Живописец смерти
Шрифт:
Это все, что она хотела знать. Правду. Правду о Дэрриле Кинге и том, что случилось в октябре две тысячи первого года. И если бы она ее знала, ей стало бы легче. Она могла бы отпустить прошлое и, возможно, взглянуть в будущее, которое, если повезет, будет отличаться от мира, к которому она привыкла.
* * *
Они придумали.
Что я вам говорил?!
На это потребовалось даже меньше времени, чем я предполагал.
Слабый контроль демократов над сенатом
Доктор сенатора-демократа заявил: «Приступ не грозит жизни пациента. Срочное успешное хирургическое вмешательство позволило удалить кровь и стабилизировать состояние. В отделении интенсивной терапии пациент идет на поправку без осложнений, и мы ожидаем, что он полностью восстановит здоровье». Его жена «полна оптимизма и надежды».
Вы хотите задать тот же вопрос, что и я? Пойдут ли они на это? Смогут ли они это провернуть? Можно ли спровоцировать сердечный приступ у человека, чтобы получить контроль над самым могущественным правительством мира?
Я вам так скажу: я не полон оптимизма и надежды.
Сегодня вторник, четырнадцатое число. Кэтрин умерла три дня назад. В ее дом доступ запрещен. Я утром отпросился с работы и поехал туда. Остановился в двухстах метрах и увидел, как подъехали два детектива. Одного из них зовут Роберт Миллер. Он выглядит серьезным, преданным работе — такой человек посвящает жизнь тому, чтобы задавать вопросы и ждать на них ответы. Другой немного старше, наверняка человек семейный. У него на пальце обручальное кольцо, а рубашка и галстук сочетаются по цвету, что выдает в нем человека, о котором заботятся. Мне нравится, как они выглядят, — Миллер и его напарник. Я узнал имя Миллера из статьи в газете. Там упомянули, что он возглавил поиски Ленточного Убийцы. Они уже успели дать ему прозвище, этому убийце. По-другому и быть не могло. Он не мог бы существовать без имени, если вы понимаете, о чем я. Миллер здесь явно на месте, и в статье упоминалось, что он был занят в расследовании убийства Маргарет Мозли в марте. За восемь месяцев они не смогли продвинуться ни на йоту. Пока я не преподнесу им что-нибудь на блюдечке, они ничего не обнаружат и не поймут. С другой стороны, возможно, я не прав. Не исключено, что они умнее, чем я считаю.
Поэтому я наблюдал, как они подъехали к дому. Я подождал еще немного и уехал до того, как они отбыли восвояси. Мне надо было успеть на работу до полудня.
Я подумаю день, может, два или три. Подожду, пока они вернутся к Наташе Джойс с фотографиями, которые я положил под ковер, и им улыбнется удача. Она расскажет им то, что они хотят услышать, а потом уже Миллеру с напарником придется пораскинуть мозгами и попытаться собрать все это в кучу.
Я буду готов.
Я уже давно готов.
Вещи, которые мне приходилось делать… Черт, подобные вещи учат ждать, как умеет ждать только профессионал!
Глава 15
Миллер терпеливо ждал у двери в квартиру Наташи Джойс. Он видел облачко пара, вырывающееся изо рта, чувствовал, как холод пробирает до костей. Он хотел попасть домой. Хотел быть в каком-нибудь другом месте.
— Нет дома, — озвучил Рос его мысль.
Миллер снова поднял кулак и постучал по дверной раме.
— Серьезно, Роберт, ее там нет. Пойдем в машину.
Миллер наконец сдался. Уже в машине они решили подождать немного на тот случай, если она вернется. Прошло тридцать пять минут, когда Миллер толкнул Роса в бок и кивнул в сторону тротуара. К ним, ведя за руку дочь, приближалась Наташа Джойс.
— Да, не самое лучшее место для ребенка, — заметил Рос и потянулся к дверце.
Миллер положил ладонь ему на плечо.
— Подождем, — сказал он, — успеем. Пускай войдут, разденутся. Я не хочу разговаривать на холоде, да еще и в присутствии ребенка.
Рос откинулся на спинку сиденья, но ничего не сказал. Они подождали добрых восемь-десять минут, а потом направились к квартире.
— Я уже собиралась вам звонить, — сказала Наташа, впуская их в коридор.
— Звонить нам? — спросил Миллер.
Наташа кивнула и пошла в кухню. Миллер и Рос последовали за ней. Наташа ответила на вопрос Миллера только тогда, когда они уселись за узкий кухонный стол.
— Я кое-что разузнала, — сказала она.
Миллер посмотрел на нее. Она, похоже, уже не так сильно нервничала. Они были у нее всего сутки назад, а Миллеру казалось, что прошел целый месяц.
— Что вы узнали? — спросил Рос.
— Я узнала кое-что о том, что случилось с Дэррилом, — ответила она. — Я позвонила в администрацию полиции в офисе мэра…
— Что вы сделали?
Наташа нахмурилась.
— Вы так спрашиваете, словно я совершила что-то незаконное.
Она рассмеялась. Ее смех звучал искренне. Миллер узнал в ней что-то от той девочки, какой она, должно быть, была, прежде чем в ее жизнь ворвался Дэррил Кинг со своей зависимостью и сопутствующими кошмарами.
— В офисе мэра есть административное подразделение, — продолжала Наташа. — У них там вся информация, связанная с полицией. Я им позвонила. Они сказали, что перезвонят, но так и не перезвонили. Потому я поехала туда и пообщалась с какой-то женщиной. Она сказала мне, что Дэррил был полицейским информатором.
Миллер посмотрел на Роса. Они оба вспомнили о кокаиновом деле в далеком 2001 году, по которому так и не было вынесено обвинение. Файл дела Кинга. Номер в пиццерии.
— И человек, с которым он работал, тот полицейский… Я нашла его имя. Майкл Маккалоу. Седьмой участок, здесь, в Вашингтоне. Ушел в отставку в две тысячи третьем году.
— Как звали женщину, с которой вы общались?
— Грей. Франсес Грей.
— Она рассказала вам об этом? Что Дэррил работал с полицейским по имени Маккалоу?
Наташа покачала головой и, довольная собой, улыбнулась.
— Она только проговорилась, что Дэррил участвовал в какой-то облаве на наркоторговцев, когда его подстрелили. Я пошла в библиотеку, проверила газеты и обнаружила имя полицейского. Потом я пошла в четвертый участок и попросила проверить его по компьютеру. Мне сказали, что Маккалоу ушел в отставку в две тысячи третьем году.