Чтение онлайн

Но она всего лишь подняла брови, будто говоря: «Забавно», и выполнила его просьбу – выскользнула из юбки, стащила с себя трусики, глядя ему прямо в глаза, и Расе почувствовал, как натягивается ткань на его брюках.

– Помоги мне, – попросила Фай.

Он шагнул вперед, задыхаясь от возбуждения, обхватил ее за талию, поднял и усадил на подоконник, который был как раз достаточной ширины – но не больше, – чтобы девушка там уместилась. Она закинула одну ногу на другую и скомандовала:

– Подай мне сигарету.

Молодой человек подчинился, зажег сигарету и протянул ей. Фай оперлась локтем о колено и закурила, смотря прямо на него, совсем как в его грезах.

Ну ладно, подумал

Расе, не совсем так. В его фантазиях ее грудь выглядела больше, животика не было, а ногти на ногах были покрыты лаком.

Зато в остальном все было точно так, как он себе представлял.

Девушка небрежно стряхивала пепел на ковер, и Расе слегка забеспокоился, когда увидел, что столбик пепла едва не угодил на его бесценную игровую приставку. Но только слегка. Он был слишком возбужден, он мог бы всю ночь так простоять, глядя на Фай. Вообще-то Рассу хотелось незамедлительно ее трахнуть. Но это бы все испортило. И потому парень пробормотал:

– Подожди немного, не слезай, я сейчас, – повернулся и ринулся в ванную. Эрекция делала его похожим на неандертальца; впрочем, по своей сути он таковым и являлся.

В ванной молодой человек посмотрел на себя в зеркало и увидел Расса, который вот-вот переспит с прекрасной блондинкой. Увиденное ему понравилось. Не стоит медлить, подумал Расе, и спустил брюки и трусы. Он собирался помыть пенис.

В то же самое время Фай докурила сигарету и огляделась в поисках чего-нибудь, куда можно сунуть окурок. На другом конце комнаты стояла пустая банка из-под пива. Девушка спрыгнула с подоконника.

И приземлилась прямо на игровую приставку.

Которая прогнулась и сломалась. Фай была худенькой, но все же игровые приставки «Плэй-стэйшн-2» не рассчитаны на то, чтобы выдерживать вес обнаженных, спрыгивающих с подоконника блондинок.

Расс находился в блаженном неведении относительно случившегося несчастья. Мыло попало под крайнюю плоть и теперь немного щипало. Вообще-то щипало очень.

Фай с ужасом рассматривала игровую приставку у себя под ногами. Она умудрилась плюхнуться на эту штуковину всей тяжестью, нет чтобы одной ногой попасть на приставку, а другой – на пол. Потом девушка рассмеялась. Вспомнила, как Расе на летучках вечно вставляет: «Вот в игре „Финальная фантазия“…» – противным голосом, который всегда повышается к концу фразы, словно он хочет задать вопрос.

И Фай снова подпрыгнула. В нее словно бес вселился, она прыгала снова и снова.

Расе не имел ни малейшего понятия о том, что, уничтожив его игровую приставку, Фай оделась и вызвала по мобильному телефону такси. Со слезящимися от боли глазами он поливал холодной водой головку члена и, разумеется, не заметил, как Фай вышла на лестничную площадку, на цыпочках прокралась по лестнице и выскользнула за дверь.

Он все лил и лил на пенис холодную воду.

– Ты сломала мою игровую приставку, – упрекнул Расе Фай на другой день, встретив ее на работе.

Фионе редко доводилось видеть кого-то в столь ужасном состоянии. Молодой человек выглядел так, как она себя чувствовала. Выдался тот редкий случай, когда Фай благодарила свою счастливую звезду за то, что родилась женщиной и могла скрыть грехи под слоем косметики. А скрывать было что.

– Не я, – машинально ответила она, но скорее вызывающе, а не защищаясь. Девушка чувствовала, что у нее значительно прибавилось смелости за время, которое прошло со вчерашнего сидения на подоконнике в комнате Расса.

– Я видел отпечатки твоих ног, – угрюмо произнес молодой человек.

– Да? – Фай смотрела на него, втянув одну щеку и зажав зубами ее внутреннюю сторону. Еще вчера это показалось бы Рассу страшно сексуальным. Сейчас же он думал о том, что эта девица разнесла вдребезги

игровую приставку и оставила его неудовлетворенным как раз в ту минуту, когда он был уверен, что одержал самую значительную победу в своей жизни. Демоны ада не идут ни в какое сравнение с отвергнутым занудоидом.

– Что «да»? – осведомился Расе, едва сдерживая гнев.

– О чем ты? – переспросила Фай.

– А как насчет… – Он замолчал, потому что кто-то шел по коридору, затем продолжил чуть тише: – Как насчет: «Извини, пожалуйста, жаль, что так вышло. Вот возьми деньги на новую приставку»?

– И сколько же стоит такая приставка? – поинтересовалась девушка, сладко улыбаясь.

– Сто девяносто девять фунтов, – сквозь зубы ответил он.

– Не может быть! – рассмеялась Фай. – Моему брату похожая обошлась меньше чем в сотню. Так что дороже я платить не буду. А если ты выложил столько денег, значит, ты дурак. Тебя просто надули.

Губы Расса задергались.

– У меня была «Плэй-стэйшн-2», а у твоего брата, наверное, «Плэй-стэйшн-1». У них только названия одинаковые. Не говоря уже о том, что «Плэй-стэйшн-2» совместима с предыдущими версиями.

Фай едва не вспылила. Придурок – он и есть придурок, подумала она.

– Ну хорошо, Расе, я отдам тебе деньги, как только смогу. – Сказав это, девушка оставила его стоять в коридоре, а сама ушла, втайне усмехаясь. «Классно быть стервой», – пришло ей в голову.

Когда Фай уже порядком удалилась, Расе окликнул ее:

– С сегодняшнего дня мы враги, да?

– Прекрасно, – отозвалась та, думая: «Конечно, жди-дожидайся своих денег».

Словом, война была объявлена. По крайней мере по мнению Расса. Поэтому, когда он совершенно случайно натолкнулся на двойника Феликса Картера в магазине канцтоваров «Пэйпэрчейз» – а в их шоу как раз искали похожих на певца людей для следующей передачи, – то решил, что перевес на его стороне.

С этого времени у меня все будто в тумане. Я очень много пью. Да, понимаю.

Ладно, давайте посмотрим. Вот что я могу вспомнить, правда, не по порядку.

1. Я иду в супермаркет, чтобы попытаться привести свою жизнь в норму. Тщетно.

2. Я очень скучаю по Сэм и кляну себя за то, что не ценил ее, когда она была рядом. Что я имею в виду? Ну например: из-под двери нашей квартиры ужасно сквозит, поэтому там, внизу, чтобы не дуло, прикреплена такая матерчатая колбаска, которую сшила нам мать Сэм. Просто кишка из ткани, набитая старыми футболками и прочей ерундой, но она здорово спасает от сквозняка. Конечно, из-за этой колбаски довольно трудно попасть домой – она цепляется за ковер, застревает под дверью, и нужно либо потянуть дверь назад, либо нагнуться и высвободить ее руками. Дело в том, что когда Сэм приходила домой первой и, сидя на диване, смотрела, скажем, «Жителей Ист-Энда», то она всегда вскакивала со словами: «Погоди-ка», чтобы придержать колбаску и дать мне войти в квартиру. Однажды, когда мы ссорились, жена справедливо упрекнула меня: «Ты когда-нибудь обращал внимание на то, что я всегда помогаю тебе войти в дом, а ты ни разу в своей жизни мне не помог? Я не припомню ни единого случая, чтобы ты встал и пришел мне на помощь. Ты просто сидишь и потягиваешь свое пиво, ведь так? Тебе совершенно наплевать на то, что я не могу войти…» Я начал возмущаться: «Ты же всегда приходишь раньше меня!» (вранье чистой воды), а еще: «Какая избирательная память! Я тебе сотни раз помогал!» (такая же ложь). Закончилось все тем, что мы оба расхохотались, уж очень смешно было спорить из-за того, что один не помогает другому управиться с колбаской, но Сэм была права. Я действительно никогда не помогал ей войти в квартиру.