Чтение онлайн

— Быстро, быстро, время пошло — снова закричал я и добавил уже негромко, — а вообще вы молодцы парни, даже не представляете, какие вы молодцы.-

Лазать самому по карманам убитых это не для меня, мне проще свое отдать. А вот если кто-то из парней и залезет ненароком, даже не замечу, заслужили. Но оружие совсем другое дело — это трофеи.

Я достал пороховницу, пыжи, пули, мерку. Отсыпал порох в мерку, высыпал в ствол, уплотнил шомполом, запыжевал, закатил пулю, уплотнил шомполом, снова запыжевал. Насыпал пороху в затравочное отверстие, закрыл полку, осмотрел состояние кремня. Порядок. Один ствол готов. Теперь те же самые процедуры со вторым стволом. Все, пистолет заряжен. Засунув его за пояс, достал второй. Удачный выстрел,

спасший Прошку, вспомнил я, осматривая пистолет. Сам от себя не ожидал. Не такое уж и примитивное оружие в умелых руках. Ни мушки, ни целика на нем не имеется, все дело только в практике.

Заряжая пистолеты, я не забывал оглядываться по сторонам. Пока все тихо, никого не видно. Только мои парни азартно ловят лошадей, оставшихся без седоков, закончив сбор трофеев. Из-за кустов показался Анри, вскочил на лошадь, подъехал.

— Погоня будет? — задал ему самый животрепещущий вопрос.

— Некому. У них осталось всего несколько человек, которых они в спешке не смогли найти, когда собирались на дело.

— Хорошо, это главное. Собирай народ, догоняем телегу. На месте расскажешь все подробности. Сначала раненые, потом все остальное.

Анри кивнул и трижды пронзительно свистнул. Этот сигнал означал у нас общий сбор…

Костер весело потрескивал, стреляя быстро гаснущими искрами в предзакатное небо. На железной перекладине исходили паром два котелка с кипящей водой. Народ, еще возбужденный после схватки, обсуждал перипетии боя. То и дело слышался смех, который тут же смолкал, когда вспоминали об убитом возчике.

Веселитесь парни, веселитесь, мне же пора заняться ранеными. Тонкого полотна, разрезанного на рулоны, хватало с избытком, этим добром я запасся основательно. Имелось у меня и одно радикальное средство в виде парочки пятилитровых медных бутылей, обшитых кожей — самогонка, выгнанная из забродившего винограда и дважды отфильтрованная через древесный уголь. Я не специалист, но по моим ощущениям, крепостью градусов в семьдесят.

Этот мир еще не знал такой технологии, и я не торопился ее внедрять. Слишком много бед принесли крепкие напитки в мой мир. Если они появится независимо от меня, тогда да, я свое с этого поимею.

Начнем, пожалуй, со Шлона, как с самого тяжелого. Шлон полулежал на подстеленном одеяле, опершись спиной на седло. Голова его, залитая уже загустевшей кровью, выглядела ужасно. Омыв рану охлажденной в ключе кипяченой водой, я выяснил, что Шлон лишился приличного клочка кожи над левым ухом в результате сабельного удара. Насколько я мог судить в силу своих совершенно небольших познаний в медицине, черепная кость не задета. По крайней мере, мозгов не видно. А вот контузию от удара егерь получил приличную. Сотрясение мозга как минимум. Есть ли внутренняя гематома мне не определить. Будем надеяться на лучшее.

— Шлон — обратился я к нему — сейчас буду тебя лечить. Для начала ты примешь эту микстуру внутрь, потом зажмешь веточку в зубах, а я обработаю этой же микстурой твою царапину, через которую видны твои мозги, где можно прочесть твое желание, в котором говорится, чтобы все отправились к праотцам и оставили тебя в покое.-

Шлон ухмыльнулся и кивнул на серебряный стаканчик, примерно наполненный наполовину разбавленной водой самогонкой — это то, что я думаю?
–

— Не знаю, о чем ты думаешь, но такого ты еще не пробовал. Так что выдохни, задержи дыхание и пей залпом — и я вставил стакан ему в руку.

Шлон с ухмылкой в три глотка выпил содержимое и застыл с выпученными глазами. Все, теперь нужно подождать, пока микстура начнет действовать.

Остальные тоже заслужили по стаканчику, это снимет стресс и поднимет боевой дух, и без того высокий после выигранного сражения.

— Проухв — обратился я к парню — возьми помощника и сообразите всем нам перекусить. Достань хлеб, колбасу, ветчину, сыр… Ну, ты меня

понял.-

Еще по дороге сюда я успел поговорить с ним.

— Не переживай Проухв, ты все делал правильно. Понимаешь, у всех нормальных людей такая реакция на первого убитого врага. Мы рождены совсем для другого, но однажды наступает момент, когда у нас не остается выбора. Вернее, выбор-то как раз есть — либо мы их, либо они нас. А вообще молодец, первый твой бой, а ты вел себя как настоящий герой. —

— А у Вас, Ваша милость, тоже так было в первый раз?
–

— Конечно, Проухв, конечно. — На самом деле у меня все было гораздо хуже, но зачем ему об этом знать.

Прямо на траве лежало трофейное оружие, вперемешку сабли, кинжалы, ружья, пистолеты, еще что-то уже плохо различимое в наступивших сумерках. С этим завтра разберемся, а сейчас займемся Шлоном, уже дошедшим до нужной кондиции и порывавшимся встать.

— Ну-с приступим к лечению — сказал я Шлону — зажми-ка дружок эту веточку в зубах и крепко держи. Не вздумай выпустить — и щедро полил рану алкоголем. Надо признаться, Шлон мужественно держался во время всей процедуры, и только в конце, уже после перевязки, выплюнув перекушенную ветку, от души выругался. А что делать, единственный доступный антисептик. Вообще-то еще уксусом можно, но так надежнее.

Нектор уже получил свою дозу обезболивающего напитка и поэтому находился в нужном состоянии. Глубокий порез на внешней стороне предплечья требовал наложения швов. Сунув ему в зубы заранее приготовленную ветку, я достал из специальной коробочки длинную кривую иглу и нитки из сухожилий.

Насколько я помню, что-то из этого называется кетгут, но вот что именно, увы, настолько широко мои знания в медицине не распространяются. Подержав некоторое время иглу в кипящей воде, принялся за дело. Немного алкоголя на разрез, семь швов и метр полотна. Все, следующий пациент. Рану на ноге зашивать не пришлось, только тугая повязка. Остался Коллайн.

К этому времени по порции виноградной самогонки получили все. Я и сам принял за здоровье друзей и на погибель врагам. Непривыкшие к крепкому алкоголю люди быстро пьянели, посыпались шутки, дружеские колкости. Отпустило людей, чего я и добивался. Мы сидели одной группой вокруг общего костра, шутили, и, смеясь, вспоминали подробности боя. Наконец-то мы почувствовали себя одной командой, и это было здорово.

Левое плечо и верхнюю часть груди Анри покрывал огромный кровоподтек. Я ощупал ключицу, попросил его покрутить рукой. Все не так страшно, перелома нет, возможна трещина, но на глаз не определишь. Не удержавшись, поддел друга, сказав ему:

— Анри, у меня создалось впечатление, что эту отметину оставила Вам в Тронденте Ваша страстная красавица баронесса, и именуется она в просторечии не иначе как засосом. Вы же пытаетесь пристроиться к воинской славе Пелая.-

Это вызвало приступ хохота у моих людей. Они живо представляли, каких же размеров должен быть ротик у баронессы, чтобы оставить такой огромный след от поцелуя. А что касается Пелая, так этого героя мгновенно сдуло с лошади при первом выстреле, и появился он из кустов, когда уже все закончилось. Анри не обиделся, он хохотал вместе со всеми.

Что касается своей царапины под левой лопаткой, то я решил этот вопрос быстро, попросив замазать ее целебной мазью Нектора, пахнувшей дегтем и еще чем-то непонятным.

Подошел Прошка, протягивая мне куртку со словами:

— Возьмите Ваша милость, заштопал я ее на спине. —

А куртка у меня знатная, мне ее Марта пошила по моим указаниям, все удивляясь необычности заказа. Из грубого полотна, вся в разводах желто-буро-зеленого цвета (я сам варил ткань, завязав узелки во многих местах), с множеством накладных и внутренних карманов. Фасон куртки похож на армейский моего мира. Разве что длиннее она, и подкладка из красного шелка. Почему из шелка — он скользкий, быстрее одевать и снимать. Почему красного — следы от крови не заметны, эстет я.