. — Вот выгнали вы меня, теперь будет и вам плохо, так же как мне, — грозила она грязным скрюченным пальцем. — Грех это, убогого…

Первый день так и закончился. Ушастая пропадала среди раненых, её только под утро на руках принесли. Но я-то знаю, что никто её не трогал. Упахалась просто девочка, и силы почти все отдала больным и раненым, потеряв в итоге сознание. Была мысль её подлечить, а потом, здраво порассуждав, решил, что палиться…

– Балерина, что ли? – Нет. Кажется, она работает в ресторане… – вот теперь она сказала чистую правду. – Рита! – Ну не всем же танцевать в балете! Марк, у всех по-разному складывается жизнь, возможно, у нее была травма и она бросила балет… И вообще, почему ты считаешь, что балеринам можно доверять,…

Ей нужно срочно лечить нервы. Она может попасть в историю, просто потому, что ей захочется пошутить. В этой стране ведь все шутят? Вот и ей иногда надо отвести душу. 2 Президент компании «Аттика» Валериан Сергеевич Дубцов занимался каратэ уже пятнадцать лет. В конце семидесятых закомплексованный…

Она улыбнулась от этой мысли, столь прекрасной и чистой. Бесконечная чернота над головой грозила заглушить неровное сверкание, словно источаемое мерцающими звездами. Приятное, щекочущее, это сверкание, кажется, порождало ветер и шепот листвы. Она не могла пошевелиться, да и не хотела. Ведь в таком…

Она уже знала, кому сможет доверить его. Сильно дул ветер в то время, как высокий мужчина всё дальше и дальше отдалялся от сухой пещеры. Демон хитро прищурился, посмотрев на вновь заснувшего брата, и вытащил, будто бы из воздуха, длинный меч, полыхнувший серебром. Несколько шипящих слов, и мальчик…