Золотая Орхидея
Шрифт:
В одно мгновение гнев затопил разум Дер-Су. Презрение отца, обвинения Корсуна, разного рода домыслы — и вот она, последняя капля. Сингардилион отступил на шаг, увидев силу слов, и начал извиняться, но было поздно, князь его не слышал.
— Прибыли допросить меня?! Столько лет искали правду, а теперь хотите подтвердить свои догадки?! У вас нет права меня судить! — закричал Дер-Су, задыхаясь от ярости.
— Нет, князь… я не это хотел…
— Убирайтесь прочь, или я позову стражу!
Неожиданно Сингардилион изменился в лице, став более суровым и решительным. В его глазах сверкнуло пламя.
— Я никуда не уйду, пока
— Да? — грубо, но в то же время удивленно спросил Дер-Су. — И что же, моё участие в делах Оссэ не заинтересует вас?
— Не было никакого участия, — отрезал феникс. — Это слухи, возникшие почти из воздуха. А даже если бы и было… Оссэ многих использовал в тёмную. Очень хороших и праведных Живущих на Земле. Будь мы в курсе его замыслов, Казни Мира не случилось бы, не так ли?
— Верно, — ответил князь, чувствуя, что остывает.
От Сингардилиона исходило какое-то странное, духовное тепло, гасившее пламя гнева. Дер-Су вдруг понял, что этот феникс мудрее всех известных ему драконов. Если уж ему не удалось узреть в Оссэ зло, то никто бы не смог.
— На мне груз больший, чем на вас, князь Дайерин, — продолжал Сингардилион. — И я хочу знать, проклят ли за свою слепоту. Если Оссэ предлагал вам поучаствовать в своих опытах, то это меня не интересует. Я ищу иные пути.
— Иных путей нет, — сказал князь, окончательно успокоившись. — Раны, нанесенные Древу, не исцелить.
На минуту снова воцарилась тишина.
— Спасибо, князь Дайерин, что уделили мне время. Прошу простить за то, что вызвал ваш гнев, — советник поклонился и спешно удалился, не дав Дер-Су сказать ответных слов.
«Он спрашивал о своей дочери, — подумал дракон, продолжая смотреть в пустые небеса Мелеха. — Как я мог позволить злобе поглотить себя? Он не хотел ничего плохого… как и Пи-Но…»
Холодная ночь остудила тёплую слезу. Дер-Су вспомнил о письме, которое предусмотрительно написал на сжигаемой бумаге. Текст был такой: «Господин Сингардилион. Если вы всё же найдете способ восстановить утраченные силы, то прошу сообщить мне. Князь Дайерин Дер-Су». Немного подумав, Дер-Су уничтожил письмо. Что вело его тогда? Гордость и нежелание пресмыкаться перед фениксом? Или страх, что письмо прочтут другие? После визита Сингардилиона злые слухи поползли с новой силой. И до прибытия в Западную Резиденцию Дер-Су даже в мыслях не просил никого о помощи.
Наутро князь отправил Пи-Но обратно, клятвенно пообещав написать об успехе. Младший дракон нехотя подчинился и алмазным змеем взмыл в небо, вскоре растворившись в густом тумане. Дер-Су времени не стал терять и, обнажив меч, спустился с башни прямиком к логову демонического рака, усеянному серыми осколками панциря. Существо так и не вернулось с озера. Вздохнув, князь направился на поиски тёмных созданий через весь город.
Раки находили укромные места среди руин. Дороги Мелеха усеивали ошмётки и останки осквернённых тварей, на камнях блестела слизь. Город полнился смрадом гниения существ, из-за Космической Тьмы обречённых на бесконечный распад. Откуда они пришли — оставалось загадкой, но их было превеликое множество.
Дер-Су не давал ракам, заинтересовавшимся свежей плотью, шанса. Ловко разрубал высунувшихся из убежищ тварей на части, а потом относил останки к внешней границе Мелеха.
Всё больше и больше чудовищ выползало на свет в надежде полакомиться, что не смущало князя. Многие часы он повторял рутинные действия, пока раков не стало настолько много, что справиться с ними в одиночку не вышло бы. Они вылезли из всех щелей Мелеха, чтобы утолить свой многолетний голод, но, не найдя Дер-Су, решили отведать рубленного мяса своих собратьев. Вскоре все пешие проходы в город перекрыли гигантские раки. От мерзкого треска закладывало уши. Князь вернулся в башню и стал наблюдать за главной дорогой, не забывая оглядывать и другие пути в город. Возможно, план провалится, но Дер-Су не хотел думать о том, что лично придется обнажить меч.Прошла ночь. Раки продолжали шебуршаться у границ города, уже поедая других участников пиршества. Князь спал урывками, оттого чувствовал себя разбитым, но находил в себе силы выполнять задуманное. Днём он аккуратно спускался, чтобы подкинуть злобным тварям корма. Если какой рак вздумал отойти и остаться в одиночестве, то немедля встречал свою смерть. Всё тело Дер-Су ныло от длинных пеших переходов и таскания тяжестей. Дорогие кожаные сапоги покрылись слизью, пылью и пеплом. Грязным стал зелёный шелковый плащ.
В душе князя жил потаенный страх, что все его действия бессмысленны. Почему он решил, что кто-то придёт в это гиблое место? Бросив на корм очередной труп, Дер-Су спешно отступил на высоты и огляделся. Как яичная скорлупа, город был раздавлен силой жестокого перводемона Сарпентьяра. Одна мысль о том, что подобная тварь до сих пор бродит в целости и может находиться в Мелехе, холодила всё существо князя. Дер-Су помнил тьму сетей Финниат, помнил яростные глаза пронесшегося мимо него Корсуна. Что угодно, только бы сгинули. Они — зло, они — смерть, они обратили в пепелище Мелех, облили кислым ядом Имерлих, стёрли с лица земли Западную Резиденцию драконов. Всё из-за опытов Адзуны. Каким бы резким и язвительным ни был Корсун, раньше его точно не называли злом, смертью, опустошителем…
«Я не виноват», — повторял про себя Дер-Су, а обожженные камни шептали голосом отца: «Виноват. Ты один пошёл на сделку с Адзуной, а других привели обманом». «Ты этого не знаешь… — пересиливал вой Скверны внутренний голос. — И меня тоже обманули. Знай я всю правду, то никогда бы не согласился. Я — дракон». «Ха, дракон… Ты им не был и не будешь», — злобно и горестно посмеялись камни, а затем умолкли. Князь выдохнул, сбросив бремя тяжелых воспоминаний. Значит, перводемон был близко. Дер-Су вернулся в башню, по пути обнаружив в пыли несколько огромных чёрных перьев.
Глава 21. Город Смерти (часть 2)
На следующий день показалась небольшая процессия, и сердце Дер-Су упало. Не желая верить глазам, он пристально всматривался вдаль и едва сдерживался, чтобы не склониться над краем башни и не раскрыть себя.
Она пришла не одна, а со своей пёстрой компанией. Привела друзей на смерть. Дер-Су отступил на несколько шагов, растерянно озираясь по сторонам. Шанс уцелеть у «долгожданных гостей» только один: отступить. Конечно, они повернут назад, кто станет рисковать жизнью в такой схватке? Или переждут пару дней… Если бы Руми пришла одна, то, думал Дер-Су, бросилась бы в бой без раздумий. Недаром он подарил ей отличный меч. Но друзья предложат ей другой выход. Князь очень хотел верить, что предложат…