Чтение онлайн

— Сынок, мама в реанимации… — он пытается держаться, но я подмечаю его излишнюю бледность. — К ней не пускают.

Я хватаюсь за голову.

— Как же так? Почему они с Лизой оказались в машине? Лиза вообще никуда сегодня не должна была ехать!

Мне тоже нехорошо. У нас с матерью сложные отношения, но сейчас мне за нее страшно. А еще страшнее за Лизу.

Оглядываюсь вокруг, с надеждой на то, что Лиза где-то здесь. Может, она растерялась? Или потеряла телефон? Сидит где-нибудь поблизости и пытается собраться с мыслями?

Я прохожу

немного вперед. Но кругом чужие лица. Здесь приемник, народа, хоть отбавляй.

— Игорь, что нам делать? — отец кладет руку мне на плечо. — Я не знаю, я убит… в доме всегда все держится на маме, ты же знаешь?

Я фокусирую взгляд на папе. Ему нужна поддержка, но я сейчас весьма посредственный помощник. Я сам схожу с ума. Как Лиза могла сесть в машину с мамой? Зачем? Почему бы ей не проспать до обеда, а потом начать присылать мне сообщения? Отчего вместо этого в телефоне одно и то же: «Абонент вне зоны действия сети»?!

— Пап, ты с врачами говорил? — выдавливаю из себя с трудом.

— Они не дают прогнозов.

— Звони Бородкину. Пусть держит руку на пульсе. Как только будет возможно, переведем маму в его медцентр. Он же всегда нам помогал!

Главврач медцентра «Калина красная» Федор Ильич Бородкин — мой крестный. Они с отцом знакомы с детства. Дружим семьями. Мама все сватала мне его дочь Юлю, но как-то не сложилось. А вот если беда нагрянет, то мы всегда на связи.

— Игорь, ну, ты что? Конечно, я ему первому позвонил! Он едет сюда. Только в городе пробки.

— Дождись его, пап. Мне надо Лизу найти. Она могла тоже пострадать в аварии. Почему ее нигде нет, не могу понять…

Я снова всматриваюсь в лица людей, которые лавируют в приемнике центральной городской больницы. Но Лизы нет.

Набираю ее номер. «Абонент вне зоны действия сети».

«Твою мать…» — цежу мысленно, закусывая кулак.

К счастью, Бородкин приезжает через десять минут.

— Сейчас все выясню, ждите здесь, — на ходу бросает он, пожимает нам с отцом руки и несется вперед, к лифтам. Деятельный мужик. В своей сфере ас.

Мы переглядываемся. Молчим. Я сверлю взглядом мобильник. Но он, похоже, не собирается радовать меня новостями.

Внезапно прорывается звонок от прокурора Сабирова. И честно говоря, от того, что мне звонит Марат, становится по-настоящему страшно.

Что, если?.. Сердце летит в пропасть, и я судорожно нажимаю на «прием».

— Привет, Марат. Что случилось? — интересуюсь напряженно.

— Игорь, добро. Как там мама?

— Плохо все. В реанимации.

— Черт… Держись там, ладно?

— Я держусь. Лиза пропала. Она ехала с мамой в машине, а теперь не берет трубку.

— Лиза у меня в кабинете. С ней почти все в порядке. Руку повредила сильно при аварии, но перелома вроде бы нет. Мы оказали ей первую помощь, сейчас чаем отпаиваем.

По всему телу прокатывается волна облегчения.

— У тебя?

Я уже думал… если честно, Марат, я уже предположил самое ужасное…

— Не переживай, она цела. Телефон, правда, сел, не может принимать вызовы. Так что, как освободишься, приезжай, забери ее. Мы Лизу никуда не отпустим, будет под нашим присмотром.

— Пожалуйста, передай ей трубку! — не веря в счастье, прошу я.

— Конечно, минутку.

Я чувствую, как сильно колотится сердце. «С ней все в порядке», — убеждаю себя.

— Алло, Игорь? — звенит голос Лизы.

— Лиза, родная, ты в порядке? Скажи, что с тобой все хорошо?

— Я в порядке. Твоя мама утром приехала без предупреждения, я еще спала, когда она прибыла. Я так растерялась, что на зарядку в телефоне не посмотрела, а он почти на нуле был…

— Зачем она вообще приехала? Вы разве договаривались?

— Она хотела, чтобы мы сходили на шопинг, чтобы я выбрала вещи для работы у твоего отца. И еще она сказала, что ты завтракаешь с Яновой, а я — снова сплю. И что она займет мое место… Ты действительно с ней завтракал?

Я напряженно сглатываю. Откуда моей матери известно, с кем я завтракал? Тем более, что наша встреча с Ольгой Яновой была случайностью?

— Мы случайно столкнулись с Яновой. Ничего личного, — пытаюсь оправдываться, но выходит настолько нелепо, что я сам это чувствую.

— Значит, твоя мать не солгала, — подводит итог Лиза. Ее голос звучит, как приговор.

— Лиза, это бред какой-то! У меня изжога была, я просто хотел поесть. Все, я сейчас за тобой приеду! Умоляю, никуда не уходи, это опасно.

Обрываю звонок, чтобы не брякнуть еще что-то несуразное, касающееся Яновой, и поворачиваюсь к отцу.

— Пап, я знаю, где Лиза. Я должен ее забрать. Разберетесь с Бородкиным без меня?

Отец смотрит на меня с осуждением, но спустя пару мгновений все же кивает.

— Хорошо, поезжай за Лизой, сын. Надеюсь, она понимает, что наша вчерашняя договоренность о собеседовании теперь немного не к месту?

— Пап, не до этого сейчас. Маму бы спасти… — отмахиваюсь угрюмо.

«И Лизу», — добавляю мысленно.

После чая с пирогами я отправляюсь в дамскую комнату.

Притормаживаю у раковины, делаю попытку оттереть пятна кофе с льняного сарафана, но это бесполезное занятие.

Дверь приоткрывается, и на пороге показывается Диана Ветлицкая.

— Лиза, давай начистоту, — посматривает на меня обеспокоенно. — Дело с Тагиром — дрянь. Искать его могут долго. Да и ты же понимаешь — такие, как он, от своих целей не отказываются. У него в камере нашли твою фотографию, а еще рисунки. Он рисовал тебя постоянно.

Я торопею. По коже прокатывается холодок.

— И что же… делать? — уточняю растерянно.

— Вам с Игорем хорошо бы уехать из города.

— У него мать в реанимации. Вряд ли он на такое согласится.

Она вздыхает.