Жена моего мужа
Шрифт:
«Почему я обратился сюда?»— спрашивает Крис.
Хороший вопрос.
«Недавнее посещение моего двухлетнего крестника и его родителей помогло мне прийти к выводу, что пришло время и мне найти кого-то особенного. Я в какой-то мере разошелся со своими друзьями, которые все поженились и имеют детей. Я слишком много работал и путешествовал, так что мне не хватило времени, чтобы обзавестись семьей…»
Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Безусловно.
«Если это подходит
Дом сияет чистотой. Я как-то прочитала на магните для холодильника, что чистый дом — признак прожитой впустую жизни, и мне начинает казаться, что эти слова не лишены основания; моя корзина белья для глажения пуста так же, как и моя жизнь.
Мальчики берут, берут и снова берут у меня. Иногда они отдают, но они похожи на жестоких диктаторов, отдают беспорядочно и неожиданно и позволяют тебе купаться в их драгоценной любви всего несколько мгновений, а затем снова чего-то требуют от тебя. И все же, когда они уйдут, у меня не останется ничего. Что это за жизнь?
К черту! Что мне терять? Здравый вопрос. Я нажимаю на кнопку «Ответ» и заполняю карточку со сведениями о себе.
Глава 19 ДЖОН
Четверг, 28 сентября 2006 года
Я сразу же замечаю ее. На ней длинное кожаное пальто и высокие сапожки, к сожалению без каблуков, но вид вполне приличный для встречи у школьных ворот. Она весело болтает с небольшой группой других мамаш и рассеянно катает взад-вперед коляску с младшей дочерью. Девочка, одетая в сказочный костюм, играет с мягкой игрушкой — кроликом.
Они представляют собой весьма привлекательную картину.
Когда я приближаюсь, девочка роняет своего кролика, и он откатывается на метр от коляски. Никто из мам не замечает этого. Мне подворачивается благоприятная возможность. Я бросаюсь и, схватив игрушку, отряхиваю ее и торжественно возвращаю малышке.
Конечно же разговор прерывается, и все взоры устремляются на меня. Грини мямлит какие-то слова благодарности, но в ее тоне не ощущается искренности.
— Ты не собираешься представить нам своего друга? — спрашивает одна из женщин.
Ее можно назвать лучшей после Грини на этой «выставке». Она лучезарно улыбается мне, что, безусловно, является ошибкой с ее стороны, так как зубы у нее кривые и немного желтоватые. Хотя тело хорошее. Она выглядит дорогой и ухоженной, но настоящей красавицей ее не назовешь.
— Это мой бывший коллега Джон Хардинг. Мистер Хардинг не отец, — говорит Грини. Возможно, она надеется с помощью этого формального «мистер Хардинг» установить дистанцию, но меня лично эта формальность возбуждает, и я с трудом борюсь с эрекцией. — Он приятель мистера Уокера. Так ведь?
Конни отказывается встретиться со мной взглядом. Она обращает свой вопрос к моему правому плечу. Я вижу в этом хороший знак. Она думает обо мне. Дамы взволнованы мыслью о том, что у Крейга есть жизнь за пределами школы, и принимаются забрасывать меня вопросами о его девушке. Они горят желанием, чтобы я поведал им одну-две сплетни. Прежде чем я получаю возможность удовлетворить
их любопытство, тема разговора резко меняется.— Смотрите, они выходят, — говорит мама Клары из первого класса.
Конни машет дочери рукой, совершенно не обращая на меня внимания. Я склоняюсь к ее уху и шепчу:
— Встретимся?
— Нет, — возмущенно отвечает она.
— Я хочу поговорить с тобой.
— Ты опоздал на шесть лет со своей беседой, — отрезает она. На этот раз она поворачивается ко мне лицом. Я вижу, что она не дает своему гневу в полной мере прорваться наружу. Я вижу, как она борется с собой. Даже это волнует меня. Она действительно выглядит восхитительно.
— Я не принимаю «нет» в качестве ответа, — заявляю я.
— Наверное, ты впервые слышишь от меня это слово, но тебе следует образумиться и принять его.
Она наклоняется, чтобы поцеловать дочь. Нравится мне ее чувство юмора. Даже когда вокруг ее ног вертится ребенок, а в пределах слышимости толпятся другие мамочки, она не может удержаться и не дать мне резкий отпор. Мне всегда это в ней нравилось. Я улыбаюсь, но, похоже, не могу смягчить ее.
— Очень многое не было сказано. — Я вынужден чуть ли не вприпрыжку бежать, чтобы удержаться с ней рядом, это выглядит нелепо, но женщины порой готовы в отчаянии загнать себя до потери сознания. Иногда такое помогает.
— Было слишком много сказано, — мрачно бормочет она.
А порой и не помогает.
Я пытаюсь применить иную тактику:
— Ничего крепкого. Просто немного выпьем в память о старых временах.
Она резко останавливается, и я думаю, что мне удалось уговорить ее, затем понимаю, что ей просто нужно перейти через дорогу и она тщательно придерживается правил уличного движения, изложенных в «Кодексе Зеленого Креста».
— Ты должна согласиться, я не намерен сдаваться, а если я все время буду появляться у школьных ворот, другие мамочки начнут сплетничать.
Она бросает на меня возмущенный взгляд:
— Почему ты такой настойчивый только в начале игры и такой холодный в конце?
— А, так мы опять включились в игру? — Я не могу скрыть удовлетворение от одержанной мною маленькой победы.
Она вспыхивает то ли от смущения, то ли от гнева — не важно, в любом случае это ей к лицу.
— Нет, конечно, и никогда не включимся. Убирайся. Ты ведешь себя как настоящий хулиган.
— Я очень настойчивый, — напоминаю я ей. — Всего лишь один бокал. Какой в этом вред?
— Нет, — отвечает она, бросив на меня полный решимости взгляд. — На этот раз тебе до меня не добраться.
Ни она сама, ни я не верим ее словам, и она выслушивает адрес паба, который я называю.
Глава 20 РОУЗ
Среда, 4 октября 2006 года
Когда я услышала Криса по телефону, мне в голову тотчас же пришла мысль, что он, судя по голосу, моложе, чем я ожидала, но спросить, сколько ему лет, не решилась. Я снова перечитала его объявление, но и там он не указал свой возраст. Похоже, это приятный, вежливый и образованный человек.