Змеиный зуб
Шрифт:
Даже помогая себе всем своим весом, Стрэпп, сцепивший пальцы в замок на руке лейтенанта, едва удерживал Декера. Медленно, с огромным трудом отвоевывая у него дюйм за дюймом, капитан подвел своего рослого, могучего подчиненного к двери и, напрягая все силы, вытолкнул за порог. При этом Декер не пытался предпринимать никаких активных действий, а ограничивался лишь пассивным сопротивлением. Почувствовав на себе его чудовищную силу, дремлющую в мощном теле, Стрэпп невольно порадовался, что лейтенант все же не стал применять ее по-настоящему. Если бы это произошло, подумал Стрэпп, усмирить разошедшегося Декера было бы весьма сложно.
Наконец
Как только они дошли до такого места, где их никто не мог видеть, Декер стряхнул с себя капитана, словно комара.
— Вы унизили меня перед этой тварью, вытерли об меня ноги!
— Вспомните о правилах поведения в кризисной ситуации, Декер!— предостерегающим тоном произнес Стрэпп. — Первым делом следует разрядить обстановку...
— Дерьмо это все! — рявкнул Декер. — Дерьмо, дерьмо, дерьмо!
— Вы нарушаете субординацию! — оборвал его капитан. — Идите прогуляйтесь, лейтенант, и остыньте немного!
Декер, ощутив тяжелую пульсацию в голове, от которой перед глазами у него то и дело вспыхивал целый фейерверк белых искр, зажмурился и заставил себя сосчитать в уме до десяти. Снова приоткрыв веки, он услышал голос Стрэппа: капитан что-то мягко ему втолковывал.
—...вам здорово досталось, Пит. Почему бы вам не взять денек отгула? Приятно проведете время в обществе жены — она у вас замечательная женщина. Давайте обсудим все завтра.
Декер еще раз закрыл глаза, снова сосчитал до десяти и тут вдруг с удивительной ясностью понял, что ему надо делать.
— Это просто невероятно, — горько рассмеялся он. — Вы отстраняете меня от работы!
Стрэпп моргнул.
— Пит, вы лучший из всех лейтенантов, которые когда-либо были у меня в подчинении. Вы удивительно трудолюбивый и целеустремленный человек и не только обладаете теоретическими познаниями, но и умеете применять их на практике, умеете работать на улице. Хотите верьте, хотите нет, но я стараюсь спасти вас...
— Вот спасибо так спасибо, — с издевкой произнес Декер.
—...пытаюсь не дать этой суке вас спровоцировать и получить настоящий, формальный повод для того, чтобы подать на вас в суд.
Декер непроизвольным движением поднес руку к лицу, но промолчал.
Стрэпп глубоко вздохнул.
— Езжайте домой, Пит!
Лейтенант постоял немного молча, а потом сказал:
— Я хороший солдат, капитан, но все же не совсем безмозглый. — Декер вынул из кармана полицейский жетон, отстегнул кобуру и протянул и то и другое Стрэппу. — Вот, держите.
— Уберите это, Пит.
— Я вовсе не шучу.
— Знаю. Уберите.
Декер не шелохнулся, по-прежнему протягивая Стрэппу жетон и кобуру с пистолетом. Капитан сжал кулаки
— Не валяйте дурака, Пит. Вы слишком многое потеряете.
— Ну и прекрасно. Потеряю так потеряю. Я увольняюсь, но, по крайней мере, смогу чувствовать себя человеком.
— Не будьте болваном, черт побери. У вас дети, которых надо растить.
— Если я уйду в отставку сейчас, мне все равно будет положена пенсия за половину выслуги. Моя жена много чего умеет. К тому же у нее есть деньги, которыми она может распоряжаться, и немалые. И потом, я тоже кое на что способен. Как-никак, у меня за плечами двадцать пять лет работы в полиции, и, кроме того,
я имею диплом юриста. Так что пошли вы все...— Декер!
— Что «Декер»? Не надо было вытирать об меня ноги перед этой мразью. А теперь берите мой долбаный жетон или проваливайте отсюда к чертовой матери!
Последовала немая сцена. Стрэпп, стоя перед Декером, долго играл желваками на скулах, а потом сказал:
— Я хочу, чтобы вы меня выслушали.
Декер продолжал молчать. Капитан оглянулся по сторонам.
— Уберите жетон и оружие, — снова обратился он к Декеру. — У нас с вами есть определенные расхождения, но не следует демонстрировать это на публике.
— Ах да, я и забыл. Мы же в Голливуде. Имидж — это все...
— Черт бы вас подрал! — возмущенно рявкнул Стрэпп.
Декер думал, что он повернется и уйдет, но этого не случилось. Прошло еще несколько секунд. Наконец лейтенант положил жетон в карман и пристегнул кобуру.
— Только говорите побыстрее, Стрэпп. Меня уже тошнит от всего этого.
Капитан свирепо взглянул на него.
— Не смейте меня больше провоцировать, болван вы этакий! Я пока еще ваш начальник. Так что, когда обращаетесь ко мне, не забывайте добавлять «сэр».
Декер поднял ладонь в знак того, что признает замечание справедливым, и сделал шаг назад, однако в глазах у него промелькнула неприкрытая издевка.
— Пит, я повел себя так исключительно ради вашей пользы, — заговорил капитан, с трудом переводя дух. — Поймите, все, что я делаю в данной ситуации, я делаю ради вас. Мне придется отстранить вас от расследования.
— Тогда к чему весь этот разговор?
— Я не хочу, чтобы у этой сучки был хоть малейший повод подать на вас в суд! И я не могу позволить, чтобы вокруг смерти Дэвида Гаррисона начались всяческие спекуляции по поводу полицейского заговора или что-нибудь в этом роде. Бедняга мертв, и мы обязаны выяснить, при каких обстоятельствах он умер. Узнать правду.
— А я, по-вашему, что делал, черт побери, — разве я не пытался узнать правду?!
— Угроза того, что Жанин подаст на вас в суд, не позволяет вам больше принимать участие в расследовании этого дела. Но...
— Ах да, «но».
— Да, именно так. Пит, ваше отстранение вовсе не означает, что вся проделанная вами работа пропала зря и Жанин сорвалась с крючка, на который вы ее зацепили. Мы будем продолжать расследование, а вы сможете помогать нам, предоставляя полезную информацию, если таковая будет. Но формально я вас отстраняю и, следовательно, снимаю напряженность. Если вы будете продолжать заниматься этим делом, ситуация только ухудшится. А так, возможно, ваши заслуги в раскрытии преступления в ресторане вам зачтутся, — если, конечно, мы когда-нибудь разберемся во всей этой путанице.
Снова наступила долгая пауза.
— Ну так что, как вам такая перспектива? — вздохнув, спросил Стрэпп.
— Да плевать мне, признают мои заслуги или нет.
— Тогда вы тем более ничего не теряете. Лейтенант, у вас полно работы. У вас сотрудники, которыми надо руководить. Я не хочу, чтобы эта сука и дальше мешала вам заниматься своим делом.
Декер ничего не ответил. Голова у него все еще гудела, словно разбуженный улей. Усилием воли он успокоил дыхание, и на него сразу обрушились звуки просыпающегося города, которых он до этого не слышал — чириканье птиц, собачий лай, далекое стрекотание вертолета, приглушенный шум машин.