Детективы

— Ах, оставь, пожалуйста. — Лысоватый пассажир поморщился... — Это стоит любых денег, как мне рассказывали. Это стоит всего. Это — пища избранных. Пир богов, а боги не торгуются. Это сама Жизнь во всей ее красоте, правде и жестокости. Я ведь только ради этого и прилетел сюда, мой друг. А выставка, симпозиум…

Ну и согласно опять же песенному «капитан, никогда ты не будешь майором», по разным причинам случается, что капитанюга перехаживает срок получения очередного звания. Порой этот период затягивается настолько долго, что его сверстники уже прилаживают на китель погоны подполковника, а он еще и майорских…

– Ты в сортир-то идёшь? – прервал я его веселье. – Остановить свой «скул бас», чтобы я сбегал под ёлку ты боишься, а отправить меня в салон, где спят люди – нет?! – Только рыпнись. Рон горло тебе перегрызёт. – Рон у нас кто? – Кавказский овчар. Девяносто килограмм веса и зубы как у медведя. …

– Лорка! Не реви, – сказала она, как только смогла более-менее членораздельно говорить. – Грипп проходит, и это пройдет. – Будешь за мной ухаживать, – довольно злорадно добавила она, на удивление чисто произнеся эту фразу. Ваську она любила. И Васька ее любил. Иногда мне казалось, что я нужна им…

Спустя некоторое время караван остался за кормой, а «Джайран» все несся и несся, то и дело подымая каскады брызг, разрывая своим могучим телом встречную волну. «Через два часа такого хода будем на месте», – подумал Виктор, поставив между ног свой «АК-74» и обхватив руками тонкий автоматный ствол. …

Следовало присмотреть подходящий объект для взлома. Таким оказался «Российский купеческий банк», куда раз в месяц доставлялись процентные кредитные бумаги, имевшие хождение даже в Европе. Для предстоящего дела оставалось только подобрать подходящих людей. Первой, на кого обратил внимание Савелий Родионов,…

– Значит, знаешь такого! А Гурама? – Извините, вы, наверное, весь наш городишко изучили перед тем, как вызвать меня? – Ты не ответил, Паша! – И такого знаю. Но он в последнее время отошел от дел. – А Гофман? – Тот продолжает свои махинации, но уже на вполне легальном основании. Сам не владеет…

– «Для реализации на аукционе предлагается изделие от Фаберже», – прочитал Дремин. И понимающе усмехнулся. Опять Фаберже. Ну-ну, интересно, какой на сей раз. Европейский? Первые качественные подделки начали создавать в Европе с середины 50-х годов, когда уровень развития фотографии позволил изготовить…

* * * Конечно, его девчонкой была Наташка. Да и кому еще гулять с такой красавицей под завистливыми взглядами не смеющих (посмевшие горько раскаивались) приблизиться соперников? Конечно, Первому Парню, любой иной вариант был бы насмешкой и издевательством над так щедро наградившей ее природой. Да…

Эрудиция у него кошмарная. Не блестящая – именно кошмарная. Эйденическая память или что-то вроде этого. Помнит все. Или почти все – что читал, что слышал. Обожает выдвинуть дикую идею. Абсурдную. Чтоб едва сформулированная – вызывала неприятие. И блестяще ее отстаивать. Той самой эрудицией. В голове…

А Танцор был отменным танцором, именно, прекрасным. И этот уже плохо гнувшийся в суставах стодвадцатикилограммовый бывший медвежатник, домушник, гоп-стопник и бог весть кто еще, словно зачарованный, смотрел на поразивший его танец, и просил ещё и еще, как сумасшедший засовывая в карманы своего кумира…

Затем мысль Танцора вдруг набрела на национальный мексиканский праздник – День мертвых, когда в каждом дворе на ночь устанавливают столы с угощениями для покойников, как для своих, так и для желающих наведаться в гости. А сами ложатся спать… И тут он уловил, что клювы стали стучать несколько по-иному.…

За столом Дон Донатти достал свои очки и тщательно протер их носовым платком. Надел очки и внимательно оглядел элегантное окружение. Потом наклонился вперед и стал рассматривать собрание ярко освещенных живописных полотен. Джьянни Гарецки следовал взглядом за ним. Все это разрозненные частицы меня…

Мне очень захотелось узнать про соседскую вину, из-за которой он вот-вот лишится всех ног и вместе с ними всего прочего, но сделать этого я не успел. Пока я обдумывал, как лучше поставить вопрос, бандит молча втиснулся в свой черный «Мерседес». Импортная тачка сразу же взвизгнула широкими блестящими…

Три месяца назад этот путешественник смог бы нести всю поклажу целый день, а вечером еще и поиграть в теннис – он был сильным человеком; но пустыня истощила его. Желудок ослаб, кожа покрылась многочисленными болячками, и он потерял фунтов 20 – 30 в весе. [2]  Без верблюда далеко не уйти! Сжимая компас…

Ресторанчик, с виду не такой претенциозный, как его название, тускло мерцал огнями в конце темного ряда магазинов. Место было малолюдным, однако у входа стояло около двадцати автомобилей. Я потянул на себя ручку открывающейся наружу двери, шагнул в маленькую прихожую и был встречен приветливо улыбающейся…

Я занимался тем, что писал картины, а жил в старой развалюхе – давно заброшенной пастушьей хижине, стоявшей на открытом ветрам горном плато. Я отрастил волосы до плеч и в свободное от творчества время играл на волынке. Мои многочисленные и весьма благородные родственники считали меня чудаком. Одни…

Исигами вежливо поклонился. Несколько раз он видел, как она выходила с пакетом из универсама. В пакете, судя по всему, были сандвичи. Вероятно, на завтрак. Следовательно, заключил Исигами, она живет одна. Живет где-то поблизости: как-то раз на ногах у нее были сандалии. В сандалиях невозможно водить…

– «Род» значит «красный», и все это знают, а о дурацкой вырубке никто не слышал. Раз не стало, то и говорить не о чем. «Аллерод» означает «все красное»! – Сама ты красная! – вспылила Алиция. – Не веришь – посмотри в словаре и перестань молоть ерунду. Бросалось в глаза, что она вообще была какая-то…

Объяснялось это, по-видимому, не только сходством характеров обеих, но и незначительной разницей в возрасте — всего десять с небольшим лет. Жилплощадь не воздействовала отрицательно на отношения в семье, поскольку была вполне приличной: просторная приватизированная квартира, четырехкомнатная, половина…