Чтение онлайн

– О да… это всё было забавно, - хохотнул Азарова, беззаботно ковыряясь в зубах.

В тот холодный январский вечер его привезли первым.

Долгое время Артур не мог ничего понять - кто и зачем его бьет, и что вообще от него хотят?!

Два часа пыток, после которых он, наконец, увидел виновника издевательств.

К тому моменту, когда в подвал, где держали Артура, вошел Азаров, он уже не мог даже внятно спросить, что происходит.

И тут дед популярно объяснил ему, что Анфиса пыталась украсть товар и подставить Азарова, но самое главное заключалось в том, что главным организатором кражи Фиса объявила

Артура.

– И только здравый смысл привел Фису к покаянию… - смиренно склонив голову, издевательски закончил дед.

Выходило, что она все-таки попыталась осуществить свой план, но при чем тут он?

Из разбитых губ сочилась алая кровь, нос распух, и сломанная челюсть не давала хоть что-то сказать в свое оправдание. Смольнов мог только вяло кивать на какие-то вопросы, мало что соображая. Однако мысль о предательстве бывшей любовницы по-прежнему билась где-то в районе сердца.

Но самое страшное ждало Артура впереди.

Азаров, нисколько не сомневаясь в том, что Смольнов ничуть не меньше замешан в этом деле, чем любовница, предложил Артуру два варианта развития событий.

В наказание Смольнов должен был платить тому восемьдесят процентов от дохода фирм, пока не разорится и выбрать, с кем из двух женщин Артур готов навсегда распрощаться, а кому оставить жить.

Страшнее Артуру было только один раз в жизни – когда мама не вернулась домой. Самое ужасное, что ему вдруг стало казаться, что он любит обеих женщин. Да, это странно, но в минуту опасности Артур меньше всего мог сказать, кого он как овцу отправит на заклание. Да и как вообще можно представить себе такое? Как сделать выбор? Что значит решать кому жить, а кому умереть?

Артур покачал головой, показывая, что не может дать ответ на этот вопрос. Каждое движение приносило неимоверную боль.

– Тебе все равно придется выбрать, – с деланным сочувствием Азаров похлопал Артура по вывихнутому плечу и тот взвыл от боли. Дед усмехнулся и кивнул своим амбалам, что до сих пор били Артура, чтобы продолжали.

Через три часа пыток с избиениями, обливаниями ледяной водой и угрозой остаться без пальцев и ушей, он сдался. Уже теряя сознание, собрав последние силы в кулак, прошептал:

– Ника… ни в чем… не… виновата… отпустите…

– Ты сделал выбор, - словно змей прошипел Азаров, но Артур его уже не слышал, провалившись в спасительное забытье.

То, что Нику изнасиловали, он узнал позже. А еще позже он много раз задумывался – почему он выбрал именно её, ту женщину, с которой у них давно не было ничего общего? И постепенно начал замечать, что жена стала вызывать злость от того, что это она сейчас жива, а не Фиса.

С другой стороны, он жалел ее, испытывая чувство вины, ведь это из-за его интрижки жене пришлось пережить все это. И от этого чувство вины он вновь злился, уже даже не понимая на кого. Все эти чувства настолько перемешались в нем, что жизнь Артура все больше становилась похожей на ад. Какие-нибудь психологи наверняка бы определили его состояние, хотя толку все равно было бы мало... Он и без психологов понимал, что по-настоящему ненавидел и презирал только одного человека – себя. За свои слабость, глупость и трусость.

Когда Ника сказала, что беременна, его чуть не стошнило от одной мысли, что она может носить в животе чьего-то выродка. Он и думать не хотел, что это его дитя. Он так старался

ради неё, когда вёз в больницу, когда избавил её от выродка.

Когда Ника попала под машину, Артур пытался сделать так, чтобы она никогда не вспомнила того кошмара, что ей пришлось пережить. Он всё делал не ради себя - ради Ники.

Правда он так до конца и не смог простить ей смерть Анфисы…

– Так значит Фиса жива? – вновь спросил он Азарова.

– Вот не поверишь, жалко дурочку стало, - рассмеялся старик, - То ли я на старости лет стал слишком добрым, то ли еще что…

«Добрый» …

– Зачем вам сейчас понадобилась моя жена? Что вы хотите?

Азаров вдруг поманил Артура пальцем и тому пришлось проследовать за ним в холл.

– Видишь вот это? – старик показал на кадку с фикусом, за которой спряталась маленькая коробочка.

– Жучок? – догадался Артур.

Азаров кивнул.

– Такие почти везде… - правда я не думал, что твоя жена в комнате для прислуги жить будет. Поэтому все самое интересное, к сожалению, пропустил. Кому, ты говоришь, она там звонила?

Они уже вернулись в комнату и на последних его словах Вероника вздрогнула.

– Так зачем вы пришли? – подала голос Ника.

– Зачем-зачем… - проворчал то, - Надоели вы мне. Ты вон с ментом болтаешь, не дай Бог сболтнёшь чего лишнего. Жалко ему тогда голову не проломили… но я исправлю это.

Ника вновь вздрогнула и затряслась. Артур хотел было податься к ней, чтобы обнять, сказать, что он защитит, но она так на него посмотрела, что он оставил всякую мысль об этом.

– Ладно, хорош болтать… Собирайтесь, дети мои. Пора…

– Я не пойму, - Артур решил больше не церемониться. Все равно его скоро убьют, теперь можно ничего не опасаться.

– Что ты не поймешь? – добродушно спросил старик.

– Зачем ты приехал? Зачем нужно было устраивать этот спектакль?

– Ха… ты ведь думаешь, что я психопат, да?

Именно так Смольнов и думал и поэтому кивнул.

– Ну уж нет… хотя погоди, в машине расскажу. У меня еще дела, надо поскорее вас кончить. Эй, Плот, давай сюда, - громко позвал Азаров, а у Артура в душе что-то сжалось в пружину.

Плот – кличка друга Лешки. Еще в детстве во дворе и в школе все так и называли его, сократив, как это часто бывает в таких случаях, фамилию Плотов до простого Плота.

Артур не ошибся. В комнату вошел Леха. Ухмыляясь, он крутил в руках биту и Смольнов вдруг совершенно отчетливо понял, что у того не дрогнет рука его убить.

– За что? – только и спросил он.

– За все хорошее, - засмеялся «друг» и с размаху ударил Артура по голове.

НИКА

– Знаешь, милая, а ведь тебе просто не повезло. Представляешь?

Вероника молча кивнула, прекрасно понимая, что в общем-то Азаров абсолютно прав. Она просто выбрала не того человека…ей просто не повезло. Бывает…

– Могу тебе напоследок рассказать кое-что интересное.

Ника напряглась, готовая услышать всё, что угодно, но дед неожиданно передумал.

– Хотя нет… пусть вначале этот очухается. А то как-то неинтересно… такой сюрприз испорчу.

Азаров кивнул Лехе, сидевшему между Никой и Артуром и тот, понятливо кивнув, ударил Артура по лицу, затем еще и еще, отчего голова ее мужа безобразно болталась из стороны в сторону.