Чтение онлайн

— Смутно. Такой седой мужик, вольтанутый на картах и девчонках, правильно?

— Точно, — кивнул Ольшанский. — Глотова замочили буквально на днях.

— Правда, замочили? А я не слышал.

— На его могиле еще земля не осела. Классный был мужик. Его пристрелили где-то в области. То ли в Мытищах, то ли в Балашихе. Может быть, он проиграл в карты чужие деньги, это с ним случалось. А кредитор не захотел долго ждать. А может, по-другому вышло. Глотов выполнял для меня кое-какие поручения. Короче, я видел его в компании с этим Костей. Мне тут среди ночи в голову мысль интересная стукнулась. Возможно, Ивана этот Костя и

— X-м, интересно.

— Вот и мне интересно. Бумер назад получить. А заодно уж и за Ивана…

Ольшанский потер ладонью лоб. Он почувствовал, что известие о смерти Глотова не произвело на хозяина кабинета глубокого впечатления, даже вскользь не задело. Жаль. На этой струнке можно было бы сыграть. Месть за погибшего друга, святое дело и все такое прочее.

— Но сколько в Москве похожих людей, ты хоть соображаешь? — Лага поставил на стол локти и уткнулся лбом в раскрытые ладони, чувствуя первый приступ мигрени. — Сколько в Москве лиц тридцати с хвостиком лет, состоящих на учете или уже снятых с него. Тысяча? Пять? Двадцать пять? Пятьдесят? Или все сто?

— Не знаю.

— Какой же ты упертый. И дался тебе этот бумер. Господи, о чем мы вообще говорим… Ладно. Раз деньги тебе не требуются, улаживай эту проблему сам. А насчет тачки… Я, конечно, наведу справки.

— Черт, что же мне делать?

— Не сходи с ума, береги здоровье.

— Так ты мне поможешь?

— Предупреждаю сразу: дело тухлое. Шансов почти нет. Поэтому ни на что не надейся.

Лага поднялся из-за стола, давая понять, что время вышло и разговор подошел к логическому завершению. Виктору Ольшанскому ничего не оставалось, как встать и, тряхнув руку бывшего друга, убраться восвояси.

Раннее утро встретило путников мелким дождиком и туманом. Телефон в кармане Ошпаренного зазвонил в тот момент, когда Димон смежил веки, стараясь хоть ненадолго вздремнуть. Он поднес трубку к уху.

— Але, але…

Короткие гудки отбоя. Димон выругался, спрятал трубку в карман. Но через минуту телефон вновь ожил.

— Але, — крикнул Ошпаренный. — Але, бля…

На этот раз ни голоса, ни гудков отбоя.

— Тишина какая-то, — сказал Димон.

— Похоже, пробивоны, — очнулся от дремоты Килла. — Вычисляют, где мы.

— Нездоровая канитель, — согласился Кот. — Надо мобилы вырубать. Нас могут по ним пропасти.

— Мою трубу вообще никто не знает, — возразил Рама. Всю ночь он провел за баранкой, а сна ни в одном глазу.

— Знают или не знают, ты чего думаешь, там лохи сидят? — Кот нахмурился. — Мой номер тоже никто кроме вас не знает. Надо вырубать.

Кот похлопал себя по карманам, пошарил в куртке.

— Что-то я свою трубу найти не могу. Никто не видел?

Килла осмотрел заднее сиденье, толкнул Димона. Тот глянул на резиновый коврик у себя под ногами, нагнулся, пошарил рукой под сиденьем. Пусто.

— Бензин кончается, — сказал Рама. — Сколько нам еще?

— Километров двести, если по прямой, — ответил Кот. — А так больше выйдет.

— Не доедем ни хрена.

— Да ладно, сейчас с какого-нибудь «зилка» сольем, — махнул рукой Килла.

— Черт, где же труба? — вертелся на заднем сиденье Кот. — Куда я ее сунул?

— Может, ты ее у Кулибина оставил? — предположил Килла.

Ошпаренный отключил свой мобильник.

— Батарейки тоже отсоедините, —

— Батарейки? — Рама засмеялся. — Ты чего жути нагоняешь? Джеймса Бонда насмотрелся?

— Да ладно, Рама, реальная маза, труба все равно сигнал дает, — ответил Кот, по третьему кругу проверяя собственные карманы.

— Снимайте, а то всю плешь проедите, — Рама передал свой мобильник Коту. — Заправка скоро.

— А чего, лаве ни у кого нет? — спросил Кот. — На даче все будет. Нормально отсидимся.

— Двадцатка есть, — объявил Килла, вытаскивая из кармана пару мятых купюр.

Повернули к заправке, остановили бумер у бензоколонки. Вокруг пустота: окошко оператора закрыто, машин нет, людей тоже не видно. Рама вышел из машины, открыв багажник, вытащил магнитолу «Кенвуд», пылившуюся в дальнем углу. Подошел к ржавой будке, постучал в стекло, забранное решеткой, на которую проволокой прикрепили картонку с надписью «перерыв». Он постучал настойчивее, но не дождался ответа. Услышав звуки музыки, зашел за угол. За будкой стоял мотороллер, на багажнике магнитола. Пацан лет пятнадцати в каскетке и толстом свитере трясется под рэп.

— Слышь, а кто-нибудь попроще есть? — крикнул Рама.

Пацан, вздрогнув от неожиданности, шагнул вперед к мотороллеру, вырубил магнитолу.

И уставился на Раму широко раскрытыми глазами, не зная, чего ждать от раннего посетителя. То ли по ушам огребешь, то ли денег немного срубишь.

— Нет, уехали все.

— Бензин можно замутить как-нибудь?

— Не знаю. Нет никого. О, твоя? — Малый показал пальцем на бумер. — Классная тачка. Бэха семерка. Это семьсот какая?

— Пятидесятая.

— Пятилитровая?

— Ну. Так чего с бензином?

— Не знаю я, — пацан пожал плечами. — Нет никого.

Рама протянул парню магнитолу.

— На вот. Маху засадишь кому-нибудь. «Кенвуд» нормальный, рабочий.

— Да ладно, — малый не отрывал от бумера восторженного взгляда. — Я так налью.

Подошел Килла, балуясь, ткнул тупым концом биты в живот пацану, скорчил страшную рожу, а потом неожиданно улыбнулся.

— На вот, возьми, — протягивая биту, сказал он. — Будешь от лохов отбиваться.

— Ладно, — махнул рукой парень. — Подгоняй быстрей, пока нет никого.

Рама побежал к бумеру.

Пацан повертел в руках биту, постучал ею по асфальту.

— Настоящая?

— Да приезжал тут один бейсболист из своей Америки, — сказал Килла. — А ты чего, здесь шестеришь?

— Да делать нечего, — ответил парень. — Денег нет. Батя бухает.

Килла вспомнил кордон, на котором служил егерем его отец. Вспомнил нравоучительные беседы бати. Захотелось сказать пацану что-нибудь такое, что любил повторять отец.

— Ну, и чего? — Килла начал нравоучительную беседу с вранья. — Я вообще без отца рос. И в люди выбился.

Он кивнул на бумер. Солидная тачка должна неоспоримо свидетельствовать о том, что Килла уважаемый человек, далеко не последний винтик общественного механизма. Пролив ведра пота, он кое-чего достиг в жизни, приложив для достижения высоких целей свои руки и голову. Ясно же, простые смертные на БМВ седьмой серии не катаются. И теперь Килла получил право наставлять на путь истинный заблудшие молодые души. Как раз вспомнилось одно из любимых отцовских изречений, которое било в самую точку. Сам Леха, сколько бы ни старался, таких слов никогда не нашел.