Звезда телерекламы
Шрифт:
Закончив письмо, я позвонил Тони, чтобы отвести душу, и рассказал ему про Мики Мейпла и Джеки Мэнделл.
— Ну и что тут особенного? — невинным тоном спросил он, когда я закончил.
— А что, тебе часто приходилось беседовать с контролером, одновременно трахая какую-нибудь девицу?
— В последнее время — нет. Да, дамочка, воздадим ей должное, довольно изобретательная. Приятно сознавать, что есть ещё порох в пороховницах. Может, соберемся вместе и придумаем что-нибудь оригинальное…
Закончив разговор, я положил трубку, поужинал и уселся смотреть телевизор.
На следующее утро, в среду, Мики не опоздал, однако выглядел ещё более потрепанным и измочаленным, чем накануне. Он лукаво подмигнул мне и сказал:
— Расскажу за обедом. — Потом возвел глаза к небу. — Слов нет.
В начале одиннадцатого Мики заприметил двоих молодых домохозяек, купивших "Уайт-Марвел". Я подстерег их у выхода, мысленно воздав им должное — парочка и впрямь была аппетитная. Звали женщин миссис Грант и миссис Фоллетт.
Сначала я обратился к миссис Грант, хорошенькой крашеной блондиночке. Едва взглянув на мой микрофон — девятидюймовую палку с круглым набалдашником на конце, — она игриво закатила глазки и сказала:
— Поосторожней со своей штукой, молодой человек. Так можно навлечь на себя неприятности.
— А у вас разрешение есть? — спросила миссис Фоллетт, высокая худенькая рыжеволосая женщина с длинным подбородком. Она с сомнением воззрилась на микрофон.
— Знаешь, Фил, он напоминает мне одного моего хорошего знакомого.
Миссис Грант прыснула.
— А мне он напоминает кого-то, с кем я хотела бы познакомиться, сказала она.
— Милые дамы, вы только что приобрели стиральный порошок "Уайт-Марвел". Вы можете ответить на несколько вопросов…
— А он довольно бесцеремонный, правда? — сказала миссис Грант.
— Да, жутко развязный тип. Мало того, что пристает к уважаемым замужним женщинам, так ещё и нахально тычет прямо в лицо этой похабной штукой.
— Кому, хотела бы я знать, он принадлежал? — не унималась миссис Грант. — И что будет бедняга без него делать?
— Да, кто-то потерял верного друга, — вздохнула миссис Фоллетт. — В любом случае, он будет вами недоволен, молодой человек. Покажите-ка мне его поближе. Дайте-ка лизнуть…
Мои помощники уже держались за бока, давясь от смеха. Женщин это, похоже, распалило ещё больше.
— Не смущай бедного юношу, — с напускной серьезностью произнесла миссис Грант. — Человек старается, а ты…
Миссис Фоллетт с сокрушенным видом погладила головку микрофона.
— Как я после этого посмотрю на своего мужа, — тяжело вздохнула она. Извините, мистер Тобин, о чем вы, значит, спросили?
Обе, наконец, успокоились и принялись обсуждать проблемы стирки белья. Впрочем, делового запала хватило им ненадолго.
— Простыни? — переспросила миссис Грант. — Да, "Уайт-Марвел" идеально подходит для стирки простынь. Он выводит все пятна.
— Какие пятна ты имеешь в виду? — спросила миссис Фоллетт.
— А ты что думаешь, распутница? Разумеется, чайные. Мой муж привык, чтобы я обслуживала его в постели дважды в день — утром и вечером.
— Мой — не такой везучий.
— Я
имею в виду чай, зловредная душа. Все остальное он получает один раз в год, в день Отцов. [4]В конце концов мне удалось призвать их к порядку и даже взять вполне сносное интервью.
Пол Уорд, которому, похоже, не терпелось опохмелиться, отпустил нас на обед раньше обычного. Отделившись от остальной компании, мы с Мики уединились в знакомой забегаловке.
— Увидев тебя сегодня утром, — сказал я, когда мы сели за стол, — я решил, что если ты будешь продолжать в том же духе, то не дотянешь до двадцати одного года.
4
Отмечается в Англии в 3-е воскресенье июня.
— Мне осталось всего два месяца.
Я покачал головой.
— Нет, даже не мечтай. Что тебе взять?
— Пиво. Меня уже мутит от бренди.
Я заказал нам по пинте пива и по сандвичу.
— Уф, совсем другое дело, — довольно ухмыльнулся Мики, сделав приличный глоток.
— Ну что?
— Нас взяли с поличным!
— Что?
— В киношке. Мы пошли в "Эссолдо" на фильм под названием "Сюда ты его не вставишь" — чтобы доказать им, что они ошибаются. Мы сели в самый угол на последнем ряду и, едва выключили свет, Джеки взгромоздилась на меня.
— Все в той же шубке?
— Угу, как и накануне.
— И что?
— Все шло нормально, пока у меня не начались судороги. Я не шучу. Жутко противно.
— Я знаю, со мной это случалось.
— Словом, мне пришлось встать — я уже не мог больше терпеть. И вот, когда я спихнул Джеки и встал, случилось несчастье…
— Говори, не томи душу…
— Шубка Джеки распахнулась, а девчонка с фонарем, которая рассаживала каких-то козлов, именно в эту секунду случайно посветила наверх, в нашу сторону.
— О, нет!
— О, да! "Эй, что у вас там происходит?" — завопила эта дрянь. "Немедленно прекратите или я вызову менеджера!". Поднялся гам, все повскакали с мест… Что нам оставалось делать? Я сграбастал Джеки за руку и выволок на улицу. Мы прыгнули в первое же такси и укатили.
— И на этом все?
Мики ухмыльнулся.
— Как бы не так. Мы зашли в кинотеатр, где крутили мультики, и великолепно потрахались, надрывая животики от смеха. Оказывается, когда смеешься, это довольно здорово получается.
— Что ещё осталось?
— Лифт в небоскребе… Парламент… Тауэр…
— Ты не шутишь?
— Нисколько. Еще она рвется в какой-нибудь музей.
— Тебе удалось выяснить, чем она занималась прежде?
— Угу. Ты оказался прав — она и в самом деле была стриптизершей. Показала мне уйму презанятнейших фотографий. На сцене её знали под именем "мадмуазель де Покажь"…
От неожиданности я пролил пиво на стол.
— Представляю, как она блистала, — задумчиво произнес Мики. — Джеки сказала, что как-нибудь устроит для меня персональное представление. Кстати, спросила, не хочешь ли и ты поприсутствовать.