Женька и миллион забот
Шрифт:
Валентина Георгиевна умилённо утирала фартуком глаза, Марина стояла, уперев руки в бока и закатив глаза, Юрик таращился на свою младшую сестричку с нескрываемым любопытством, даже Вадим из гостиной высунул кудлатую голову с гулей на лбу. Из кухни потянуло гарью…
И в этот момент Женьке вдруг стало совершенно плевать: обидит она этого Стёпочку или нет, станет ли дуться на неё мать…
– Нет! – резко произнесла она, разворачиваясь к несостоявшему жениху и протягивая ему обратно измочаленный букет. – Извини, Стёпа, ты, конечно, парень хороший, но я тебя не люблю!
Валентина Георгиевна сдавленно охнула, затыкая рот краем фартука. Марина
– Я понимаю, тебе подумать надо…
– Нет, – отрезала Женька, сжигая за собой мосты. Она силой впихнула ему в руки букет, развернула за плечи и подтолкнула к двери. – Все, до свидания. У меня хлопот – полон рот…
– Женечка, да как же ты можешь! – возопила мама, хватая Стёпочку за руку и оттаскивая на середину коридора. – Стёпочка, не обращай внимания. Это у нее от радости… сама не знает, что говорит! Пойдем, я тебя чайком напою… блинчиков покушаешь…
– Нам с Ниной пора на поиски отправляться! – попыталась встрять Женька, но куда там! Валентина Георгиевна и слушать ничего не желала:
– Ничего, мне твое счастье дороже.
– Мама!
– Что, мама? – наконец взбеленилась Валентина Георгиевна, готовая кинуться на дочь и вразумить ее любым способом, вплоть до рукоприкладства. – Тебе сколько лет? Восемнадцать? Все принца ждешь на белом коне? Или у тебя что, отбоя от женихов нету? – мама и в самом деле разошлась не на шутку. Даже сизая гарь, слоями тянувшаяся из кухни, уже не могла отвлечь ее от насущной проблемы. – Тебе давно пора замуж. Давно пора детей рожать.
Марина скрылась в кухне, спасать сковородку, Юрик убрел в гостиную, втянув за собой любопытного Вадима. Но Ниночка так и стояла столбом, открыв рот от любопытства. Она таращила глаза и мелко трясла головой. То ли в знак согласия с Женькиной мамой, то ли с перепугу.
– Чем тебе Стёпочка не нравится? Если влюблена в кого-то, так и скажи. Да только какая такая любовь в твоем возрасте? Тебе уже о том надо думать, как бы побыстрее замуж выскочить, не девочка, чай. Рада должна быть. Такой человек тебе предложение делает – не пьет, не курит, умница, эрудит, семья интеллигентная, – Стёпочка преображался на глазах, он приосанился, развернул плечи, и даже как-то ростом стал повыше. – А какой Стёпочка хозяйственный, – продолжала расхваливать жениха Валентина Георгиевна, – и мусор выносит, и ковры выбивает, и полы моет, и сготовить умеет…
Стёпочка принялся поддакивать со знанием дела, на его лице уже была написана полная уверенность, что он ей своим предложением делает большое одолжение. Завидный жених, черт побери!
– Да за такого любая с радостью пойдет! – наконец заключила Валентина Георгиевна, – а ты, счастья своего не понимаешь, сразу, с порога – нет! Да как ты могла!
– Да! – похоже, Стёпочка уже был в полной уверенности, что Женька вообще не стоит его внимания. Вот еще пигалица! Он, такой завидный жених, себе пару и получше найдет!
Женька застонала, закатив глаза. Ей только этого не хватало. А тут еще Ниночка встряла:
– Миленькая, ну пожалуйста! – она снова ухватила подругу за руку и принялась ее трясти. – Не отказывай! Это же так здорово!
Женьке хотелось крикнуть: да вы только посмотрите, кого вы мне предлагаете! Все в ней протестовало, однако пришлось взять себя в руки.
– Ну, хорошо, хорошо, я подумаю! – возопила она,
выхватывая у жениха розы, положенные ей по статусу невесты. – Идемте пить чай, мне некогда, нам с Ниночкой надо отправляться!Ниночка взвизгнула от счастья и чмокнула Женьку в щеку, Валентина Георгиевна повлекла засомневавшегося было Стёпочку в кухню.
– Не переживай, – раздался над самым ухом знакомо нахальный голос ночного ангела, – я это дело улажу. Неделю он к тебе точно приставать не станет, а потом – либо ишак сдохнет, либо – шах дуба даст.
Пару секунд Женька недоумевала, кого же в этой ситуации можно обозвать ишаком, но потом ей вдруг стало спокойно и легко от одной мысли, что рядом есть существо, которое действительно может позаботиться о ней. И даже его слегка склочный характер сути дела не менял.
Завтрак прошел в «теплой, дружественной обстановке», Стёпочка, мелкими глотками прихлебывая горячий чай и в неимоверных количествах поглощая блинчики, поведал миру, что женщина, какая бы она ни была умная, никогда не сравнится в уме с мужчиной, и доказательство тому – вся история человечества. Марина суетилась, собирая вещи для дачи, и потому не особо вдавалась в суть проблемы, а то бы она ему в два счета доказала, кто голубая кость, а кто – так, не пришей кобыле хвост. Женька, скрежетала зубами, но молчала. Историю с деньгами, которые у нее без спроса слямзили родственнички, она решила не поднимать, не при людях же отношения выяснять. Ниночка внимала с открытым ртом, и даже блинчики поглощала через раз. Валентина Георгиевна, продолжая производить на свет все новые печеные изделия, беспрерывно поддакивала. Собственно, она и не слышала, о чем там повествовал Стёпочка, ей было важнее соглашаться с ним.
Завтрак закончился только через час, Стёпочку наконец выставили, и когда Женька с Ниночкой вышли из подъезда дома, у художницы уже было такое ощущение, будто сейчас не одиннадцать часов утра, а давно за полдень.
– Ну, где будем искать сегодня? – спросила она Ниночку, которая совершенно осоловела от съеденного и плохо соображала. Но всего через пару минут смысл вопроса все-таки дошел до ее сознания.
– Поедем к его маме, – печально произнесла она. – Больше некуда.
– А адрес ты знаешь?
– Знаю, – так же уныло согласилась подружка.
– Тогда – вперед! – Женьке хотелось верить, что это приключение все же закончится достаточно быстро.
Глава 7, которая приводит Женьку в гости
– Кто там? – поинтересовался из-за двери раздраженный женский голос. – Попрошайкам не подаю!
– Мы не попрошайки! – в отчаянии выкрикнула Ниночка, – Мы Гену ищем.
За соседней дверью кто-то интенсивно завозился, явно подсматривали. Женька повернулась и показала глазку язык. Возня повторилась.
– А чего от Геночки надо? – требовательно вопрошал недовольный голос из-за двери.
– Понимаете… он ушел, и я его найти не могу… на работе его нет… – стала объяснять Ниночка, прижимая руки к груди.
– Ясное дело, нет, – с ядовитым сарказмом отозвался голос из-за толстой двери. – Праздник все-таки.
– Я вам вчера звонила… а вы…
– А, так ты та самая прошмондовка, которая проходу не дает моему сыночку? – голос и вовсе озлился.
Ниночка стрельнула отчаянным взглядом в сторону Женьки и вжала голову в плечи. Весь ее испуганный вид говорил: давай уберемся отсюда побыстрее! Но Женька доводам рассудка не вняла. Её словно черт за язык тянул.