Чтение онлайн

Я роняю кружку с капучино и обегаю кухонный уголок, чтобы обнаружить его расхаживающим перед стеклянными дверями, выходящими на Центральный парк внизу. — Что случилось?

— Над твоей головой висит гребаный смертный приговор, Рори. — Он швыряет телефон через всю большую комнату, и тот со стуком падает на мрамор. — Твой бывший жених предлагает любому подонку на улице отсюда до Белфаста миллион долларов за твою голову, живую или мертвую.

Я моргаю, затем тяжело сглатываю. Я не должна удивляться, и все же, услышав эти слова, все мое тело напрягается.

Неужели я действительно думала, что Коналл

просто позволит мне сбежать от него без каких-либо последствий? Но почему сейчас? Целый год спустя...

— Что еще тебе удалось выяснить? — В тот момент, когда я рассказала правду, я поняла, что Алессандро не позволил бы моему прошлому умереть вместе с Бриджид О'Ши. Это не в его характере. Как бы он ни старался спрятать свои импульсы под паутиной шрамов, он по-прежнему остается контролирующим, повелевающим наследником Джемини.

Взрыв на какое-то время скрыл правду, но настоящий Алессандро Росси недолго оставался похороненным.

Хуже того, мне нравится эта его сторона.

Это отражение тяжелой работы и усилий, которые мы приложили за последние два месяца.

Призрак человека, которого я нашла, исчез, на его месте остался сильный, напористый будущий генеральный директор и король мафии.

— Коналл, вероятно, охотился за тобой с тех пор, как ты бросила его у алтаря, — процедил он.

Я киваю, не в силах выдавить из себя ни слова. Мои мысли возвращаются во времени к той ночи, когда я сбежала из Velvet Vault. Я была так уверена, что за мной следят. Что, если бы это был один из людей Коналла? Что, если бы это был кто-то из…?

— Твой отец и братья присоединились к охоте, — продолжает он, отвлекая меня от моих мыслей. — Очевидно, они почуяли тебя на берегах Америки, когда ты отправилась на встречу с каким-то парнем по имени Райан Фланаган.

— Дерьмо, — Шиплю я. — Поддельные документы.

— Merda, Рори. — Он пересекает комнату, чистая ярость изливается из его напряженных мышц. Затем на его усталом лице появляется чувство вины. — Ты достала для меня эти бумаги, черт возьми. Если бы ты только сказала мне тогда правду...

— Ну, теперь мы не можем вернуться в прошлое, не так ли? — Огрызаюсь я резче, чем намеревалась. — Что сделано, то сделано.

Он выглядит почти сожалеющим.

Мои мысли возвращаются к тому дню. Неужели Фланаган продал меня? Этого не может быть. Мэйв доверяла ему, и она не отправила бы меня к кому-то ненадежному. В тот день там был другой мужчина. Эти темные глаза-бусинки вспыхивают на переднем плане моего сознания.

Иисус, Мария и Иосиф, это было несколько недель назад...

Насколько Коналл близок к тому, чтобы найти меня сейчас?

А что насчет Мэйв? — Ты нашел что-нибудь о Мэйв Квинлан?

Его темные брови хмурятся, когда он смотрит на меня, и я практически вижу, как крутятся шестеренки в его голове, пока он перебирает информацию, добытую Маттео.

— Она мертва.

— Что? — Я хриплю, звук наполовину крик, наполовину вздох. Мои легкие внезапно становятся слишком тугими, ребра смыкаются вокруг них. — Этого не может быть. Она сестра Коналла...

Он пожимает плечами, его хмурый взгляд смягчается. — Я не знаю никаких подробностей о том, как это произошло, но это было в досье, которое предоставил Маттео.

Я тупо киваю. Если

она действительно мертва, то это из-за меня. Она помогла мне сбежать, и Коналл, должно быть, каким-то образом узнал и приказал убить ее. Черт возьми, его собственная сестра. Это удушающее чувство вины разрывает меня изнутри. Боже, Мэйв… Мне так жаль.

Алессандро тяжело выдыхает, как будто сам процесс дыхания внезапно становится болезненным. — Я должен сказать Джимми, чтобы он отменил нападение на Ла Спада Нера. Невиновные — ну, в любом случае, невиновные в этом люди, могут погибнуть из-за моего приказа. Я вынес им смертные приговоры в слепом безумии, чтобы защитить тебя. Я был так уверен... — Его слова вылетают у меня из головы, и еще одна волна вины разъедает меня изнутри. — Я должен добраться до Velvet Vault. У Джимми Джейс Морелло. Он допрашивает его со вчерашнего дня.

— Ты имеешь в виду пытки?

Его губы сжимаются, челюсть напрягается. — Я сделал это ради тебя, — рычит он, вскидывая руки.

И он бы пошел заканчивать работу еще вчера, если бы не узнал правду о Бриджит.

Гребаный ад, это такой бардак. — Я иду с тобой.

— Я бы поспорил, но я знаю, что ты упрямее, чем...

— У тебя плохой день? — Я обрываю его.

Печальная улыбка тронула уголок его губ, но он прогнал ее, нахмурившись. — Именно. А теперь пойдем, пока из-за меня не погиб еще один невинный человек.

Это мило с его стороны, что он так говорит, пытается взять на себя часть бремени, но мы оба знаем правду. Если Джейс Морелло умрет от пыток, его кровь будет на моих руках.

Запах крови доносится до меня еще до того, как распахивается дверь.

Он прилипает к влажному воздуху, как гниль, густой и металлический, покрывая заднюю стенку моего горла. Рука Алессандро крепче сжимает мою, когда мы входим в тускло освещенный подвал Velvet Vault, звук приглушенного стона эхом отражается от бетонных стен.

Джимми стоит с закатанными рукавами, предплечья забрызганы кровью. В одной руке у него пара окровавленных плоскогубцев, а на лице выражение холодного безразличия. Джейс Морелло обмяк на металлическом стуле, привинченном к полу, запястья стянуты за спиной молнией, один глаз заплыл, по щеке, как боевая раскраска, размазана кровь.

Он выглядит едва ли в сознании.

— Что это, черт возьми, такое? — Голос Алессандро гремит по комнате, резкий и повелительный.

Джимми не дрогнул. — Допрос. Как вы приказали.

— Я сказал тебе привести его, а не вырывать ему чертовы зубы. — Он протискивается мимо меня, устремляясь к двум мужчинам, излучая ярость и властность. — Брось свои гребаные инструменты, Джимми.

Со вздохом, граничащим со скукой, Джимми соглашается, с тихим звоном кладя плоскогубцы на поднос рядом с собой. — Вам решать, босс.

Алессандро присаживается на корточки перед Джейсом, прищурившись, изучает его. — Ты не спишь, Морелло?

Джейс кашляет, как-то мокро и отрывисто, затем с усилием поднимает голову. — Еле-еле, — хрипит он. — Но достаточно, чтобы понять, что это чушь собачья.