Жребий Судьбы
Шрифт:
Тем временем закованный в броню противник неуклюже развернулся и выпустил еще одну очередь. Пути веером разлетелись по взлетному полю, расчертив тьму яркими полосами трассеров, и безошибочно выбрали себе жертв. Двое бойцов "Девятого прайда" упали как подкошенные, не успев даже вскрикнуть.
Сержант Гарсия, Антонио и еще трое ребят поливали здоровяка шквальным огнем из автоматов, однако пули лишь со звоном отскакивали от его брони.
– Это бесполезно!
– в отчаянии крикнул Антонио.
– Нам его не пробить!
Здоровяк снова открыл стрельбу, несмотря на раскалившееся докрасна дуло. Спустя несколько секунд перегревшееся оружие издало
Этим решил воспользоваться сержант Гарсия. Выхватив из ножен свой офицерский меч, он с яростным ревом бросился на противника. Со стороны это выглядело столь же нелепо, как попытка остановить танк при помощи обычной вилки. Однако Мигель понял, что задумал Гарсия. Между нагрудным панцирем и шлемом, в районе шеи оставался узкий, незащищенный броней просвет. Именно туда и попытался вонзить меч сержант.
Попытка закончилась провалом. Здоровяк отвесил Трехпалому хорошую затрещину, от которой тот кубарем покатился по земле, однако через секунду вскочил на ноги и снова ринулся в бой. Повстанец положил дымящийся пулемет на землю и шагнул навстречу противнику. Загудели сервоприводы брони. Гарсия ушел от удара и ткнул здоровяка мечом. Отпрыгнул, сделал еще один выпад, но снова промахнулся. Со стороны это напоминало бой разъяренного медведя и маленькой, но храброй собачонки.
В какой-то момент сержант на миг потерял бдительность, за что и поплатился. Страшный удар в грудь отбросил его на несколько метров. Меч вылетел из пальцев и со звоном упал на поверхность взлетного поля.
Здоровяк неспешно приблизился к лежащему на земле сержанту и поставил ногу ему на голову.
– Нет!!!
– закричал Мигель, поняв, что тот собирается делать.
Здоровяк повернул голову на звук. Хотя его лицо скрывал шлем, Бельмонте был уверен, что противник смотрит прямо на него. В следующую секунду он с силой надавил на голову сержанта. Даже на таком расстоянии Мигель услышал, как под стальной пяткой хрустнули кости раздавленного черепа.
Издав полный ярости вопль, Мигель бросился вперед и поднял с земли меч сержанта. Рукоять удобно легла в руку, а само оружие оказалось необычайно легким.
В следующий миг на него легла тень. Мигель поднял глаза и увидел заслонившего свет противника, нависающего над ним подобно молчаливому утесу. Несколько секунд он смотрел в непроницаемое забрало шлема, за которым невозможно было разглядеть лицо. Затем бронированный великан занес свой огромный кулак. Загудели мускульные усилители, готовясь расколоть еще одну голову, точно орех.
И тут Бельмонте увидел щель в броне! Она находилась прямо под рукой противника, в месте, где нагрудник соединялся с тыльной частью панциря. Просвет был шириной всего в два пальца, но этого хватало для того, чтобы в него прошло лезвие.
Мигель перехватил меч двумя руками и, завопив что есть мочи, вонзил клинок в щель. Противник глухо вскрикнул. Мигель, почувствовав, что лезвие с трудом входит в человеческую плоть, навалился на рукоятку, вдавливая клинок в тело противника. Что-то хрустнуло, и лезвие вошло больше чем наполовину. Почувствовав это, Мигель резко выдернул меч. Из раны темными ручейками хлынула кровь. Противник покачнулся, сделал неуверенный шаг и начал заваливаться. Спустя секунду вся эта груда железа с грохотом обрушилась на землю.
Бельмонте застыл как вкопанный, глядя на окровавленный меч в своей руке. От осознания того, что он только что собственноручно убил человека, его начало мутить. Из оцепенения его вывел крик
Рауля:– Уходят! Что вы все стоите?! Уйдут же!
Моралес и Антонио со всех ног бежали к кораблю, под днищем которого все ярче разгоралось изумрудное свечение. Корвет готовился к старту.
Бельмонте в некой растерянности оглядел поле боя, заваленное телами убитых и раненых. Сражение закончилось. Выжившие бойцы "Девятого прайда" пытались оказать помощь пострадавшим. На корвет никто не обращал внимания, за исключением его друзей, которые в этот момент уже взбирались по трапу. На пороге шлюза Рауль обернулся и, встретившись с ним взглядом, что-то крикнул. Мигель его не услышал из-за нарастающего рева двигателей, однако ноги вдруг сами понесли его к кораблю. В следующую секунду он уже бежал из последних сил, опасаясь, что корвет взлетит у него перед носом, унося с собой друзей.
Бельмонте пулей взлетел по трапу и успел нырнуть в шлюз за миг до того, как сошлись тяжелые створки и корабль оторвался от земли.
Глава 16
Сломанный меч
Помещение, в котором они оказались, по всей видимости, служило грузовым отсеком. Тесное пространство было завалено всевозможным хламом, а низкий, давящий потолок, тесные стены и скудное освещение многократно усиливали чувство замкнутого пространства, вызывая приступы клаустрофобии. Напряженные и сосредоточенные лица друзей были едва различимы в полумраке.
Из помещения, не считая створок шлюза, вели две металлические двери. Мигель поочередно проверил их и убедился, что они заблокированы. Вероятно, угнавшие корабль повстанцы прекрасно знали об их присутствии на корабле и заперли их здесь, точно в мышеловке. Иллюминаторов в грузовом отсеке предусмотрено не было, но, судя по легкой вибрации пола и едва ощутимому покачиванию, корабль находился в воздухе. Удивительно, но внутри звук двигателей практически не был слышен.
– Как думаете, куда мы летим?
– первым нарушил молчание Рауль. Он разместился прямо на полу, прислонившись спиной к одному из металлических ящиков. Возможно, в них хранилось какое-то оборудование или скафандры, но проверять это никто не стал. Моралес покусывал нижнюю губу, его лицо блестело от пота. Мигель прекрасно понимал, что виной тому не духота - его приятель отчаянно боролся со своей аэрофобией.
– Полагаю, мы все еще на Цахебрэ, - заключил Антонио. Рыжий снял с головы шлем и прислонил ухо к одной из дверей, что-то выслушивая.
– Корабль слишком долго находился на консервации и не готов к межзвездному перелету. Они должны это понимать. Только дурак осмелится выйти в космос, не убедившись в надежности системы жизнеобеспечения.
– Так давайте разделаемся с оставшимися террористами и вернем корабль!
– предложил Мигель.
– Кто знает, вдруг нас по возвращении представят к награде за доблесть?
– По возвращении нас, скорее всего, отдадут под трибунал, - осадил его Антонио.
– Мы самовольно оставили часть, прихватив с собой боевое оружие. По головке нас за это не погладят.
– Думаю, он прав, - признал Рауль, виновато глядя на Мигеля.
– Если выживем, то за самовольство нам грозит трибунал. С нашей стороны глупо было бросаться в погоню за террористами, но выбор сделан. Поскольку теперь от нас все равно ничего не зависит, предлагаю не забивать голову ерундой и воспользоваться этими минутами отдыха, чтобы восстановить силы. Уверен, вскоре они нам понадобятся.