Детективы

— С какой стати? — рассердился я. — Я вижу вас впервые в жизни… — Но ваша жена меня хорошо знает. Вам известно, что она уже была замужем? — Конечно, известно, — облегченно вздохнул я. — Ее муж был моим лучшим другом. — Да, я знаю о Ральфе Коллинзе. Но сказала…

Вот так все и началось. Потому-то я и запомнил тот день так хорошо. Я сказал Кевину лишь то, что повторял ему вот уже четыре года: никто не должен иметь над твоей жизнью большей власти, чем ты сам. Хороший совет, полагал я. Однако он оказался плохим. Очень плохим. Вечер следующего дня, около…

– Но, насколько я знаю, с арендатора берется депозит как раз для компенсации такого рода ущерба, – откликнулась я. – Семейка Шерманов нагадила так, что никакого депозита не хватит для компенсации, – злобно фыркнул клиент. – Стивен Шерман – человек небедный, пусть платит за свои художества. – И что…

— Вы знаете что-нибудь об искусстве приготовления пищи, мосье Мирон? — Я из Парижа, вы разве забыли? — И об искусстве любви тоже? — Я ведь уже сказал, что я из Парижа. — Тогда, — она сделала глубокий вдох, — я могу сказать вам, что я, Гортензия Евгения Виллеруа Вессер Шалон, медленно и намеренно,…

- Ты в курсе, по поводу чего хурал собирают? - Ну, если б не было «пиджаков», - задумчиво произнес тот, подразумевая под «пиджаками» сотрудников отдела, - я бы подумал, что теперь от нас потребуют кунг на дачу для кого-то из областных бугров. А так, сам ума не приложу. - Может, действительно, что-то…

Кроме того, я заметил листовку полиции, которая советовала мне: «Если вы что-то увидите, не молчите». Ближе всего ко мне находилась женщина-латиноамериканка, которая сидела по диагонали слева, перед первыми дверями, одна на скамье, предназначенной для восьми человек, но не посередине, а с краю. Она…

– Это из-за них ты поселилась подальше от океана? – кисло спросила Юля, уже точно зная, что поедет, и уныло размышляя, что сказать Василию и как объяснить, почему не берет с собой Маруську. Тащить трехлетнего ребенка в дом, где творятся всякие необъяснимые безобразия, ей не хотелось. – Ну да. Ты же…

Капитан отвернулся, уставился в стену, глаза сузились. Ох, не приведи господи, встре-титься с таким взглядом. — Надо же, какие почести. И это всё, что ты заслужил? Чего мне не сказал? — А ты бы что, приказ отменил? Ладно, завтра с утречка вертушку подадут, на ней и убудем, — комбат пристукнул ладонью…

И маленький священник приступил к рассказу о том, как его постигло разочарование. История эта случилась лет двадцать назад, когда он служил капелланом в чикагской тюрьме, где томилось множество его единоверцев. Люди эти были одинаково способны на злодеяние и на раскаяние, так что работы у него было…

Вы знаете, где встречаются социалисты. Нашего внимания заслуживают лишь двое-трое из них: Джон Элиас, Джейк Холкет, разглагольствующий больше других, да еще, может быть, поэт Генри Хорн. — А ведь Хорн когда-то водил дружбу с Гидеоном, — насмешливо произнес Гэллап. — Кажется, он посещал класс старика…

— Можно подумать, — сказала Агеева, — что раньше был рай. — Скоро, Марина Борисовна, вы именно так и будете думать: раньше был рай. — С ума сойти! В коридоре прозвучало несколько выстрелов. Ну веселуха… * * * В остальном день был похож на все прочие: вялотекущий…

Адвокат слушал очень внимательно, сосредоточившись на самом процессе запоминания, и все-таки какой-то уголок сознания насчитал четырнадцать потенциальных нарушений закона в полученной инструкции. Заключенный кончил и спросил: — Все понял? Адвокат кивнул, и собеседник его погрузился в воловью апатию.…

— Что вы, я не буду! — воспротивилась та. — Да пей ты давай! — досадливо произнес Миющенко, опрокидывая свой стакан и наполняя его снова. Наташа в изумлении смотрела на него, потом слегка отпила. Поморщилась, отодвинула стакан. Миющенко посмотрел на нее красными, воспаленными глазами, а потом закурил…

— А почему на вас картуз банный? — спросил он, — как все равно из мочалки? — Не банный, а люфяной, — сказал мухолов. — Ну-с, юноши, будем продолжать охоту. Желаете помогать? Дружба — дружбой, а служба — службой. Так-то вот лучше. Пошли! Кот Чернобрыс и пчела Жоржетта…

— Зажрались совсем! Машину раз в два года меняете. Чем дальше, тем шикарней. Отдыхать ездите на Гоа-Моа. Часики швейцарские носите. А грузчику, по-вашему, и по двенадцать тысяч в месяц достаточно будет? Размечтались! Это раньше дураки были, которые за идею работали, а теперь все работают за деньги! Платите,…

— Опасность грозит тебе, молодой человек. Здесь или там, везде, ты постоянно ходишь по лезвию ножа. Ей восемнадцать, мне почти двадцать два, но, когда она называла меня молодым человеком, я чувствовал ее правоту. Она пребывала вне времени, могла жить в любом столетии или даже во всех. — Делай что…

— Сейчас, сейчас! Еще чуть-чуть, — бормотала девушка за рулем, входя в азарт, когда скорость превысила сто пятьдесят километров. — Да хватит тебе так гнать! — раздраженно повысила голос пассажирка. — Я покурить даже нормально не могу. Подруга не отозвалась на ее окрик, а только сосредоточенно уставилась…

— Да, не спорю – я. Хотя наличие вируса проверить невозможно при такой памяти и скорости процессора. — В нашем деле на первом месте стоит фарт, – сказал небритый. – Фарт, фарт и фарт. Мы работаем только благодаря ему. И за это надо платить. — Чем? Чем платить фарту? – уныло спросила серебристая…

Брюнет пробежался по клавиатуре компьютера. Глянул в монитор. Сказал: — Да. Двадцать семь миллиардов к власти потянут. Ему надо сделать обрезание. На три нуля. А то и на четыре. Тогда он сам повесится. — Это вариант. — Да, это лучше чем гамма-облучение. Снова посмотрел в список, лежащий…

— Слышала, — кивнула собеседница. — Пишите коллективную жалобу. Пусть Кузнецов меры принимает. — Так Терентьевна говорит, что это мой Гаврош ее кур душит, а я за ним по ночам тела прибираю!! — Да ну? — впервые удивилась хозяйка. — Так и сказала? — Так и сказала. Кузнецову. Матрена Пантелеевна…