Железные лилии
Шрифт:
И снова в путь
В безуспешных поисках прошла неделя. Альмер стоял в своей спальне возле туалетного столика Ирис и держал в руках драгоценную диадему, подаренную ей в их первую ночь любви. Он заметил белый волосок, зацепившийся за зубчик украшения. Это было все, что осталось от нее. Сразу холодно стало на душе. В их комнате было пусто. Альмер уже привык, что после возвращения в Иствик его ожидал океан ласки и нежности! Ах, столько радости было в сапфировых глазах прекрасной женщины, столько любви, сколько он никогда не получал ни от кого в жизни. Прежде он считал, что это не главное — быть любимым, а вот ти-тул, деньги, положение в обществе — это именно та цель, ради которой стоит жить и бороться. А женщины… Их всегда у него было достаточно. Но он не мог не заметить разницу между чистой первой любовью, которой озарила его военную жизнь нежная Ирис, и обычной жаждой сексуальных утех, которых
— А может, и не любила? — терзали его ночные мысли, когда он крутился в одиночестве на огромной опус-тевшей постели. Просто планировала выйти замуж за гра-фа, а когда ее планы сорвались, не стала терять времени на женатого мужчину. Да еще к тому же увезла с собой его ребенка. Альмер знал, что это будет сын, почем-то был уверен; он представлял этого прелестного ребенка на руках у его красавицы матери, и чувство огромной потери охва-тывало его. И, самое странное было в том, что он, взрослый мужчина, жестокий воин, обижался на это хрупкий цвето-чек, на эту белоснежную лилию! Да, эта лилия только каза-лась хрупкой и беззащитной, на самом же деле она была железной.
Прошло уже много лет, когда он последний раз обижался. Когда-то, очень давно, он дал себе слово, что больше не позволит никому себя обидеть. И до последнего времени, с тех пор как он стал взрослым и получил рыцар-ский пояс, он мог бы сказать, что все, кто встречался у не-го на дороге, не решались вступить в противостояние с мо-гучим графом Суффолка. А выработал он себе такой харак-тер в своей семье
Сердце маленького Альмера в детстве было полно горьких обид. Его братья Уно, Хью и Кирк постоянно пре-следовали синеглазого малыша. Когда он бежал к отцу — то получал еще больший нагоняй, а мама Регина ничего не могла поделать. Тогда расплакавшийся мальчик бежал в свое секретное место — в старый полуразрушившийся са-рай. И там, спрятавшись от всех обидчиков, он подолгу плакал. Белые облака расплывались цветными радугами в его полных слез глазах, а молчаливое солнце бесстрастно взирало на несчастного избитого малыша. Лишь его луч-ший друг и брат, сын Регины Рей, утешал и ободрял его. Ему также сильно доставалось от свирепых отпрысков Дирка Хоукхарта. Тогда и сложилась их дружба, настолько крепкая, что даже многие подшучивали: увидишь Альмера — сейчас появится Рей. В общем, не разлей вода. В те без-радостные детские годы и сложились характеры обоих бу-дущих рыцарей. Альмер понял, что мир устроен не так, как бы им хотелось. В нем безраздельно правит сила. Справед-ливость и доброта униженно ждут, пока сильный человек позволит им вмешаться в ход событий. Слезы высыхали на розовых щеках, и будущие рыцари брали в руки большой мешок. Этот мешок они специально держали в укромном уголке. Сначала он был почти полностью заполнен легкой соломой, лишь на дне болталось небольшое количество тяжелого песка. Каждый день мальчики засыпали в мешок еще одну меру песка, и он становился все тяжелее и тяже-лее. Альмер и Рей пыхтели, их глаза наливались кровью, но они крутили в руках этот тяжелевший день ото дня снаряд. Молочные мышцы наливались свинцом. На тонких ручках появились бугорки бицепсов. Потом Альмер сделал соло-менное чучело. Оно принимало образ то Уно, то Хью или Кирка, в зависимости от того, кто большую рану нанес се-годня. Мальчики до изнеможения колотили маленькими кулаками по ненавистному обидчику, и их сердца отпуска-ло. Они вырезали себе деревянные мечи и, представляя себя настоящими героями, сражались друг с другом, нара-батывая ловкость и сноровку. Когда мальчишки выходили из своего укрытия — их было не узнать. Темно-синие и голубые глаза сверкали решительностью и силой. Пусть обидчики пока сильнее их, пусть их много, но придет и их час. Они вытащат из ножен настоящие боевые мечи, и под-лые братья будут просить у них пощады. А пока… Пока они принимают правила игры. Они сильнее. С ними не сов-ладать. Значит, они и правы. Так думать было легче. Нужно было только время, время и старания. И Альмер с Реем трудились. Со временем рыцари достигли многого. Их ме-чи наводили ужас на противников. Их молили о пощаде. И теперь они уже знали, кого щадить, а кого и не надо. Аль-мер и сам подчинялся силе. Есть король, есть могущест-венные родственники короля. Их силе придется уступить. Так устроен мир. Тщетно взывать к справедливости и богу. У побежденного остаются только глаза, чтобы плакать, да слезы, чтобы взывать к богу. А что бог? Бог сам устроил мир так, что в нем почти нет правды. Бог никогда не сдела-ет ничего человеку, что он должен сделать сам. Для слабых остаются только слезы…
В это время под стенами замка раздался громкий звук фанфары.
— Посланники короля, — сказал выглянувший в окно Рей.
Под стенами замка стояли три нарядных всадника — ворота были поспешно открыты.
— Герцог Альмер Хоукхарт! Граф Рей Фолкхерст! Вам послание короля!
Тугой свиток
с красной сургучной печатью не су-лил ничего хорошего. Альмер взял его в руки и развернул.— Так и есть, Рей, — сказал он, пробежав по пер-гаменту глазами, — никаких поисков!
— Прошу вас к столу, милорды, — он повернулся к всадникам.
— Благодарю, милорд, но нам еще сегодня скакать тридцать миль. До встречи! — и посланники дернули пово-дья.
— Помнишь крепость Бердуар, Рей? — Альмер по-вернулся к вопросительно смотрящему на него другу.
— Разумеется, сарацины ее не раз пытались ее взять — она неприступна!
— Так вот. Дружище, Бердуар опять в осаде. Ко-роль срочно собирает войско. Мы без промедления должны отправляться на восток!
— Можно считать, Изольде и Ирис страшно повез-ло, — зло пробормотал рыцарь.
— Ненадолго! — успокоил его Альмер. — Скоро мы вернемся, и найти их будет намного проще!
— Если будет чего искать, — возразил Рей.
— Ну, уж тут мы не властны, это решается на небе-сах, — засмеялся невесело Альмер.
Через два дня братья со своими оруженосцами и большим отрядом воинов отправились в порт для погрузки на корабль, отправляющийся в Палестину. Стремительный галеон быстро доставил англичан в Акру, откуда войско двинулось к стенам осажденной крепости. По приказу ко-роля, герцога Альмера, как опытного военачальника, на-значили командовать операцией. Альмер распорядился, чтобы отряд подошел на выручку крестоносцам под покро-вом ночи.
Темная безлунная ночь накрыла каменистую пус-тыню своим покрывалом. Необычно ярко, как не увидишь в родном краю, сверкали на бархатном небе знакомые со-звездия. Созвездие Орион повисло над самым горизонтом. Вдали переливались огни осажденного замка. Рыцари стоя-ли на высоком холме и смотрели на замок — отличить ко-стры на неприступных стенах от синих, осенних звезд можно было только по желтоватому цвету. Внизу, под сте-нами Бердуара, на равнине горели еще сотни огней, за-жженных сарацинами.
— Трудная задача, — проговорил Рей, глядя на вражеские лагеря.
— Я все думаю и думаю, Рей, — тихо сказал гер-цог, — вот, может быть, завтра в бою мы сложим головы. А что останется после нас? Замки, земли, деньги — все пе-рейдет в чужие руки. Какой след мы оставим с тобой на этой земле?
— Возможно, мы и оставили след, Альмер, только не знаем, где он теперь болтается… — задумчиво ответил Рей, разглядывая созвездия. Звонкое пение цикад почти заглушало его тихий голос.
— И почему они так побежали от нас? Как от чу-мы! — продолжал Альмер.
— Скорее всего, это просто глупость, малышки даже не представляют себе тех трудностей, с которыми они могут столкнуться, — откликнулся его брат. — Но без них грустно. Дай бог, чтобы их приключение обошлось нор-мально.
— И наше тоже, — добавил Альмер.
Не дожидаясь утра, почти прямо с ходу, вооружен-ный отряд пробрался прямо под стены осажденной крепо-сти. Крестоносцы обмотали копыта лошадей тряпками и прошли бесшумно мимо арабских шатров. Альмеру даже пришлось применить свое знание языков — он ответил на окрик стражника, и тот уверился, что идут свои. Высокую крепостную стену окаймлял со всех сторон глубокий сухой ров. Осаждающие замок сарацины не посмели спуститься по его крутым склонам. Тем более, что они и не могли предполагать — в глубине каменной расщелины имелся потайной вход в крепость. В узком каменном коридоре воины могли идти только гуськом — один за другим. Та-ким образом, даже один защитник мог остановить врага, пытающегося проникнуть вовнутрь. Путем подачи особых потайных знаков, защитники были заранее оповещены о прибытии подкрепления, и Альмер с его отрядом был радо-стно приняты в стенах крепости Бердуар.
План состоял в том, чтобы через некоторое время в темноте палестинской ночи вывести защитников крепости из стен замка и неожиданно напасть на войско сарацин. Однако ему не удалось сбыться. Уже утром крестоносцы увидели, что к расположившемуся под стенами войску, по-дошло очень большое пополнение.
— Придется теперь только обороняться, — проце-дил Альмер, наблюдая за перемещениями у стен крепости.
Родной замок
Изольда с замиранием всматривалась вдаль. Ее взору открывались знакомые с детства рощи, дубравы, поля. Она чувствовала, как с каждой минутой стук ее сердца стано-вился все сильнее и сильнее. Она высунулась в окно и ждала, когда, наконец, на горизонте появятся стены родно-го замка. Ее нисколько не смущала пасмурная погода, не смущало то, что ее темные локоны были покрыты капельками начинающегося дождя.
— Изольда! Погода холодная, смотри, уже дождик моросит, ты простудишься! — Ирис тревожно подергала ее за плечо.
— Пускай моросит! Пойми, я еду к себе домой, по-нимаешь, к себе! И этот дождик принадлежит мне! — Изольда повернулась к ней на мгновение.
Ирис промолчала ей в ответ. В минуты ликования Изольда была глуха к чьим-то советам. Ирис понимала ее чувства. Ведь Изольда получила то, о чем мечтала на про-тяжении всех этих четырех лет. Главная цель ее жизни бы-ла достигнута.