Зеркало миров
Шрифт:
Илна держала перед собой свой узор. Глаза зверя были закрыты. — Не беспокойся об этом, животное, — сказал он. Она никогда раньше не слышала, чтобы кошки издавали звуки, которые она могла бы понять. — Я знаю все, поэтому я знаю свою судьбу. Я не буду сопротивляться. Он закашлялся от смеха. — Как можно бороться с судьбой? — спросил он. — Даже я, Нойнт, величайший волшебник всех времен, не могу победить судьбу.
Илна рассмеялась, хотя в ее голосе было мало юмора. — Я всегда думала, что хвастуны — дураки, — сказала она. — Ты доказал это лучше, чем большинство, зверь, решив рассказать мне, насколько ты силен сейчас.
— Ты можешь опустить его, — тихо сказал Темпл, указывая на узор Илны указательным
Нойнт открыл глаза. Они были молочно-голубыми, и в них Илна едва могла разглядеть зрачки — если бы он не закрыл их, она бы решила, что волшебник слепой. — Посланники дали мне силу, которую я у них потребовал, — сказал он резким, надтреснутым голосом. — Все, о чем я просил... И теперь ты здесь, и ты убьешь меня, потому что ты — то, чего я не предвидел. Он снова засмеялся, но звук перешел в хрип.
— «Он скоро умрет, убьем мы его или нет», — подумала Илна. — «Хотя, конечно, мы убьем его».
— Ты знаешь Посланников? — спросил Нойнт, когда снова обрел контроль над своим голосом. — Я подозреваю, что ты не знаешь. Я не… я не мог... Внезапно в его прерывистом голосе зазвучал гнев. — Никто не мог предвидеть тебя! Никто!
Илна посмотрела на Темпла. — Убей его, — сказала она. — Я решу, что нам делать дальше.
— Я расскажу тебе, как поступить, — спокойно сказал волшебник. — Вот, почему я ждал тебя вместо того, чтобы покончить с собой, как планировал. Я расскажу тебе, как связаться с Посланниками, которые дадут тебе силу, которую ты пожелаешь. Любую силу, которую ты потребуешь, они предоставят.
Илна уставилась на древнего Корла, впитывая его слова. Этажом ниже Карпос крикнул: — Госпожа? Мы разобрались с самками. Что ты хочешь, чтобы мы теперь сделали?
— Вы можете подняться сюда, — сказал Темпл, удивив Илну как тем, что он сказал, так и тем фактом, что он вообще заговорил.
— Я полагаю, мы уйдем отсюда, — резко сказала Илна и сердито посмотрела на него. Затем резко обратилась к волшебнику: — Ты думаешь, мы пощадим тебя? Я не пощажу. Я не позволю тебе поверить в ложь, даже если я ее не говорила.
— Конечно, животное, конечно, — отозвался Нойнт. — Я потерпел неудачу, а это значит, что я заслуживаю смерти. Он издал звук, который, возможно, был началом смеха, но мгновение спустя он оборвался. — Я потерпел неудачу тысячелетия назад, когда ворвался в присутствие Посланников и не защитил себя от тебя. Ты думаешь, что будешь мудрее, животное?
— Меня не волнует мудрость! — ответила Илна. Она услышала, как охотники поднимаются по ступенькам позади нее. Не оглядываясь, она шагнула вперед, чтобы дать им обоим место встать на платформу. — Я хочу убить каждого представителя вашей расы, каждого зверя-убийцу. Ты это понимаешь?
— Какое мне до этого дело? — снова сказал волшебник, закашлявшись. — Я ведь уже буду мертв, не так ли? Он указал на пол платформы, где он сидел в центре круга, выгравированного на грубой стекловидной поверхности; внутри были изогнутые формы букв старинного письма. — Встань внутрь и произнеси слова, — сказал он. — Ничего больше. Здесь сосредоточены силы, как нигде больше.
— Нам придется найти другой способ, — сказала Илна, бросив взгляд в сторону Темпла. Она испытала такое же облегчение, как и разочарование; Нойнт вызывал беспокойство, которое она не могла полностью объяснить. — Я не могу прочитать эти письмена. Я ничего не
могу прочитать!— Я могу, — вызвался Темпл. Он не повышал голоса; она никогда не слышала, чтобы он повышал голос. — Моего голоса будет достаточно, Вождь Коэрли?
— В этом месте хватило бы даже ребенка, — ответил волшебник. — Это так же просто, как шагнуть с края этого, моего святилища. Он провел пальцами по канавкам слов силы. — Ничуть не сложнее. Очнувшись от своих размышлений, волшебник впервые обратил свои молочно-белые глаза на Темпла. — Но ведь ты едва ли ребенок, не так ли? — сказал он. — Я не предвидел и тебя. Боже, каким же я был дураком, когда считал себя таким умным, таким могущественным.
— Госпожа? — пробормотал Асион у нее за спиной. — Может, мы...? Он не закончил вопрос, но не было сомнений в том, о чем он спрашивал. Даже Корл понял.
— Тебе не нужно убивать меня, существо, — сказал Нойнт. Он поднялся на ноги с большей грацией, чем Илна ожидала, учитывая его трудности с речью. — Я не хочу быть оскверненным твоим прикосновением. С последним взрывом смеха древний волшебник сошел с платформы.
— Следите за ним! — крикнула Илна, ожидая подвоха. Она заглянула за край. Нойнт врезался в верхнюю часть перегородки, обрамлявшей одну из комнат. Его ребра хрустнули, и хотя его изломанное тело шлепнулось на бок ближе к лестнице, струйки крови медленно стекали по обеим сторонам перегородки.
Карпос прочистил горло. — Я не думаю, что кто-то из нас получит его скальп, верно? — спросил он, но Илна проигнорировала охотника.
— Что нам теперь делать, солдат? — спросила она Темпла.
— Теперь мы все стоим внутри круга, — ответил Темпл, спокойный, как замерзший пруд. — И я прочитал заклинание. Он слабо улыбнулся Илне. — Теперь тебе решать, Илна, — добавил он.
***
Шарина пальцами раздвинула щель в зарослях кустарника, чтобы можно было выглянуть наружу. Цитадель Последних слабо светилась желтым пятном в темноте — немного ярче по краям, где соединялись пятиугольники. Этот цвет навел ее на мысль о плесени, но — она усмехнулась сама себе — это было только потому, что это имело отношение к Последним. Она ранее видела стены, окрашенные в тот же бледный оттенок, и находила это привлекательным. Иногда Шарина слышала «бах!» — это стреляла артиллерия.
Когда порывистый ветерок дул в нужном направлении, она даже могла слышать хлопанье луков и звон мечей, когда солдаты-люди сходились врукопашную с черными захватчиками. Последние расширяли свои фасеточные укрепления вокруг Панды, двигаясь только по направлению солнца, а не в обоих направлениях, как они делали до прибытия королевской армии.
Они несли ужасные потери от артиллерийских стрел и тяжелых камней, но медленно, панель за панелью, их стены продвигались вперед. Последние подорвали поперечные стены Лорда Уолдрона, засыпали траншеи и хладнокровно разделили пехоту, совершавшую вылазки в попытках разрушить укрепления изнутри. Армия замедлила наступление нечеловеческих сил, но никакие человеческие усилия не могли остановить его.
По решению Шарины — хотя и при восторженной поддержке всех ее офицеров — армия не сотрудничала с бандитами Панды. Эти отступники едва ли были в состоянии защитить свои собственные стены, и они так и поступали, несмотря ни на что.
Шарина вздохнула. Она смотрела на цитадель, потому что за ее спиной Расиль разговаривала с призраками и демонами. Шарина, конечно, знала, что происходит, и понимала, что это необходимо... Но, тем не менее, ей было не по себе. Загородка скрывала колдовство Расиль от глаз солдат, которые были бы им обеспокоены. Они знали, что происходит — и действительно, любой, кто хотел, мог наблюдать сквозь грубую плетеную решетку так же легко, как Шарина сейчас выглядывала наружу.