Чтение онлайн

— Как прошла ночь? — спросил воитель.

— Чудесно. Давно я так хорошо не высыпалась. Кстати, у нашего хозяина ночью была гостья.

Дроган хмыкнул и пожал плечами, показывая, что это — не его дело. Вдруг он нахмурился и ткнул пальцем в висящую на стене шпалеру.

— Вчера этого здесь не было.

Лада подошла и провела рукой по ткани.

— И правда, необычная. Кажется, это тканая картина. Я не встречала у нас таких. Смотри, как прекрасно сделана. Вроде бы напоминает этот дом?

— Точнее, западное крыло, — послышался голос Мормагона.

Он уже

— Ну и бес с ней, честно говоря, — подвёл итог Дроган. — Идёмте, есть больно охота.

Идти было недалеко. Гостей поселили прямо над гридней, и чтобы попасть в неё, достаточно было спуститься по лестнице.

— Странно, что нас предоставили самим себе, — пробормотал Мормагон.

— Хозяин же сказал вчера — «дикое пограничье». Здесь, видать, свои порядки, — отозвался Дроган.

В свете утра зал выглядел более запущенным. Заметна была скопившаяся по углам пыль, облезшая краска на стенах. Лада удивилась тому, какой контраст составляет состояние гридни с гостевыми комнатами. Мстислава нигде не было видно, лишь тенью в углу замер его слуга. Дроган остановился на входе, и его спутники, шедшие следом, вынуждены были столпиться за его спиной.

— Хозяин не почтит нас своим присутствием? — Дроган старался говорить безмятежно, но Лада уловила нотки подозрительности в его голосе.

— Боярину нездоровиться с утра. Вчера он засиделся допоздна и просит вас простить его отсутствие.

Дроган двинулся вперёд, гости расселись за столом.

— Прямо как упыри из его рассказа, а? — не унимался воитель.

Слуга промолчал.

На столе, накрытые чистой белой тканью, стояли расписные тарелки, блюда с ещё тёплым, ароматным хлебом, да крынки с водой и пивом. Вчерашняя жажда вдруг вернулась к Ладе, и она спешно утолила её.

— Так значит, боярин засиделся допоздна? — спросил Мормагон.

Но не получил ответа, и продолжил с насмешкой:

— Что ж, по такому поводу грех не засидеться. Видел я его полуночную гостью. Такой и я бы посвятил всю ночь.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, — ровным голосом ответил слуга.

— Как? — удивился музыкант. — Разве не сам ты привёл вчера прекрасную юную барышню?

«Значит, он и правда видел, а не просто услышал мои слова возле спален?», — подумала Лада.

Но слуга лишь холодно проронил в ответ:

— Должно быть, тебе приснилось. Никто не приходил и не выходил из поместья этой ночью.

Лада невольно подняла бровь и поймала растерянный взгляд Мормагона. Им не могло присниться одно и то же. Но затем музыкант усмехнулся.

— Конечно же, я никого не видел. Должно быть, и правда показалось, — и добавил, наклонившись к уху Лады, — пусть его. У всех свои секреты. Вероятно, боярин не хочет, чтобы кто-то знал о его связи с простолюдинкой.

Лада кивнула и разрезала хлеб. Затем заговорила сама, желая сменить тему и избежать неловкости.

— Прекрасное расшитое полотно вы повесили напротив моей двери. Чья это работа? Она чудесна.

Слуга замешкался с ответом. На миг Ладе показалось, что он снова промолчит.

— Это — старая работа. Мне нечего о ней сказать, но я рад, что она понравилась гостям.

Лада промолчала. Но она, хоть и не особенно разбиралась в этом, готова была поклясться, что полотно выткали едва ли не вчера.

— Слуга что-то недоговаривает, — убеждала Лада, когда все спутники собрались в её комнате. — Здесь происходит нечто странное. Надо это выяснить.

Дроган глубоко вздохнул.

— Сестрёнка, ты опять привязываешься к мелочам. Я не вижу тут ничего подозрительного. Боярин пустил нас на ночлег, а ты готова начать охоту на ведьм?

Лада махнула рукой в лёгком раздражении.

— Назови это чутьём, но, клянусь тебе, тут что-то нечисто! Допустим, Мормагон прав, и боярин не хочет, чтобы кто-то знал о его связи с крестьянской девушкой. Но она совсем не выглядела как та, кто идёт на свидание! Да она едва не засыпала на ходу!

— Что же ты хочешь сказать? — проронил Мормагон, закидывая ногу на ногу. — И правда здесь живут упыри?

Лада покачала головой.

— Думаю, историей об упырях боярин пытался отвлечь нас. Но здесь и правда происходит что-то.

— И чего ты хочешь?

Лада задумалась.

— Помнишь ту шпалеру, что висела напротив моей двери?

Дроган кивнул.

— Ту, что загадочно исчезла, пока мы завтракали? Да, помню.

— На ней было изображено поместье. А в самом центре полотна находилось одно окно. Думаю, кто бы ни сделал эту вышивку, он пытался передать нам послание. Нужно искать там, в комнате западного крыла.

— Да, вот это окно, — указал Мормагон, прищурив один глаз от яркого солнечного света.

Лада и её спутники делали вид, что прогуливаются по двору, осматривая поместье.

Яркий солнечный свет щедро заливал землю, и даже мрачная стена сосен казалась более приветливой, чем накануне вечером. Лёгкий тёплый ветерок доносил отзвуки крестьянской песни и, совсем слабый, стук топоров по древесине. С утра работа уже кипела — жизнь крестьянина начиналась с рассветом, и заканчивалась поздним вечером. Эти крепко сбитые, привычные к тяжёлому труду люди, проводили так всю свою жизнь. Они были подобны колосьям, что взращивали на своих полях — быстро вырастали, чтобы затем попасть в грубые жернова смерти. Только и оставалось им, что уповать на блаженство в загробной жизни. И покой, что они не могли обрести в жизни земной.

Лада услышала тихое ржание и повернулась. Это её конь, узнав, потянулся к хозяйке. Ему не терпелось уже вновь отправиться в путь.

«Вперёд, к новым местам и дорогам!», — словно говорил он.

Женщина подошла к животному и погладила его за ухом, улыбнувшись конюху, расчёсывающему гриву. Тот не ответил на улыбку, взглянул исподлобья, и сдвинулся в бок, укрывшись за крупом.

— Как тебя зовут? — спросила Лада.

— Орм, сударыня, — коротко ответил дворовой мальчишка.

— Хорошо тебе здесь живётся, Орм?