Жрец Без Имени
Шрифт:
Заметив мой взгляд, животное слегка замедлилось, а после одним рывком сократило дистанцию. Неестественно быстрое движение и легкое прозрачное марево, даже мои собственные инстинкты подсказывали, что в этой атаке волк продемонстрировал свой собственный скилл. Хотелось бы ответить встречным приемом, да чудеса на обычных животных не работали.
Волчий натиск я встречал лицом. Вернее, рукой, которой к собственному удивлению был готов пожертвовать. Когда челюсти сомкнулись на прикрытом предплечье, у меня сперло дыхание. Зверь не прокусил кожу, но это не спасло меня от потери хп.
Получен урон: 37
Кровь вскипела, а боль легко отрезвила сознание. Сжав в руке рукоять серпа, я резко махнул им в сторону обидчика, но тот разумно
Повинуясь рефлексу, я не стал ожидать нового нападения. В схватке, где каждый удар может стать решающим, не было места таким подачкам. В прочем, зверь это тоже понимал не хуже моего. В то время, как он двинулся на встречу, сам я занял уверенную оборону. Я никогда не интересовался оружием, не учился управляться с ним и не засматривался на стойки мечников. Однако, тело лучше меня понимало, как обращаться с оружием. Это было лишь немного сложнее, чем спамить кнопку атаки на клавиатуре.
В момент очередной атаки, я резко взмахнул по горизонтали, Свою роль сыграло искривленное лезвие с его острым концом. Словно рыболовный крюк, серп пробил волчью щеку, а небольшое усилие с моей стороны довело дело до конца, разрывая кожу.
Нанесен урон: 25
Даже меньше, чем я ожидал. И это несмотря на уродливую рану, оставленную животному?
— Что за бред? — не теряя концентрации, я решил отложить недовольство на потом. Куда важнее, что травма выбила противника из колеи. Дергаясь, волк мотал головой, то и дело, рыча на меня. Желание повторить попытку он явно потерял и теперь медленно двигался по дуге, заливая траву и землю своей кровью.
Спустя несколько секунд мы столкнулись вновь. Я оступился, чем хищник и воспользовался, припав к земле и резво толкнувшись в мою сторону. Чудовищная невнимательность едва не стоила мне жизни, когда пасть сомкнулась на плече. Зубы ударились о кость наплечника, даже не нанеся урона. Мне же не было стыдно воспользоваться чужой неудачей. Не дав ему отступить, я махнул серпом, вспарывая волку бок.
Нанесен критический урон: 117
Такая травма точно была бы фатальной. В прежней реальности выжить с подобными повреждениями считалось невозможным. Здесь, скорее всего, тоже. Пусть я и не видел полоску здоровья волка, жизнь из его тела утекала на глазах вместе с кровью. Упав на землю, он едва дергался, то и дело, бросая на меня взгляд. Вот и еще одно отличие реального живого существа от бездушного моба. Не было той щадящей анимации смерти, одинокого животного всхлипа, а после блестящего мешочка с лутом. Вместо этого я взирал на медленно и мучительно умирающее животное, которому не мог помочь. Если бы оно не было частью квеста, если бы оно не напало первым, если бы я знал, что оно не нападет после, мог бы влить ему в пасть все три колбы с химией, закрепив результат солнечным чудом.
Но все, что я мог дать — это удар милосердия. Сжав двумя руками оружие, я получше замахнулся и со всей силы опустил лезвие на шею зверя. Уши резанул пронзительный жалобный скулеж, тело пробило холодным потом, и даже уведомление от системы не помогло остудить голову.
Молодой волк убит. Получен опыт: 109.
Опустившись рядом с трупом, я невольным движением утер щеку от крови. Все, чего мне хотелось, так это закурить, а лучше проснуться, если окружающий кошмар вообще может закончиться.
— Хорошая работа, — приглушенный голос Васи и аккуратная ладонь, опустившаяся на голову, окончательно вернули меня к реальности. Даже удивительно, как я расслышал ее сквозь шум в ушах. — Остальные. Скоро будут. Не вы…пускай оружие, — предупредила она, отстраняясь. — Привыкай.
Новые противники появились из-за кустов. Парочка волков того же уровня, а за нами противник покрупнее. Крупный бурый медведь двадцатого уровня с огромным шрамом, перечерчивающим по диагонали морду.
— Отвлекаю
шатуна, — кратко предупредила Вася, обозначив моими противниками оставшуюся двойку хищников. — Справишься?— Естественно, — стараясь придать голосу убедительности, ответил я. Вышло, наверное, неважно, но самому мне хотелось верить в сказанное.
— Тогда приступим, — девушка сверкнула ножами и отскочив в бок тут же растворилась в воздухе. Вся прелесть инвиза тут же стала очевидна, ведь животные, потеряв агро, переключили свое внимание на меня.
В авангарде выступили волки, осмелевшие, как только высокоуровневый противник исчез. Вряд ли они были достаточно разумны, чтобы увидеть в этом отступлении стратегическое решение, вот и понеслись сломя голову. Даже несмотря на то, что я одолел такого же противника парой минут ранее, неравный бой мог обернуться не лучшим образом. Особенно острой проблема стала, когда звери разделились, заходя с двух сторон. Благо, что медведь им на помощь так и не поспешил из-за возникших перед мордой кинжалов. В превосходстве Васи сомневаться не приходилось, а потому я предпочел сосредоточиться на собственной схватке.
Руководствуясь опытом ММО, я мог придумать ишь одну стратегию. Волков нужно было прикончить по очереди, не отвлекаясь на атаки второго. Все элементарно, но проще сказать, чем сделать. Вполне реальная боль и травмы могли пустить даже примитивный план псу под хвост. Тем не менее, я дал застать себя врасплох. Тело реагировало гораздо быстрее, чем мозг. Повинуясь своей собственной воле, оно рвануло в сторону, уклоняясь от челюстей. Серп рассек воздух и обрушился на мохнатую спину.
Вновь перед глазами прошли цифры урона, сперва наносимого мной, а уже следом и уведомление о собственных повреждениях. Улучив момент, второй подобрался ближе и попытался хорошенько прихватить меня за открытую часть. "Придет серенький волчок и укусит за бочок" — проиграла в голове старая колыбельная. Будто зацепившись за эту бредовую мысль, я смог покрепче сжать зубы и серп. Выронить оружие все равно, что смертный приговор подписать.
Тут-то вскрылось несовершенство моей стратегии. Схватив меня зверь не стал так просто разжимать зубы. Вместо этого он стал то и дело мотать головой, рывками понижая шкалу моего здоровья. Урон отражался однозначными числами, но все равно был неприятностью. Не отвлекаться от основной битвы в таком положении оказалось очень трудно. С места я сойти уже не мог, а боль мешала толком собраться. Выход нашелся быстро.
Сунув в сумку руку, я поймал рукоять охотничьего ножа. Пусть урон в этом мире считается, как ему захочется, но вот травмы все же никуда не деваются. С противным чавканьем нож вошел в глазницу волка. Хватка тут же ослабла, давая мне вовремя среагировать и защититься от когтистой лапы оружием.
Один мой враг ослеп на один глаз, другой пропустил пару ударов. Как ни смотри, а удача все же меня не покинула. Как минимум в том, что я не катался по земле в слезах и не звал мамочку. Боль чувствовалась очень хорошо, но как-то иначе. Не было того рефлекторного страха или паники. Адреналин или какая-то особенность Мира мне помогли, не знаю. Одно было ясно, я еще могу сражаться, пусть и без трети здоровья. Как же жаль, что на лечение нет времени. Глотать зелье — значит отвлечься, а для сотворения чуда нужны обе руки. Пожалуй, я впервые пожалел о том, что так сильно полагался на ману. Нужно будет больше вложить в силу и ловкость.
Праздновать победу заранее мне не позволила очередная совместная атака, встреченная уже не одним, а двумя лезвиями. Нож, как родной лег в левую руку, а серп, который прежде использовался лишь в двуручном хвате, показался неожиданно легким. И плевать, что теперь его урон немного снизился, работая обеими руками, я мог компенсировать недостатки каждого из двух инструментов схватки. Кинжал все больше использовался для защиты, входя в плоть нападающего зверя и прерывая его атаку, а основное оружие вносило дамаг. Иногда мне удавалось произвести парочку ударов подряд. Жаль только, что комбинации не получалось. В игре-то Абисс повышал урон каждой последующей атаки, пусть и с условиями, ограничениями и прочей мишурой.