Чтение онлайн

Порой в продолжение большего или меньшего времени, и часто даже тысячи лет, если исчислять временем Земли, человек может коснеть в своем упрямстве. Но еще не создан такой человек, который мог бы длить это до бесконечности. И это милосердный предел, положенный нашим Отцом-Создателем вокруг и внутри нас, чтобы Он не терял нас или любого из своих детей, без возврата на веки вечные.

Давай поэтому, взглянув на стадию отклонения от естественного для человека движения с Богом, посмотрим на другой путь — в том направлении, куда стремятся все вещи. Ведь истинно, зло преходяще, и независимо от того, уйдет ли оно вовсе из Его мироздания или нет, из каждого индивида оно уйдет почти наверняка, когда рассеется сила его противодействия и он получит свободу следовать в триумфальной процессии тех, кто становится ярче, переходя от славы к еще большей и сияющей

славе.

По этой причине Царство Христово однажды совершенно очистится от зла, потому что люди соберут эту Церковь, и, когда последний вольется в нее, будет она завершена в своей сияющей славе — возможно, чтобы служить, как многие здесь верят, другим мирам, нуждающимся в помощи и поддержке в тяготах, как и ваш теперешний мир.

Когда мы находимся на земном плане, где я стою сейчас, мы часто видим одновременно множество людей, а иногда лишь немногих. Эти люди различаются яркостью, в соответствии со степенью их святости на Земле; в соответствии со степенью, в которой каждый человек сам по себе способен отражать божественный свет духа, что струится через нас к вам. Некоторые же кажутся очень тусклыми, и они, когда переходят сюда, отправятся в тусклые края, соответственно своей тусклости. Так что то, кем некто кажется другим, а другие ему, соответствует определенному окружению и атмосфере, в которых протекает их жизнь. Это «собственное их место». Позволь мне привести пример, чтобы сделать это более ясным для тебя. Если электрическая искра вспыхнет в полной тьме, контраст будет слишком сильным, чтобы показаться гармоничным. Мы скажем, что эта искра была не в должном своем элементе и вызвала нарушение среди тьмы, из-за которого на миг всё замерло. Люди, пробирающиеся по узкой тропе во тьме, останавливаются и трут глаза, пока не смогут видеть настолько, чтобы продолжить путь. Ночные животные тоже замирают на миг и не двигаются.

Но если эта вспыхнет в атмосфере сияющего дня, нарушение не так сильно, а если бы она вспыхнула на солнце, там она уже не была бы контрастна и смешалась с яркостью светила.

Так что те, чья яркость велика, идут в такие сферы, яркость которых согласуется с их собственной. Но те, чьи тела — я имею в виду духовные тела — имеют грубую ткань и излучают мало света, являются тусклыми, идут в те тусклые сферы, в которых они чувствуют себя настолько удобно, что могут добиваться своего спасения. В действительности им не может быть «удобно» ни в каком смысле этого слова; но всё-таки в ярких сферах им было бы еще более невыносимо, чем в тех тусклых краях. Пока их собственная яркость не усилится.

Во всех, кто переходит сюда с Земли, есть некоторая темнота, которая окутывает их, как густая пелена тумана. Но многие уже стремятся пробиться через этот туман к более ясным областям.

А теперь посмотрим вверх: там пролегает Царский Путь, Столбовая Дорога к Его Святому Городу и Обиталищу Его присущего Величия. По этому пути идем мы шаг за шагом; и с каждым пройденным шагом видим, что свет всё усиливается, и наши товарищи, и мы сами пронизываемся яркостью, как и красотой, тем больше, чем дальше мы идем. И мы радуемся, что нам разрешается, на разное время в зависимости от потребностей тех, кто на Земле, возвращаться по своим следам и помогать вам на пути, который раскрылся нам столь сияющим и исполненным Красоты Его Присутствия.

И к этому, мой друг и подопечный, мы будем стремиться, если твое мнение не переменилось до настоящего времени. Думаю, ты будешь упорным. Но знай, что многие пускались в путь, но затем, разуверившись в яркости, потому что она раздражала их непривыкшие глаза, сворачивали в тусклые закоулки, где их зрение было меньше угнетено. Мы смотрим, как они там бредут, и вздыхаем, и принимаемся искать других, кто, быть может, окажется достаточно сильным, чтобы вынести нашу яркость.

Бог следит за тем, чтобы твои ноги не скользили, а глаза не были затуманены, и, хотя земными словами ты не сумеешь описать то, что узнаешь, мы всё-таки постараемся помочь тебе записать так много, чтобы и другие повлеклись так просить, чтобы дано им было, так искать, чтобы нашли, и осмелиться на то, чтобы стучать, и так стучать, чтобы открылись Врата и обнаружились яркость и слава, скрывающиеся за ними.

Понедельник, 10 ноябрь 1913 г.

Когда я стою на земном плане, вне его и далеко вверху лежат сферы, в некоторые из которых я проникал, а жителем Десятой сам являюсь. Эти сферы — не столько нечто, соответствующее местностям на Земле,

сколько состояния жизни и силы, соответственно развитию индивида. Ты уже получил некоторые наставления относительно множественности этих сфер силы, потому я не буду продолжать об этом. Я предпочел бы увлечь твой ум ввысь в области света и деятельности по другому руслу.

Добро достигает всего, что бы ему хотелось, двумя способами. Посредством силы внутренней добрый человек, будь он во плоти или бесплотен, может одновременно возвысить то, что ниже его, и низвести то, что выше его — так он и делает; не только одной лишь молитвой, но также, по праву, силой.

Это происходит благодаря тому, что человек настраивается в лад с Божественной Волей; ведь в какой мере он способен согласоваться с Божественным окружением, в такой мере он способен действовать посредством этого окружения, а именно, сообщать энергию и осуществлять различные деяния. Деяния, которые он может таким образом совершить, многообразны даже для того, кто смог подняться лишь до малого числа сфер, и эти деяния, отражаясь через Завесу в вашу жизнь, считаются чудесами.

Например. Здесь есть те, кому поручен надзор над элементами, обусловливающими Землю и всё, что растет на Земле. Они делятся на разряды и подразряды и все подчинены одному Могущественному Правителю. Те, кто более низкого сословия, выполняют свою работу по определенным, не допускающим нарушения законам, принятым в более высоких сферах. Их ты знаешь как духов-элементалов, и их великое множество числом и видом.

Законы, о которых я говорю, очень сложны и усложняются по мере удаления от родной для них сферы; но если бы мы могли добраться до их источника и проследить их снизу доверху, то обнаружили бы, что они немногочисленны и просты, а в своем истоке слиты воедино. Обо всём этом я, прошедший лишь малый путь, могу только размышлять на основании того, что наблюдал при восхождении; рискну предположить, что единый закон или принцип, из которого излучаются все меньшие законы и принципы, точнее всего можно было бы охарактеризовать словом «любовь». Ведь в нашем понимании Любовь и Единство не сильно разнятся, если не вовсе совпадают. По крайней мере, мы открыли вот что: всё, что является раздельным во всех областях и владениях на нашем уровне и в сферах ниже нашей, вплоть до земной сферы, является, в той или иной степени отрицанием Любви в ее наиболее сильном и подлинном значении.

Но эта проблема — самая трудная для обсуждения здесь и сейчас; ведь было бы очень трудно объяснить тебе, как всякого рода многообразие, которое ты видишь вокруг, происходит — как это видится нам отсюда — из того же разъединяющего действия и всё же наделено такой чудесной мудростью и так прекрасно. Если ты заменишь слово «отрицание» понятием «Единства» в два раза меньшего, а потом в три раза меньшего и так далее, то, может быть, получишь слабый отблеск той философии, которая принята среди нас относительно Единства, излучающегося во множественность действительности.

Хотя вся деятельность духов-элементалов управляется законом, им дана свобода. И в этом состоит огромная прелесть, потому что, как ты согласишься, много красоты заключено в разнообразии и в изобретательности тех, кто питает энергией растительную жизнь.

Некоторые из законов, которые управляют элементалами и теми, кто выше их, я пока не могу понять. Какие-то понимаю, но не способен передать тебе. Но о некоторых я могу тебе рассказать.

Итак, может показаться, что в своей работе они должны соблюдать только одно правило: когда спланирована какая-либо схема развития семейства растений, ее надо стремиться привести, в основной ее сущности, к естественному завершению. Вся армия подчиненных удерживается в рамках этого неизменного закона эволюции. Если замышляется семейство дубов, то семейство дубов должно таковым остаться. Оно может развернуться в ряд подразрядов, но это должны быть подразряды дубов. Недопустимо, чтобы оно переходило в семейство папоротников или морских водорослей.

Другой закон. Ни одно из отделений духовных тружеников не должно отрицать действия другого. Они не обязательно должны работать согласованно; но их действия должны протекать в направлении модификации, а не полного отрицания, которое означало бы уничтожение.

Так мы выясняем, что, если скрестить два растения одного семейства, в результате получится растение-гибрид, или разновидность. Но если растение одного семейства скрещивать с растениями другого семейства, результата не будет. И ни в одном из этих случаев не произойдет взаимоуничтожения.