Зомби по сердцу
Шрифт:
Таких детей, которых учат с первого года жизни, немного. Если всем участникам этой затеи повезет, то вырастет крайне сильный маг, который может рассчитывать на хорошую должность или выполнение самых трудных заказов от города. К этому стремились многие, но для большинства это было и остается лишь мечтой.
В академии поступают расчетливо. Все ученики — потенциально хорошие маги. Испортить такой прогноз можно двумя путями: позволить себе выгореть и рассориться со своими стихиями. Оба варианты сложны для исполнения, поэтому корона всегда в плюсе. Чем больше хорошо образованных магов, тем меньше нужно ручного труда и тяжелой работы. А значит горожане больше отдыхают и у них есть время на улучшение своей жизни. План довольно сложный, но суть очень проста — чем больше
Герцог Виньет так хорошо все это объяснял, что внутри себя я сравнила его с детскими книжками из библиотеки. На минуту эгоистично захотела остаться тут — стать Клариссе кем-то вроде названной сестры, вместе учиться, жить вдалеке от всех и не думать об отборе или проблемах с телом. Только это невозможно. Во-первых, элексир, который мне выдали в этом замке — слабее, чем в академии. Во-вторых, проблемы с питанием. Не думаю что у них достаточно мелких животных для моей особой диеты с мозгами. В-третьих, не факт, что Клара захочет тут жить, к тому же около академии живет старушка Элизабет, у которой я жила, в самом учебном заведении есть компания девчонок, которые готовы со мной дружить, ну и еще великий план по спасению хотя бы нескольких детей. Не стоит от всего этого отказываться ради хороших объяснений и шикарного вида.
Глава 21
Я лежала на высокой койке, заправленной белоснежным бельем, и глядела в потолок. Глядела, надо сказать, с отвращением, потому что уже давно могла с закрытыми глазами перечислить все трещины и недочеты данного явления. Шел третий день, как меня все игнорировали. Вставать не хотелось, делать в уме сложные теоретические расчеты о том, когда это изменится, тем более. Во всей академии у меня остался только потолок и я возненавидела его лютой ненавистью.
Конечно, в сложившейся ситуации есть часть моей вины. Надо было сказать всем правду о похищении или дождаться экипажа, который должен был забрать меня из замка герцога Виньета. Но ни того, ни другого не случилось. Не выдержав ожидания и вдохновившись возможностями Клариссы, этой маленькой девочки, умевшей превращаться в лисенка, я решила что теперь буду самостоятельной и справлюсь с учебой на все сто процентов. Попросила поставщика продуктов взять меня с собой и уехала с нейтральных земель раньше срока. Ожидала увидеть радость в глазах тех, с кем успела подружиться, восхищение в глазах Клары и уважение в глазах ректора. Но просчиталась.
Ожидание от других определенного поведения — величайшая глупость со всех точек зрения. Но оказаться одной в этом мире было…странно? С самого моего попаданства меня окружали люди и существа. Не было ни дня, который бы я провела в одиночестве. И ладно бы, если бы подобный отдых был с оттенком легкой грусти из-за отъезда или обладал приятным флером того, когда делаешь себе выходной ото всех и вся. Здесь же другое, такая тишина давила, одиночество показывало на то, что я поступила неправильно и теперь «моя стая» не принимает меня.
Бороться с подобным отношением я умела. В школе, в том мире в котором я родилась, меня травили в начальных классах. Потом я узнала, что для этого есть специальное слово — буллинг. Позже, немного повзрослев, мы стали дружить с обидчиками, ведь я не лезла в перепалки и была слаба в учебе. Но для этого пришлось приложить немало усилий. Началось все стандартно — в первом классе, когда мы поехали обратно в школу, возвращаясь с экскурсии на фабрике шоколада, меня вырвало прямо в автобусе. На самую красивую девочку.
Не уверена, что разозлило детей больше. То, что эта девчонка орала, как резанная. То, что учительница не захотела останавливать автобус, чтобы мы помылись хотя бы из бутылок с водой и переоделись. Или то, что ехать нужно было еще три часа, после случившегося.
После этого эпизода я из обычного ребенка, превратилась в звезду. Тридцать детей поклонялись мне различными
сомнительными выходками. Жвачка в волосах и вот у меня новая ультракороткая прическа. Тараканы в рюкзаке и вот родители покупают мне портфель с замком. Тычки, удары, спускание с лестницы и вот папа отдает меня на карате.Мне повезло. Мои родители, в этой истории, были великолепны. Мама давала мне с собой в школу вкусности. Сладости из разных стран. Также она подкупала учителей — обувь, билеты в театр, вкусный чай и поиск нужных врачей. За это учителя следили за мной коршуном и ситуации с физической расправой мне были не страшны, если я не выходила из класса.
Чем дольше длилась травля, тем более включенными были родители. Я всегда была откровенно глупенькой, но в этот период все домашние задания мы делали вместе и мне рассказывали о тех вещах, которых не было в учебниках и потом я озвучивала это в классе. Иногда это заинтересовало других, а иногда просто помогало почувствовать себя чуть выше одноклассников.
Особенно я отличалась на истории. В начальной школе у нас был такой предмет, на нем мы изучали ацтеков, народ майя, мифы древней греции. Мне скупили порядка 30 книг с красивыми и подробными иллюстрациями, лишь бы я не забросила свой интерес. Так и вышло, даже на экзаменах в старшей школе выбранным предметом стала история.
Подобный опыт буллинга говорил мне о многом. Во-первых о том, что вряд ли мы когда-либо были близки с этими людьми и существом. Во-вторых, они пытаются меня наказать, сделать мне больно. В-третьих, противостоять у меня не выйдет. Да, я уже взрослая, но теперь я зомби в чужом мире. Нет мамы и папы, нет поддержки, нет денег на то, чтобы уехать от них как можно дальше. Значит мне нужно либо игнорировать их в ответ, либо постараться поднять свою ценность — пожертвовать пару литров крови, перестать есть мозги, научиться крутить сальто и управляться своими стихиями. И даже этого безумного списка будет недостаточно.
Первые два дня тишины в академии я перенесла в своей комнате. Сегодня же, получив под дверь записку о том, что я перекинута на второй курс(где сейчас идет теория), пришлось выходить. Хорошо еще, что облик Клеопатры, который мне сделали девчонки, не исчез после их обиды.
Впервые я так тщательно готовилась в этом мире. Да, меня видят через иллюзию, поэтому нет никакого смысла краситься, накручивать волосы или совершать другие манипуляции с лицом, но вот одежда оставалась в моем распоряжении. Одела кроссовки, пусть будут моими “тапками гордости”, комбинезон из шелка, что подарил еще бывший суженый и нацепила на руку длинную цепочку с мельницы, в несколько слоев. Здесь так не носят, но я помню культуру панк рока, из своего мира, в котором украшением может стать любая фиговина, даже если ее уже выбросили. Мне хотелось выглядеть агрессивно, уверенно и, если уж совсем честно, максимально отстраненной.
Группа, в которую я попала, видела меня еще в те времена, когда я сожрала кошку, поэтому встретили с прохладцей. Глупые детишки, если бы они только видели, что творит пятилетняя Кларисса в нейтральных землях, то тратили бы все свои силы на освоение стихий, а не на выказывание своих эмоций от незнакомых существ. Сама учеба показалась мне чрезвычайно занимательной. Здесь не было глупой игры в вышибалу, когда старшие курсы кидали в младших чистой стихией, не было сложных математических расчетов по удержанию стихии и всего того, что я не понимаю.
Первыми лекциями шел предмет “Моделирование и разбор”. По факту это скорее детективная игра, где по выданным нам данным необходимо воссоздать битву двух стихийников. По сложности задания шли вперемешку и каждый мог почувствовать себя умником. Самая простая стала началом того, что я полюбила этот предмет, не размышляя долго о том, что будет дальше.
“Был жаркий день и два друга стихийника зашли в бар. Через минуту туда зашел патруль города и увидел следующее: один из магов был полностью мокрым, на барной стойке стоит множество стаканов, лежит кувшин и артефакт, сохраняющий одежду в чистоте. Известно, что маг, оставшийся сухим, является обладателем водной стихии. Что произошло?”